Незабудки

Он испугался. Испугался, не почувствовав на своей груди её тёплых рук. Он вздохнул и не глядя, провёл рукой по простыне. Рука почувствовала лишь холодную гладкость шёлка. Он открыл глаза, сел на кровати и, распахнув шторы балдахина, оглянулся. — Персефона? — Позвал он тихо, но шёпот его вмиг разнёсся по всему царству. Ответа снова не последовало и Аид, накинув на своё сильное тело красный халат, вышел из покоев. Его сразу же ослепил свет горящих в коридоре канделябров. Бог немного успокоился: Персефона сама вышла из комнаты. Это она приказала зажечь канделябры, потому что боялась ходить по тёмным коридорам дворца. Их дворца. — Персефона! — крикнул он и по всему царству пронёсся его баритон. В ответ послышался звонкий смех, и владыка подземного царства улыбнулся. Нашлась. Он спускался вниз по лестнице, когда увидел как Гипнос и Танатос бежали с полными вёдрами воды, попутно расплёскивая её по чёрному мраморному полу. Аид очень удивился, увидев это, и тихо проследовал за ними. — Чего это госпоже Персефоне понадобилось столько воды с утра пораньше? — Заговорил Танатос. — Может она решила ванну принять? — ответил Гипнос, стараясь не упасть. — В водах Стикса и Леты?! — Ну, всякое бывает. — Аид кашлянул. Боги остановились, уронили вёдра и обернулись. Увидев владыку, они поклонились. — Где госпожа Персефона? Для чего вам эта вода? — Спокойно спросил Аид. Танатос толкнул Гипноса и тот ответил: — Госпожа в саду. Для чего вода — мы не знаем. — Аид почесал подбородок и кивнул. — Ну что ж пойдём в сад. — Боги взяли в руки вёдра, а владыка пошёл за ними. Наконец они пришли в сад. Аид, увидев картину, что предстала перед ним, не смог сдержать смеха и умиления. Трёхглавый Цербер бегал вокруг Персефоны и рыл своими лапами маленькие ямки. За каждые три ямки владычица гладила каждую голову пса, а он довольно сопел. Танатос и Гипнос поставили свои вёдра на землю и ждали дальнейших указаний. Персефона посмотрела на вёдра и сказала: — Спасибо вам. Можете идти. — Она заметила боковым зрением Аида и замерла с какими-то семенами в руках. Она сглотнула и встала. — Почему же ты прекратила? — Спросил Аид. Персефона вздрогнула и посмотрела на мужа. С первого взгляда покажется, что он равнодушен и спокоен, но Персефона заметила, как в его глазах пляшут маленькие чертята и рассмеялась. Аид понял, что его рассекретили и тоже засмеялся. Он схватил жену за руку, обнял и вдохнул запах цветов исходящий от Персефоны. Она уткнулась ему в грудь и почувствовала, как об их ноги трётся Цербер. Аид отстранился от неё достал откуда-то кость и дал её псу. Цербер довольно заскулил и убежал. — Я испугался. — Прошептал Аид и посмотрел ей в глаза. — Испугался, что ты ушла. — Куда же я от тебя денусь? — она взяла его холодную руку и провела ей по своей щеке. — Мне с тобой так хорошо. Да и не могу я уже без тебя. Аида так поразили эти слова, что он ещё крепче прижал к себе жену и поцеловал её. — Так зачем же тебе вода из Леты и Стикса? — Спросил он, отстранившись. Персефона опустила взгляд. — Скоро мне к матери пора будет. — Голос её дрогнул. — Это наша первая разлука. Вдруг ты забудешь обо мне, и… — Аид очень оскорбился, но она продолжила. — Не перебивай меня. Если ты обо мне забудешь и не захочешь, чтобы я вернулась к тебе, не давай этим цветам взойти. — Персефона, как ты можешь? Мне эти шесть месяцев покажутся вечностью без тебя. Я думаю о тебе каждый свой миг. Эти цветы будут жить вечно, и цвести они будут вечно. Аид обнял жену за талию и взглянул на засеянное поле. Эти цветы были незабудки.