Дикое солнце

Что может быть необычного в том, чтобы проснуться посреди дня в одной кровати с совершенно незнакомым парнем? После пьяной вечеринки в честь дня рождения любимого брата, с парнем, кисловато-сладкий цитрусовый и свежий запах которого пропитал собой совершенно все вокруг, красноречиво напевая об омежьей сущности. И с кучей использованных презервативов на полу комнаты: ну, тут вообще ничего необычного. Особенно, если ты Учиха Саске, выдающийся альфа из чистокровной породистой семьи кланового вида. Холостяк, бизнесмен, наследник нехилой части наработанного за годы отцом состояния…золотой мальчик, в общих чертах. Конечно, омеги вешались на него горстями, не говоря уже о попытках бет или девушек-альфа. Перспектива жизни без забот прельщала каждого. В общем, вылезая из не просохшей от пота, липкой кровати, Саске ничему увиденному не удивился. По соседству завозился обнаженный юноша, охотно зарывшись лицом в одеяло и не желая возвращать свое сознание в реальный бренный мир из сладкой страны грез. Длинные золотистые волосы смотрелись странно спутанными и засаленными, не говоря уже о покусанном и покрытом синяками смуглом теле. Омега был изрядно потрепан, что заставило альфу неодобрительно нахмуриться. «Это я его так? Сколько же я выпил? Ничего не помню…» — качнув головой, парень зарылся пальцами в копну своих черных и подозрительно сальных волос. Исходя из состояния на ощупь, они не просто за эту ночь потрахались, а буквально изнасиловали друг друга. «Хорошо, что о защите не забыли», — что уже было плюсом для альфы. Беременностей от каких-то незнакомых омег он точно хотел меньше всего на свете.  — Эй, парень, — горло неприятно запершило, и Саске поморщился, осознав свою ошибку. Прижав ладонь к шее, он махнул рукой на идею поднять этого незнакомца и, встав, побрел в сторону ванной комнаты. Номер отеля оказался неплохим для явно выбранного наугад места. Спальня со всеми удобствами, даже мини-бар имелся, большая ванная комната, почему-то уже использованная и с разбрызганной по полу водой. Еще Учиха чуть не поскользнулся на валяющемся на полу мыле, отшатнулся от мокрого воняющего плесенью полотенца и странно глянул на разбитое стекло загородки для душа. Что-то во всем этом было очень сильно не так и в голову, словно наполненную ватой, никак не приходили мысли осознанности. Но больше всего напрягало полотенце. Тухлое мокрое полотенце. Главная улика здесь «тухлость». Сколько ему может быть времени? Снова чуть не поскользнувшись на мыле и воде, Саске ринулся обратно в сторону спальни, отталкиваясь о косяк и стену, чтобы не потерять равновесие. Его очень подозрительно штормило, что тоже не придавало уверенности в себе. Улики по комнате, пока Учиха пробирался вперед и искал свой пиджак, еще больше усугубляли ситуацию. Пустые, грязные тарелки из-под еды; упаковки и бутылки от сока, воды, вина, коллы, коньяка; разбитая настольная лампа; перевернутое кресло; упавшая со стены картина: здесь точно было много шума, но почему их никто не выгнал из отеля? Найдя пиджак на полу прямо перед дверью, рядом с ним свой же распахнутый бумажник и разбросанные карточки, Саске почувствовал, что бледнеет. Еще отчетливее он это понял, когда взял свой сотовый и обнаружил его полностью разряженным. Вот после этого он уже кинулся включать телевизор и новости, которые не оповестили ни о чем хорошем в сторону Альфы. Прошла неделя.