Встреча в «Краеугольном камне»

2009 год. Где-то в переулке Англии. Начало весны. Тёмный, холодный вечер, медленно близящийся к ночи. Слегка шумный ветер кружит вальс вокруг тускло светящих фонарей. Узкая каменная дорожка, окружённая множеством магазинов, ресторанов, бутиков и баров. Большинство из перечисленных заведений были закрыты, хоть и в витринах горел яркий свет. Кроме одного. Одинокий маленький бар с не самыми маленькими окнами, беспросветно занавешенными плакатами и картинками рок-исполнителей 70-х годов, из которых изо всех сил пытался просочиться тёмно-оранжевый свет. Деревянное оформление «под старину», и одна единственная табличка с надписью 'Cornerstone', размером не больше формата А3 на стене. Именно это и привлекло Алекса, который на ночь глядя в одиночку странствовал по улочкам родного города, в поиске вдохновения. Вынув одну из рук из глубокого кармана чёрного пальто, он еле открыл тяжёлую дверь, которая как будто говорила ему: «Так уж и быть, сдаюсь». Зайдя внутрь, он учуял тонкий аромат старинного дерева, апельсинов и дешёвого коньяка, а также услышал чуть приглушённые рок-хиты, тех же 70-х. Дверь за ним невероятно громко захлопнулась, отчего парень вздрогнул. Изучая необыкновенное место глазами, Тёрнер заметил перед собой старую деревянную барную стойку, с не менее старыми стульями. За стойкой стояла полноватая женщина, протирая мутный стакан тряпкой. Она разговаривала с двумя мужчинами, которые сидели и хлебали из кружек пиво. Заметив Алекса, она подняла на него свои слишком сильно накрашенные глаза и ухмыльнулась ему во все тридцать два зуба, пожелтевших от переизбытка сигарет. Один из мужчин повернулся к парню, посмотрев на него взглядом, в котором читалось явное «Что этот юнец тут делает?». К счастью, он быстро повернул свою голову обратно. Чуть поправив руками длинную, слегка вьющеюся шевелюру, которую предательски подпортил ветер, он продолжал смотреть и заметил, что с правой стороны была пара маленьких столиков и скамеек, из идентичного материала, как и стойка. С левой стороны находился полностью покрывшийся пылью и грязью древний музыкальный автомат, которым, по мнению Алекса, не пользовался никто лет десять, если не все пятнадцать. Это мрачное место одновременно и отталкивало, и манило его. Второе чувство всё же победило, и Тёрнер решил там остаться. Пройдя в самую глубь зала, он устало уселся за самый дальний столик у окна. Вида не было никакого, кроме как слегка отцветших лиц Пола МакКартни, Мика Джаггера, Фредди Меркьюри и множества других. Расстегнув пуговицы и сняв с себя пальто, Алекс аккуратно отложил его на твёрдую скамью, на которой сидел. Теперь он остался в одной лёгкой кофте светло-серого цвета. Чуть встряхнув головой, чтобы убрать с лица лишние длинные волосы, он принялся рассматривать повреждённый деревянный стол с многими царапинами и сколами, явно находившись в поиске какого-нибудь меню, или чего-то в этом роде. Но, к сожалению, ничего, кроме полупустой солонки и пары салфеток, забрызганных чем-то непонятным, он не обнаружил. Грустно подперев голову рукой, он подумал, что уходить сейчас было бы слишком некультурно. Дурман из странных запахов, плохое освещение, чрезмерная теплота. Всё это медленно клонило парня в сон. И он уже готов был в него погрузиться, если бы не девушка, которая подошла к нему. - Привет, - проговорила она, положив ему на стол меню в потрёпанной кожаной обложке. - Э, эм, д–да.. спасибо, - ответил Алекс, очнувшись. Он даже не успел особо обратить на неё внимание, как она бесшумно ушла. Хмыкнув что-то себе под нос, он открыл меню. - Так, посмотрим.. сэндвичи.. хм, ну уж нет, - шептал он, листая, - Роуст с овощами.. картофелем.. Йоркширский пудинг.. нет. Всё нет. Он не успел перелистнуть на третью страницу, как к его столику снова подошла та же девушка, нетерпеливо достав из кармана блокнот и карандаш. Уже в полном сознании обратив на неё внимание, Алекс понял, что она была вполне красива. Очень короткая стрижка шоколадного цвета, гладкая кожа бледноватого оттенка, полные губы, большие светло-карие глаза. Минимум макияжа. Тёрнер автоматически выпрямил спину и убрал неряшливую кудряшку, снова выбившуюся из непослушной длинной причёски за ухо, слегка повернувшись к официантке и мило улыбнувшись ей. В ответ она тихо хихикнула. - Что будем? - Я.. э, ну, давайте.. воды. Желательно, кхм–холоднее, и негазированную, - ответил он, будто не знав, что девушка от него хочет. По её выражению лица он понял, что его ответ её слегка смутил. - И всё? Не попробуешь даже.. мм, грог? Медовый грог, у нас перед ним просто нельзя устоять! - Ээ, нет, мне кажется, я смогу. Устоять. Да, - ответил парень, чуть усмехнувшись, чтобы хоть как-то разрядить атмосферу. Милое лицо девушки сначала выглядело расстроенным, но потом, тихо прошептав: «Хорошо», она надела довольную улыбку и ушла, чуть ли не вырвав у Тёрнера из рук меню. Он сделал недоумённый взгляд и вскоре понимающе покачал головой, провожая её взглядом. Она, пройдя за барную стойку, начала разговаривать с женщиной, стоявшей за ней, когда парень только вошёл в бар. Они были очень похожи. Чертами лица, и даже обыкновенными движениями. Он это заметил, когда девушка достала стакан и, увлажнив тряпку, стала его протирать. Мать и дочь? Нет. Женщина выглядела не настолько старо. Ей было от силы 37. А девушке он бы дал 23-25. - Сёстры, - подумал Алекс. Всё это время он наблюдал за этой загадочной особой. То, как она наливала воду в стакан. То, как аккуратно пыталась украсить его кусочком лайма, что у неё не получилось, и она огорчённо закинула фрукт в стакан. То, как её возможная сестра передала ей стакан чуть меньше, в котором находилась жидкость бледно-жёлтого оттенка, красиво украшенная льдом, мараскиновой вишенкой и тонкой долькой лимона. То, как она ставила оба стакана на поднос. Оба стакана? Алекс осмотрелся и понял, что кроме него в баре не было вообще никого, кроме мужчин, которые сидели за стойкой. Для кого же тогда был напиток? Эта мысль сразу же вылетела из его головы, когда девушка, поправив фартук, взяла поднос и понесла его к Тёрнеру. Он попытался как можно быстрее повернуть голову в противоположную сторону, якобы рассматривая плакаты на окне. Не признавать же пристальное наблюдение за красивой девушкой, с внешностью, будто из старого фильма. - Можешь не оправдываться, - проговорила она, подойдя к парню и поставив поднос на стол, - Я видела, как ты глядел на меня. Тёрнер повернул голову обратно, сделав лицо а-ля «Я не имею единого представления, о чём ты говоришь», но, сказать честно, он был не особо хорошим вруном. Поэтому пришлось сознаться. - Я.. да. Да, я наблюдал, - сказал он, медленно кивая и застенчиво уводив глаза в угол. Девушка довольно улыбнулась, быстро сменив выражение лица, чтобы парень не понял, что ей это понравилось. После того, как она начала медленно разгружать поднос, он обратил внимание на то, что она поставила оба стакана к нему. - Спасибо. Стой, а что это? Я не заказывал, - произнёс он, непонятливо нахмурившись. - А это «Виски Сауэр». За счёт заведения, - ответила она, слегка приподнимая уголки губ, - Просто моя сестра подумала, что тебе стоит расслабиться и попробовать её фирменный напиток. Бурбон, лимонный сок и секретный ингредиент. - Какой же? – переспросил он, подумав, что был прав насчёт сестры. - На то он и секретный, дружок, - проговорила она, слегка подмигнув парню. Он неуверенно улыбнулся в ответ. Девушка, уже собравшись уходить, взяла поднос, но вдруг Алекс крепко взял её за руку. Она подарила ему вопросительный взгляд. - Извини, эм, можно бумажку.. и что-нибудь, чем можно писать? – робко спросил он. - Э, да, конечно, - ответила она, достав из кармана фартука свой блокнот. Оторвав оттуда листок, она протянула его Тёрнеру, вместе с маленьким карандашом с разными вычерченными рисунками, на котором неряшливыми буквами также было выцарапано название бара. - Вообще, это подарок для детишек, - хихикнула девушка, - Сколько тебе лет? - Думаю, я совсем чуть-чуть перерос этот предмет, раз мне около двух месяцев назад исполнилось 23, - усмехнулся он, впервые почувствовав себя уютно в этом месте, - Но всё равно спасибо. - Да не за что. Зови, если что, - сказала она. Парень послушно кивнул, и девушка медленно удалилась. Положив карандаш и бумагу на стол, он поставил перед собой оба напитка. Алекс решил для начала попробовать злосчастный алкогольный. Как бы он не хотел этого, его любопытство всё же взяло верх. Он заинтригованно поднял стакан, посмотрев на желтоватую жидкость. Понюхав, он сделал уверенный глоток. - Сахарный сироп. Вот уж мне, секретный ингредиент. И.. чёрт, мой любимый Bulleit. А главное – настоящий, - шепнул Тёрнер себе под нос, морща лицо из-за нотки кислоты. Коктейль его приятно удивил. Выпив всё до дна, он откусил от дольки лимона, снова скривив лицо, и быстро закинул вишню в рот. Схватив бумажку, он быстро набросил туда пару слов. Слова из будущей песни. Он сам не знал, что его на это подтолкнуло. Вкусный напиток, или всё-таки невероятно красивая официантка. А может и атмосфера заведения. Лично Алекс думал, что более-менее всё вместе. Записывая абсолютно всё, что лезло ему в голову, на бумажке, боясь, что из-за алкоголя он может не вспомнить всё это утром, он не оставлял ни одного «живого» места на бедном клетчатом листке. Исписав и заднюю, и переднюю сторону, парень сделал три жадных глотка воды. - Извините.. ээ, прелестница! Сможете повторить? – крикнул он девушке, которая на данный момент вела беседу со своей сестрой и двумя мужчинами у стойки. Поняв, насколько громко это получилось, лицо Алекса слегка приняло алый окрас. Она, переведя взгляд на него, довольно кивнула, передав это своей сестре. Та в свою очередь принялась мешать коктейль. Наблюдая, Тёрнер понял, что просто не может оторвать от официантки глаз. Она ему очень приглянулась. - Что, понравилось? – вдруг произнесла она, оказавшись уже с очередным подносом у стола парня. Поставив ему новый полный стакан, она забрала старый. - Ага.. То есть да, спасибо, - ответил он, слегка улыбаясь и почёсывая висок. - Ого! Да ты весь листик исписал, - удивлённо проговорила девушка, выхватив записку до того, как Тёрнер смог её отобрать, - Что? Я увидел твою сестру в «Краеугольном камне».. Единственный океан.. Зелье начинает действовать, за–затуманивая твои глаза.. Заведи мой, ха, пропеллер? - Хей, эй, отдай! - Что это? Ты что, один из таких, поэтов? Которые пишут неведомую чушь, которую потом попробуй разбери? – спросила она, отдав парню бумагу. - Ну, можно сказать и так. Просто, эм, забудь, ладно? – ответил он, аккуратно сложив свои записи и запихнув их вместе с карандашом в карман синих джинсов. Затем он слегка встряхнул головой, чтобы избавиться от лежавших на лице локонов. Девушка, странно на него посмотрев, молча обернулась и ушла. Алекс стал думать, какое же «прекрасное» впечатление он произвёл на неё. Быстро опустошив второй «Виски Сауэр», он закусил и запил это водой. Достав из заднего кармана бумажник, он молча положил на стол крупную купюру. Накинув пальто, он как можно быстрее направился к выходу. На часах, которые висели рядом с барной стойкой, он зафиксировал, что было чуть больше часа ночи. Промчавшись мимо стойки, парень попытался открыть дверь, что в этот раз у него с первой попытки не получилось. Применив чуть больше силы, он всё-таки смог это сделать. - Стой!! Как тебя зовут хоть? – слышал он у себя за спиной, уходив. - А-Алекс. Алекс Тёрнер, - прохрипел тот в ответ. Он не был уверен, был ли он услышан, но это его особо не тревожило. Выйдя на улицу, он вдохнул свежий холодный воздух, встряхнул причёской и, тщательно проморгавшись, собрался уходить, как вдруг услышал громкий скрип двери, и внезапно чья-то рука схватила его за плечо. Обернувшись, он понял, что это была та самая официантка. - Мистер.. Т–Тёрнер, - произнесла она, неровно дыша, - Т–ты, ты.. свою бумажку обронил. - Спасибо, - благодарно проговорив это, он опустил листок, который девушка положила ему в руку, в карман пальто. - Ещё увидимся, - улыбнулась она. - Д–, возможно, - неуверенно ответил Алекс. Вдруг дверь заскрипела снова, а ветер взвыл. Это издало звук, похожий на мягкую усмешку. Повернувшись, девушка не обнаружила ничего, что могло бы указывать на причину скрипа. Да и Тёрнер ничего не заметил. - Вуу, волшебная дверь у нас за спиной хихикает, как интересно.. и странно! – смеялась официантка. Парень не мог себе отказать, чтобы не составить девушке компанию. После того, как вступила тишина, она тихо зашла обратно в бар, оставив Алекса наедине с ветром и плохой погодой. Снова. Бродя уже который час по полностью лежавшем в полумраке парку, который освещали лишь пара тусклых фонарей, немного протрезвевший Тёрнер решил прочитать, что же он написал на листке, так как действительно стал забывать, что крутилось в его голове тогда. Присев на лавку, стоявшую прямо под одним из источников света, он запустил руку в карман джинсов и вытянул оттуда бумажку. Начав читать, он заулыбался. Мечтания, связанные вместе предложения, словосочетания, странные рифмы, чувства. Одним словом, пьяный бред. Самый настоящий, не нуждающийся в объяснении бред. Но адски манящий, пронизывающий и глубокий. Если перечитать или переслушать пару раз, можно начать понимать смысл. Даже если его почти нет, можно додумать самому. Вырисовать из строчек что-то своё, родное, связанное со своей жизнью. Именно этого пытался добиться Тёрнер, писав свои песни. Как показалось Алексу, что-то явно было не так. Ведь бумажку, которую вручила ему официантка, он точно положил в карман пальто. Почему она тогда оказалась в кармане джинсов, снова? Помутнил ли алкоголь его сознание настолько, что он даже не помнил, что делал час назад? Однозначно нет. Он выпил всего два стакана какого-то непонятного коктейля, хоть и чертовски вкусного. Подмешали ли ему что-то? Может быть, помимо сахарного сиропа в «Виски Сауэр» находилось что-то, что услащает жизнь сильнее? Возможно. Был только один вариант проверить. Медленно запустив руку в карман пальто, он ощутил там бумажку. Выловив её оттуда, он заметил, что она и была исписана, но далеко не тем, что могло бы прийти в его подвыпившую голову. Точнее, тем, что вообще не могло бы прийти к нему в голову. Даже в самом что ни на есть трезвом состоянии. Пустые слова, не имеющие никакого смысла. - «Стол, стул, стол, стол, бар,..», ну понятно, - читал Алекс, вертев головой и ухмыляясь, - Стоп? Что? «Горячий. Горячий парень. Горячий парень с длинными волосами. Длинные кудрявые волосы. Горячий. Чёртов. Парень. 23. 23 года. Возможно поэт. Похож на щенка. Невероятно милый.» Покраснев, Тёрнер был рад, что рядом никого не было. Раскрыв бумажку, он снова широко заулыбался. На нём небрежным почерком стоял номер телефона, а снизу надпись: «Элли. Девушка из «Краеугольного камня». Звони!» Запихнув листок обратно, Алекс убрал мешающие кудри за уши, встал со скамьи, и, засунув руки в карманы пальто, съёжившись от холода, довольно направился в сторону дома.