Сестры

Какое счастье, что врач моей сестры принимает не только по записи. Пока она вела прием, я пила горячий шоколад – я порядком промерзла. - Белла, у меня есть час. Что-то произошло? - Доктор, скажите, у вас не возникало ощущения, что Элис манипулирует вами? Врач рассмеялась. - Ну, врачом-психотерапевтом сложно манипулировать, Белла. Мы врачи, я априори сильнее Элис. Но в первое время да, у меня было такое ощущение. Она пытается выставить себя в виде жертвы – родителей нет, старшая сестра в колледже, и много работает. У нее никого нет, кроме ее самой, ее никто не поддержит. А что такое? Я медленно, потягивая шоколад, рассказала доктору, что происходит, начиная со дня рождения Элис. - Чего-то такого я ожидала. Касаемо Джаспера, она говорила, как он ей нравится, и как она хочет быть с ним. А вот касаемо тебя – и это было ожидаемо. Ведь Элис безумно ревнива. Она ревновала мать к отцу, и считала, что именно отец виноват в том, что произошло. Как говорила Элис, если бы мама не поехала с отцом – погиб бы только отец, а мать осталась бы в живых. - Что? – для меня отец был больше, чем просто человек. Я всегда тянулась к нему, в то время, как Эл была маминой дочкой. Но меня это не расстраивало. - Да, именно то. Элис винила отца, она считает, что он погубил мать. И она ненавидит некого Карлайла Каллена, кто это? Я закрыла лицо руками. - Это мой шеф, врач-хирург, но уже лет пять как не практикующий. Он пытался спасти нашу мать, но у него не получилось. - Она считает, что он сознательно убил ее, чтобы угодить тебе. - Что? - Да. На последнем сеансе, я приезжала к ней в больницу, она жаловалась, что ты мало времени уделяешь ей, и много времени проводишь с Эмметом. Она плакала, она хочет, чтобы вы расстались. - Я знаю. Она говорила. - Белла, Элис в последнее время стала сильнее. Я уже молчу о том, что мои сеансы давно превратились в то, что я выслушиваю ее жалобы. Но она набирает силу. Она уже не та девочка, которая плакала после потери родителей. Она сильная. Ее жизни уже давно ничего не угрожает. - Что вы имеете в виду? – не поняла я. - Я имею в виду то, что Элис выросла, закалилась. Она считает, что ей все можно. Не поддавайся ей. Еще лучше будет вам разъехаться на какое-то время. - Я не смогу оставить ее. Она безответственна, не приспособлена к самостоятельной жизни, она не выдержит. - Выдержит. Реветь будет, но выдержит. - Я не смогу. Мне будет тяжело. Не ей – мне. И теперь я буду ходить к вам? - Белла, ты сможешь. Элис ведь уже семнадцать? - Да. - Дай ей свободу. Она, так жаждавшая ее, поймет, что свобода порой тяжелее гнета. Тяжелее опеки. - Органы опеки! Они меня съедят! - Не съедят. Вот письмо. Я знаю их начальника, Марка Питерсона, он мой старший брат. Скажи ему, что это временная мера, направленная на воспитание. Я все объяснила в письме. Я взяла концерт, запечатанный сургучом, с печатью врача. - Вы уверены? - Да. Оставь ей квартиру, а сама переезжай к Эммету, на месяц как минимум. И да, тебе могут понадобиться мои сеансы. Если что, приезжай, приму тебя без записи. От врача я вышла с тяжелым сердцем. Письмо жгло мне руки, но я не имела права его распечатывать. Я отвезла его по адресу и поехала домой. Дома вкусно пахло. Неужели Эммет уже приехал? Но на кухне хозяйничала Элис. - Белла! У меня готов обед! Глазки Эл лучились добротой. Но я, наученная горьким опытом, уже не верила ей. - Что ты натворила и как поживает Шекспир? - Я приготовила твой любимый тыквенный суп! А что сказала доктор Питерсон? - Ничего особого. Кстати, мне по пути домой мне позвонил Эммет. Он попросил, чтобы я пожила у него. Элис повернулась ко мне. В глазах сияла злость. - Что? И ты согласилась? - Да, - солгала я. Я не разговаривала с Эмметом, пока что. - А доктор Питерсон? – чуть не плакала Элис. - Доктор Питерсон со мной согласна. - Ты не имеешь права! – заорала Элис. - Имею. Я была в органах опеки, они со мной согласны. Ты распустилась в последнее время. - Белла, это все эти Каллены! С тех пор, как они вернулись, ты сама не своя. Нам ведь так хорошо вдвоем. Началось. - Элис, перестань пытаться мной манипулировать. - Я не пытаюсь. - Да ну? А суп и разговоры из разряда «Нам так хорошо вдвоем»? Как я обязана это понимать? - Но ведь нам и правда хорошо вдвоем! – закричала Элис. - Но это не говорит о том, что мы должны быть вдвоем все время. - Должны! Мы же сестры! – снова заплакала Элис. - Тебе семнадцать, и ты часто говоришь мне, что я тебя не люблю. Что ж, пришло время тебе увидеть, насколько я тебя не люблю, малышка. Я говорила спокойно, поджаривая шницели. Скоро приедет Эммет, а мне еще вещи собирать. - Белла, пожалуйста! Я не буду больше так, обещаю! Правда, - девочка выглядела очень искренней, но я ей не верила. Я теперь ей не верила. Разговор зашел в тупик. Заплаканная Элис убежала к себе в комнату, я накрыла на стол и ушла в комнату, собирать вещи Эммета и свои. Эммет вернулся поздно, когда ужин уже остыл, а Элис дочитала Шекспира и пыталась убедить меня никуда не переезжать. Я паковала вещи, пока она валялась на моей кровати. - Белла, ну перестань. Ну, мы же сестры, мы должны жить вместе, - ворчала Элис. В комнату зашел Эммет. - Привет куколки, как дела? – я обняла парня за шею. - Я обожаю твое решение пожить у тебя, - прошептала я ему на ухо. - Так ты собралась уже, дорогая? – Эммет быстро ориентировался. - Да, почти. Осталось только переодеться. Я скинула халат, натянула свитер, джинсы. Элис уже не ревела, а спокойно лежала на кровати. Она грозно смотрела, как Эммет выносит свои и мои сумки. Я вышла из комнаты, и посмотрела на Эл. - Иди к себе, - я хотела запереть комнату, там документы Элис. Меньше всего я хотела, чтобы она сбежала, прихватив с собой документы и мамины украшения. Я заперла дверь на оба замка. Элис с надутыми губами стояла напротив зеркала. Я понимала ее мысли, но в душе я знала, что я поступаю правильно. - Что произошло, что ты решила бросить сестру? – удивился Эммет, когда мы сидели в его джипе. Я рассказала ему о выводах психотерапевта Элис, о собственных выводах и о совете Джаспера Питерсона. - Так, значит, ее врач считает, что девочка винит отца, ненавидит тебя, и считает, что ты обязана ей по гроб жизни? – иронично спросил Эммет, ведя машину в новый район города. Я ни разу там не была, не было необходимости. - Ну, почти. Ты ведь понимаешь, что она не скажет всего напрямую. Но я всерьез полагаю, что Элис устала от меня, ей нужна передышка. Джаспер не пойдет против моей просьбы, его сестра на кусочки порвет, если так. - Если ты уверена в себе, и в Джаспере, ты поступаешь правильно, малышка. Я сам думал о твоем переезде, но ты не решилась бы оставить сестру. Но ты должна понять, что она уже взрослая. Квартира у Эммета была маленькая, две комнаты и кухня. Но она была до безумия уютной. Мягкий ковер на полу гостиной сочетался по оттенку со стенами, открытая арка вела в кухню. Эммет провел меня в спальню, где царил бардак. Вещи валялись везде, где только можно, стопки книг лежали на комоде, газеты ровным слоем устилали пол. Несмотря на поздний час и усталость, я стала убираться в комнатке, где нам предстояло жить. - Нам завтра на работу вместе, дорогая. Эммет разобрал кровать. Напомнив себе, что я должна после работы заехать к Эл, я уснула.