Любовь за деньги?..

Как и ожидалось, Чимин приехал буквально через 10 минут. И уже довольно долгое время сидел на кухне, обрабатывая раны Тэхена. - ТэТэ, что на этот раз произошло? – спросил Пак, прикладывая проспиртованную вату к разбитой губе. Блондин зашипел, попытавшись увернуться от руки друга. Тот обхватил другой рукой лицо Кима, снова поднося вату к пораненному месту. После чего сразу начал дуть на губу. - Я сказал Гуки, что ничего ему не дам. - А он, кажется, решил за тебя, да? – усмехнулся рыжик. Закончив с губой, парень достал лейкопластыри, один и которых приклеил к царапине чуть выше брови. А другой на также пораненную ключицу. В этот момент на кухню зашел младший. Он, как ни в чем не бывало, прошел к раковине, наливая воды. Тэхен взволнованно смотрел на Чимина, у которого от злости вены на висках вздулись. Вообще, Чимин в гневе – это самое страшное, что когда-либо могло происходить. И здесь даже злость макнэ рядом не стояла. Жалко, что на брюнета все равно не действовало. Встав из-за стола рыжеволосый подошел к Чону, кладя руку ему на плечо и резко поворачивая лицом к себе. - Как ты мог так поступить с Тэхеном?! – Чонгук недоуменно смотрел на старшего, а после на его губах промелькнула ухмылка. Сам не поняв как, Пак оказался зажат между кухонной тумбой и телом младшего. - А что, хочешь также? – брюнет отпустил свою руку на бедро старшего, медленно поглаживая. Пак застыл на месте, не смея двигаться. Он не мог оторвать взгляда от глаз Чонгука. Холодные пронизывающие, как будто смотрят сквозь тебя. Которые, как водоворот затягивают и вряд ли когда-либо еще выпустят. В этих глазах столько злобы, самодовольства, похоти и столько боли. У Чимина появляется желание обнять, пожалеть, поддержать. Хоть как-нибудь, но показать этому парню, что все не так плохо, как ему кажется. И он бы уже не раз сделал это, если бы не так ярко выраженная в его глазах злость и ненависть. К Паку, Тэхену и ко всем остальным, кто хоть как-то похожи на них. Складывается ощущение, что Чонгук ненавидит весь мир, но ведь рыжеволосый знает, что это не так. Он не раз слышал из рассказов блондина, как макнэ общается с Юнги, со своими родителями. С каким уважением и преданностью он общался с преподавателем, когда тот звонил спросить об успех брюнета в недавнем проекте. Ведь он знает, что Чонгук на самом деле не такой, за какого себя выдает. Или просто надеется. Просто в голове Чимина не укладывается, как в обычном на первый взгляд подростке может быть столько злости. Когда он первый раз увидел Чона, то подумал, что тот каждый день помогает переходить дорогу пожилым людям, кормит бездомных животных и никогда не причинит боль его лучшему другу. Как же он, тогда ошибался. Но уже ничего не мог сделать. Да и сейчас не может. Он же знает, как Ким любит младшего, заботится о нем и, несмотря на все его измены, попойки ни за что не оставит Чонгука одного. Жалко, что Чон сам этого не понимает и вряд ли когда-нибудь поймет. - Гуки? – тихо спросил блондин, удобнее устраиваясь на стуле. - Тэхен, как же ты умеешь все испортить! – парень оторвался от Пака и только собрался уйти, как Чимин схватил его за запястье, снова поворачивая к себе. - Я дам тебе деньги. - Нет, Чим, не надо! – послышался откуда-то издалека вопль блондина. - Я дам тебе больше, чем ты требуешь, но… - Пак на секунду остановился, снова все обдумывая. – Но ты больше никогда не оставишь на теле ТэТэ ни одного синяка. Сначала Чонгук удивленно смотрел на старшего, но после стал очень громко смеяться. И долго не мог остановиться. Что Ким, что Пак не могли понять, что происходит с макнэ. Тот уже не в силах держаться на ногах, оперся спиной о стол. И схватившись за живот, продолжил истерично смеяться. - Гуки, что с тобой? Тебе плохо? – блондин сорвался со своего места, несмотря на то, что ему было больно сделать хотя бы одно малейшее движение. Подбежав к брюнету, он обхватил его шею руками, крепко обнимая младшего. – Гуки, пожалуйста, успокойся. Чон резко замолчал и, оттолкнув от себя Кима, снова посмотрел на старшего. - Я согласен, только до следующего месяца. – рыжеволосый непонимающе смотрел на Чонгука, а тот продолжил. – До следующего месяца я ничего не сделаю твоему любимому Тэхену. Но только до следующего месяца. – он протянул руку Чимину. А тот нехотя все же пожал ее. Лучше так, чем никак. Вечером этого же дня. Тэхен лежал на постели в спальне, пытаясь заснуть. Что очень плохо у него выходило. Чонгука опять не было дома. Только на этот раз старший даже не знал, где он. Сердце неприятно щипало, а в уголках глаз уже собралась влага. Блондину было очень больно. Но не от тех ран и синяков на теле. Ему было больно видеть такого младшего. Тэхен даже не мог представить, что такого чувствовал Чон, что так себя вел. А еще хуже становилось от мысли, что в таком его поведении был виноват сам Ким. Ведь он не раз замечал перемены в настроение брюнета, когда он бывает рядом. Как из доброго и радостного, его Гуки становиться злым и грубым. Неужели брюнет настолько ненавидел Тэхена, что даже спать приходил не домой, а куда-нибудь в другое место. Перевернувшись на бок, блондин не выдержал, и по его щекам потекли слезы, благодаря которым, подушка медленно становилась мокрой. Господи, он опять плачет. Ему уже от самого себя противно. Неудивительно, что Чонгук так к нему относится. Но Ким просто не может перестать. Ведь очень больно. От этой боли сердце разрывает на мелкие кусочки, хотя от этого самого сердца, по-моему, уже ничего не осталось. Тэхен закрыл глаза, снова попытавшись уснуть. Тут он почувствовал, как кто-то касается его плеча. Резко повернувшись, он удивленно смотрел на брюнета. В этот раз он не был пьяным, и от него не пахло чужим парфюмом. - Гуки? Альфа резко притянул к себе блондина, заставляя последнего уткнуться в свою грудь. - Как ты меня бесишь, когда плачешь… - брезгливо произнес макнэ, удобнее устраиваясь на кровати. - Прости. - Заткнись и спи. Омега послушавшись Чона, начал засыпать. И уже в полудреме услышал, как Чонгук фыркает и крепче обнимая старшего, добавляет: - И вообще, мне просто холодно, а ты теплый.