Курит

С их последнего разговора прошло уже более двух недель. Кагами иногда встречал Аомине, но тот не говорил ему ни слова. Более того — вообще делал вид, что не знаком с асом Сейрин. Кому-то это могло показаться странным, но для Тайги такое отношение было вполне очевидным, хотя и очень болезненным: каждый раз он чувствовал, как сжимается сердце, как хочется зажмуриться крепко-крепко, а потом открыть глаза — и все закончится, Дайки снова заговорит с ним, может, ухмыльнется или даже — о, счастье! — одарит слабой улыбкой. После той встречи у Кагами дома он осознал, насколько сильно нуждается в Аомине, как тоскливо и больно ему без этого синеволосого нахала, ведь Тайга… любит его. Однако сказать об этом, признаться асу Тоуо в своих чувствах Кагами не мог. Не мог не столько из-за открытого игнора со стороны Аомине, но и из-за страха, что он может быть отвергнут. Эта мысль прочно засела в голове, так что о других возможных вариантах Кагами не задумывался. Хотя виду не подавал, опасаясь, что все вскроется раньше времени. Зато не сдерживал себя Тайга в полностью овладевшей им вредной привычке — сигареты бывали у него в руках едва ли не чаще, чем палочки для еды. Но это не прошло для аса Сейрин бесследно. Однажды на одной из тренировок к нему подошла Рико. Выражение ее лица не сулило ничего хорошего. — Кагами, — тихо, но серьезно начала она, — последнее время ты стал показывать плохие результаты. До следующего тренировочного матча осталось не так много времени. — Тренер, я… — попытался оправдаться Тайга, но Айда перебила его жестом руки и помотала головой. Кажется, она начинала злиться. — ДурКагами! — девушка треснула аса по макушке. — Какого ты решил угробить себя, а заодно подвести команду?! Не прикидывайся, я все знаю! — Кагами смотрел испуганными глазами, но Рико даже это не проняло. — Давно ты куришь?.. Впрочем, не важно. Просто имей в виду, что тебе грозит вылет из команды, если продолжишь. Тренер повернулась и, сжав кулаки, поспешила к выходу. Остальные сейриновцы не были в курсе сути беседы, но спрашивать не стали ни Рико, ни Кагами. У последнего был очень виноватый вид, так что парни решили оставить его в покое — дальше осознавать, какую глупость он совершил. Тайга не задумывался о том, откуда Айда узнала про его вредную привычку. Он был уверен, что Куроко рассказать не мог, а разговор тренера Сейрин с Аомине вообще относился к области фантастики. Значит, прознала сама, скорее всего случайно. Тут уже была оплошность Кагами. Даже не просто оплошность — это была непростительная глупость. Проигрыш в схватке с самим собой. Бороться он боролся, а все равно ничего не добился. Это угнетало больше всего.

***

На товарищеский матч с Сейрин Аомине не то что не опоздал, а пришел на целый час раньше. Пока сокомандники переодевались, Дайки уже успел разогреться и теперь наблюдал за соперниками, но… Кагами среди них не было. Ас Тоуо решил подождать. Однако даже перед непосредственным началом матча Тайга на площадке так и не появился. Его не наблюдалось даже на скамейке. Аомине был раздражен, если не взбешен. «Чертов Кагами, решил пропустить матч? Или кто-то еще из команды прознал про твои фокусы?» — размышлял парень под размеренный стук мяча о пол. Все они ему не соперники. Он легко сокрушит их. «Кагами, ублюдок, как ты мог спасовать?!» — мысленно разрывал себе криком мозг Дайки, с рычанием дикого зверя забивая очередной данк. Ненависть в глазах, движениях, мыслях — она сочилась отовсюду, создавая вокруг аса Тоуо непередаваемо ужасающую ауру. — Аомине, ты сегодня на удивление спокоен, — заметил Имаеши с пакостливой улыбкой, пока форвард скрывался под полотенцем. Тот был погружен в себя и не обращал внимание на слова капитана и остальных. Имаеши, конечно, сказал правду — несмотря на сильное возмущение, внешне Аомине был действительно спокоен и собран. Он надеялся разгромить Сейрин с максимально возможным счетом, чтобы показать глупому Кагами, что тот пропустил, чтобы потом пожалел, что не вышел с Дайки один на один, ас против аса… ведь внутри загорался настоящий пожар. Вторая четверть прошла еще более скучно. Сейрин, как обычно, боролись до последнего, но Аомине почему-то вдруг озверел и не давал проходу даже своим. Словно забыл, каково это — быть совершенно одному в целой команде. Другие ему, конечно, доверяли, но не сказать, что любили. Ценили как игрока, уважали как профессионала, но приязни к нему не испытывали. И что-то полностью противоположное чувствовалось в Кагами. Какими бы обидными словами Аомине не называл его, как бы зло ни шутил, со временем он понимал, что красноволосый гигант что-то прячет в своих мыслях и эмоциях, не показывая это Аомине, словно тот ни в коем случае не должен знать его тайну, потому что она непосредственно связана именно с ним. Эта мысль не оставляла Дайки даже сейчас, а он все не мог дождаться. Наконец, сигнал, означающий конец второй четверти. Предстоял небольшой перерыв. Аомине сорвался с места, как будто шел в атаку. В каком-то смысле так и было, правда, посвящать в свои планы сокомандников и тренера парень не то что не удосужился — даже не собирался. Он мчался в направлении уже знакомого ему дома. Благо, находился он не так далеко, так что бегом получилось даже быстрее, чем на автобусе. Времени не было. Дайки не беспокоился о начале второй половины: знал, что и так не успеет. Сейчас важнее всего — добраться как можно скорее до места. Аомине не задумывался, дома Кагами или нет. Но почему-то бежал, ни на секунду не останавливаясь. Ноги просто несли его туда, и ас Тоуо подчинялся им. Тайга, похоже, всегда забывал закрыть дверь. Аомине смог беспрепятственно войти. Комнату, где в прошлый раз Кагами и увидел Дайки, освещал лишь тонкий лучик, с трудом пробивающийся сквозь новые плотные занавески. Сам хозяин дома обнаружился на полу, сидящим спиной к окнам, за скрывающим его мускулистую фигуру диваном. Рядом с парнем стояла пепельница, заполненная доверху пеплом и окурками, валялись две пачки сигарет: одна — только начатая, вторая — уже пустая. Лицо Тайги, обычно легко читаемое, как детская книжка с картинками, сейчас было непривычно пустое и безжизненное, зияющее каким-то отталкивающим выражением полного отсутствия. Странно было заводить разговор, когда Кагами в таком состоянии, но не идти же обратно! К тому же уже наверняка закончился перерыв и началась третья четверть. — Почему ты не на игре? — скрывая злобу в голосе, спросил Аомине. Тайга повернул голову — как будто робот, механически и размеренно, а затем отвернулся обратно. Он не спрашивал, что ас Тоуо делает у него дома. Ему, казалось, было вообще все равно, что его соперник стоит рядом с ним и требует объяснений. Полное равнодушие к происходящему. — А ты сам-то что, только сбежал оттуда? — ровно, слишком ровно, недрогнувшим голосом, без единой эмоции ответил вопросом на вопрос Кагами. Аомине сжал кулаки. Красноволосый идиот, конечно же, заметил форму — переодеться времени не было. — Я уже говорил, что хочу соперничать со стóящим противником. Раз не желаешь бороться, то могу предположить, значит, ни во что не ставишь того, кто бросил тебе вызов, — Дайки сам не верил в ту чушь, которую говорил. Его эмоции напоминали закипающую лаву — вот-вот должно было произойти извержение. — Если ты хочешь играть в баскетбол, хочешь состязаться на равных, — продолжал сквозь зубы Аомине, — ты должен показать это. И перебороть себя… все в себе. Кагами долго смотрел на парня. Зрительный контакт, по-своему мучительный для обоих, тем не менее ни один не прерывал. В глазах Тайги словно переворачивался весь мир. Безусловно, слова Аомине не остались для него пустым звуком — он жадно впитывал каждое, чувствуя, как сердце ускоряет ритм биения. Сигарета тлела в руке, а он так и не смог больше в его присутствии снова закурить. Несчастный окурок окончил свое существование в пепельнице, придавленный мозолистыми пальцами баскетболиста. — Но сам-то ты не все смог перебороть, — заметил Тайга без тени упрека. Аомине молча кивнул. — Не смог, — прошептал он потом. Кагами поднялся. Сделал короткий, несколько неуклюжий шаг, затем еще один, оказываясь непосредственно перед Дайки и глядя ему в глаза. — Я хочу играть в баскетбол. И быть твоим соперником тоже. Но еще больше хочу быть рядом с тобой, потому что по-другому не получается. Не получается ни отвлечься, ни забыть тебя — ничего. Ас Сейрин замолк, выдерживая давящую паузу, которая заставила Аомине закусить изнутри губу — лишь бы не взвыть от вырывающейся из груди тоски и боли. — Прости, — прошептал виновато Тайга. Взрыв, достигнувший почти максимальной точки, в один миг утих. Ас Тоуо отвернулся и судорожно выдохнул. — Выброси эту гадость, — сказал он тихо, будто боясь нарушить сложившуюся атмосферу. Кагами за его спиной клятвенно обещал сделать это и, не долго думая, избавился от сигарет и пепельницы. На лице Дайки невольно возникла насмешливо-добрая полуулыбка. Тайга подошел ближе и обнял его сзади, прижимаясь носом к шее, а затем легко прикоснулся губами к смуглой коже, вызывая целый табун мурашек. Аомине не сопротивлялся. Сейчас он ясно понимал, что чувствовал к Кагами то же самое, что так долго скрывал этот красноволосый дурак. И ему хорошо с ним.

***

Они вернулись на матч вместе. Заканчивалась последняя минута перерыва перед началом финальной четверти. Рико со слезами на глазах и полотенцем в руке молча таращилась на извиняющегося перед ней и всей командой Кагами. С другой стороны ругали Аомине. Но тот, казалось, не слышал гневных возмущений команды и менеджера, с ухмылкой глядя на скамейку команды-соперника, где Айда, рыдая, избивала своего аса полотенцем. — Много вы тут очков проиграли этим слабакам? — наигранно громко и развязно заявил Аомине, чувствуя, как будто возвращается в самого себя. Гудок объявил о начале четверти. Рико, скрываемая от посторонних глаз широкими спинами игроков, вытирая счастливые слезы, во все глаза смотрела на повеселевшего Аомине. После его исчезновения на всю третью четверть Куроко намекнул ей, что наверняка он отправился к Кагами. Теперь она в этом не сомневалась. — Спасибо, что вернул его к жизни, — еле слышно пробомотала девушка, следя за тяжелым форвардом Тоуо. И хотя этот матч Сейрин проиграла, никто не был расстроен. В особенности Тайга, который, догнав Аомине после игры, уверенно заявил, что в следующий раз обязательно победит. Дайки, наблюдая, как Кагами догоняет сокомандников, с каким-то спокойным удовлетворением вспомнил, что те же слова Тайга говорил, обнимая его. Кагами тоже думал именно об этом. Хотел получше запомнить этот момент, подольше насладиться им. Он понял, что совсем не жалел о том, что тогда отказался от серого дыма разлуки, отдалявшего их с Аомине друг от друга.