Три желания

Вскоре и Мария поднялась на палубу. — Вы на волоске от смерти, граф… — послышался хриплый голос гробовщика, который стоял чуть поодаль от Фантомхайва. Слышались рыдания женщин, плеск волн, но Мари не могла понять, что же случилось. Мэриэнн и Виктория стояли около борта и безотрывно куда-то смотрели. Слегка хромая, Мария подошла к ним. — Что случилось?.. — спросила она, глядя на плачущих дам. К индианке повернулась Тори; из её глаз лились слёзы. — Взгляни сама… — из-за кома в горле голос девочки был тихим и сдавленным. Вик отошла в сторону, и взору Мари предстала картина охваченных ярко-алым пламенем домов Лондона. Глядя на этот ужас, из глаз Марии тоже покатились слёзы. Сиэль стоял в двух шагах от девочек и был в своих, наверняка мрачных, раздумьях. Корабль резко накренился вправо — теперь от Лондона они удалялись. Сиэль сорвался с места и побежал к шкиперу. За ним ринулась Мария, а за ней Виктория. Сиэль отдал своё фамильное кольцо с голубым бриллиантом, чтобы тот спустил шлюпку. — Уплывайте отсюда, здесь опасно, — сказал граф девочкам, будучи готовым спуститься в лодку. — Нет, я пойду с тобой, слышишь? — из головы индианки не выходили слова гробовщика о скорой смерти Фантомхайва. — Ты в своём уме?! Лондон горит, тебе не место там, — прикрикнул Сиэль. — Не место… — повторила индинка, а по её щекам покатились слёзы. — Не место?! Да только там, в Лондоне, и есть моё место! Там Джулия и мой дворецкий Александр, и я их не брошу! — А если с тобой что-то случится?.. — граф посмотрел на неё, а в его памяти всплыла картина пожара в её спальне, ещё тогда… — Со мной ничего не случится. Я не могу сказать почему, может быть, ты скоро и сам всё узнаешь… — проговорила Мария и села в шлюпку. За ней последовала Виктория. — Мэриэнн, будь умницей, живи счастливо, — сказала Мари рыдающей на борту корабля Энн. — Мэри, мы ещё обязательно увидимся… — сказала Тори. В лодку к девочкам спустился и Сиэль, и только тогда они поплыли к берегу. — Виктория, ну, а ты зачем пошла? — спросил граф. — Я не могу бросить Марию, то, что ждёт её, должно ждать и меня, — ответила она. — Да, — кивнула в подтверждение индианка.

***

Лодка остановилась у пристани, и все трое сошли на сушу. — Эй, вы французы?! — их окружили несколько рослых мужчин. — Нет, а что? — ответила Тори. — Эти проклятые жабоеды устроили пожар, — пояснил один из них. — Вон этот проклятый француз! — проревел он же, и все трое бросились его избивать. Крики людей, плач детей и женщин были слышны отовсюду. В городе царили хаос, паника и смятение. Люди бежали вон из охваченного огнём Лондона, не замечая, что бегут по трупам других таких же людей. Медлено, но верно трое наших героев зашагали в обьятья пламени. Искры были вокруг, жар обжигал кожу, словно ты попал в духовку, а из-за дыма было тяжело дышать. Все трое шли как загипнотизированные обратно в город. По щекам девочек текли слёзы, но они продолжали идти, неизменно вперёд. Вдруг, Фантомхайв остановился; остановились и Мария и Вик. Над их головами послышался странный треск, затем обломок крыши полетел прямо на ребят. С криками, в последний момент, на них кто-то налетел. Все трое повалились на землю, а обломок каменной крыши упал в полуметре от них. — Что ж вы делаете?! — воскликнула спасшая их девушка, поднявшись. Молча встали и девочки с Сиэлем. — Г-господин?! Л-леди М-Мария?! В-Виктория?! П-прошу прощения, — заикаясь, окликнула она каждого из них по имени. — Да, Мейлин, что с поместьем? — спокойно спросил граф. — Н-ну, к-как бы ск-казать… Оно… Н-ну оно… — кланяясь и заикаясь, девушка так ничего и не ответила внятно. — Спокойно, Мейлин, я не собираюсь тебя ругать, — попытался успокоить её Сиэль с немного апатичным видом. — Ты не знаешь, из-за чего начался пожар? На глаза девушки навернулись слёзы. — Плу-Плу… — только и сказала она. Мария и Виктория сразу вспомнили Дьявольского Пса, с которым у них у обеих связаны не самые приятные воспоминания. — Отведи меня, — строго сказал граф. — Н-но господин… — хотела возразить горничная. — Это приказ! Сиэль и Мейлин стремительно удалялись от двух, стоящих посреди всего этого хаоса, девочек. — Как думаешь, Джулия в безопасности? — спросила вдруг Тори. — Да, — уверенно ответила Мария, помедлив перед этим несколько секунд. — Почему ты так уверена в этом? — спросила Вик. — Мне так подсказывает сердце. А сердце джинна не может лгать, — ответила Мари. — А вот Александр… — Что с ним?! — воскликнула Виктория. — Увы, ничего хорошего… Я не знаю точно. Чувствую, он всё ещё в нашем поместье, — сказала индианка. — Тогда давай туда вернёмся? Просто посмотреть, — предложила Тори. — Да, давай, — пройдя немного на запад, Мария заметила брошенного коня. Виктория пошла за ней. Запрыгнув на коня, Тори крепко ухватилась за Марию, а та, в свою очередь, пустила вороного галопом. Дорогу до поместья обе они уже хорошо знали, а потому скакали однозначно зная куда.

***

Конь остановился у полуразрушенного Греллем, полувыгоревшего поместья. — Как ужасно… — молвила Виктория, стоя перед входом. — Да, — уныло кивнула Мария. Так как одна дверь была сорвана с петель, девочки легко зашли в поместье. Обойдя правое его крыло и найдя лишь ставшие любимыми, но теперь уже тлеющие и сломанные вещи, со слезами на глазах, девочки направились в левое крыло. Там их ждал ужасный сюрприз. А именно — изуродованне огнём тело дворецкого. Мария упала на пол, только завидев его и разрыдалась в голос. Она кричала, плача. «Почему?.. Почему всё так?» — мысленно вопрошала она. И нет, Мари вовсе не жалела себя, она просто не понимала, почему такая ужасная судьба постигла некоторых из дорогих ей людей. Начиная с семьи и заканчивая Алисой с дворецким. Также она думала о Сиэле. Её интуиция подсказывала, что слова гробовщика о смерти графа — есть правда. Она уже не так сильно рыдала. Казалось, у неё нет больше слёз. Девочка поднялась на ноги и посмотрела на Викторию. Русоволосая стояла, опустив голову, и с её лица вновь и вновь срывались крупные прозрачные капли. Сейчас перед её глазами проносились все воспоминания тех счастливых дней, начиная с того момента, как она нашла своего джинна по имени Ясмин. Тори тоже задавалась вопросом о том, почему всё так обернулось? Почему поместье, которое она по праву считала своим постигла такая участь?.. Ответы на эти вопросы знает лишь свихнувшийся падший Эш (или Анжела. Это уж как удобнее), и устроивший всё это.

***

Несколько долгих и тяжёлых минут абсолютного молчания. Стоя бок о бок, девочки похоронили своё беззаботное прошлое и отдали честь счастливым мгновениям. Обем им подсказывало шестое чувство — их жизнь больше не будет такой, как раньше… Первой отошла от горя Виктория. Взяв подругу за руку, девочка повела её к выходу. Сев на ступеньки поместья, обе они о чём-то задумались. Из глаз Марии всё ещё в какие-то моменты капали слёзы. Видимо, в такие секунды она вспоминала что-то особенно важное и дорогое для неё. — Мари, а ты помнишь наш первый бал? — тихо спросила Вик. — Конечно помню. Мы тогда ещё толком не умели танцевать, но так упорно добивались внимания кавалеров… — на губах индианки невольно появилась улыбка, а на глаза вновь навернулись слёзы. — А я помню, как отважно ты решилась поехать в первый раз к Сиэлю думая, что он считает тебя угрозой миру страны, — глядя куда-то сквозь Марию, сказала Тори. — Я тоже это помню… — теперь Мари засмеялось. Её смех был искренним, но звучал всего пару секунд.

***

Ещё некоторое время девочки и провели так: сидя на почерневших от пепла ступеньках и вспоминая счастливые и весёлые случаи, что произошли с ними за то время, как они встретились. Неожиданно, чёрное-красное от заката и дыма небо озарила яркая вспышка света. Обе девочки подняли глаза к небу и смотрели на него секунд десять, даже когда свет погас и дым начал потихоньку рассеиваться, открывая взору малиново-оранжевое небо. — Перистые облака — к дождю, — задумчиво сказала Виктория. — Надеюсь, он смоет с города все эти ужасы последних дней… — вздохнула Мари. Ещё через несколько минут на лице Марии вдруг отразились тревога и воление. — Что такое? — спросила Тори, глядя на подругу. — Я чувствую, что что-то случилось с Сиэлем, — протараторила она. — Что? Неужели он?.. — русоволосая приложила руку ко рту, не желая даже произносить такое. — Нет! Он жив! Он в каком-то месте, сейчас… — индианка зажмурилась, слегка надавив на виски. — Это около его поместья, я уверена! С ним Себастьян и он — главная опасность для Сиэля. — Поедем? — предложила Виктория, встав со ступеньки. — Да, — Мария последовала примеру подруги и обе девочки направились к коню, на котором сюда приехали (бедное животное даже не попыталось убежать).

***

Как и большинство состоятельных лондонцев, семья Кеннетов покинула город, только заметив пожар. Джулию, конечно же, они взяли с собой. Сперва девушка упиралась и хотела вернуться в поместье Блер говоря, что там её подруги и что она должна быть с ними. Она ведь многим обязана Марие — и это её слова. Но, несмотря на это, Джон всё равно увёз отсюда блондинку. В близлежащем к Лондону городке и остановились Кеннеты. Было видно, что Джулии плохо. Девушка сказала, что пойдёт на набережную, подышать свежим воздухом. Джон пошёл с ней. Сев на лавочку недалеко от пристани, Джули стала смотреть на Темзу. Здесь река не такая широкая и глубокая, как в Лондоне, ведь она ещё близка к своим истокам. Джулия сильная девушка, так негласно решили все члены семьи Кеннет, потому что на лице Джули читалась боль, она упиралась не ехать, но не заплакала. Может быть, она просто не умеет? Через несколько минут, проведённых на лавочке, стоявшей в пяти метрах от пристани, пара заметила корабль, идущий со стороны Лондона. Люди были напуганы, слышался плач женщин и ругань мужчин. Да, на борту опеределённо лондонцы. Когда судно причалило, с него начали сходить люди. Джулия с сожалением смотрела на этих разбитых горем людей, большинство из них действительно потеряли всё в том страшном пожаре. Неожиданно Джули заметила знакомую рыжую голову, знакомый силуэт и, когда девочка повернулась, блондинка узнала свою подругу. — Мэриэнн! Мэри, я здесь! — девушка встала с лавочки и подняла вверх руку. Рыжеволосая сразу узнала этот голос, и, заметив Джулию, бросилась к ней. Блондинке было не привычно видеть заплаканную Энн, да и ещё в таком странном коротком платье. Обняв Джули, девочка снова разрыдалась. — Что случилось? Где Виктория и Мария?.. — спросила у неё блондинка. — М-мы были в П-Париже. П-потом Себ-бастьян пропал , и м-мы ночевали на улице и пробрались на корабль. А Мария и Вик, они… Они с Сиэлем спустились в шлюпку с того корабля и уплыли в г-горящий Л-Лондон, — рыдая, рассказывала Энн. — Зачем они?.. — Джулия хотела договорить, но её голос предательски дрогнул. Девушка сильнее прижала к себе подругу, а по её щекам впервые за это время покатились слёзы…