Не вини меня за любовь

«Не вини меня за любовь. Не хлопай дверью в полуночной тишине. Почему ты больше не говоришь со мной? Твои усталые глаза, твой голос, твоя улыбка. Мне не жить без этого…никогда больше. Не вини меня за любовь! Все произошло само собой: мое сердце бешено забилось, заскулило, запросило ласки… Ты всему виной! Не проси меня уйти! Ведь, знаешь, я теперь останусь… Я теперь навсегда с тобой… Когда твой голос раздается в ночи, и тонкие пальцы аккуратно выводят буквы на белоснежной бумаге – ты творишь, а я таю, внимая твоему порыву. Я боюсь тебя потерять! Я снова буду твоим вдохновением, твоим дыханием. Если хочешь, я буду твоей молчаливой тенью, просто позволь мне находиться рядом. Позволь охранять твой мирный сон, видеть твое пробуждение… Просто, позволь мне…и не молчи! Отпусти все свои волнения, всю свою боль, ненависть и ярость! Я приму ее на себя. Я буду твоей отдушиной, твоей свободой…Просто, поговори со мной, как раньше!», - шептал Майки и гладил мягкие волосы брата своей бледной рукой. Джерард спал, на его лице появилась теплая улыбка. Он видел во сне того, без кого не смыслил жизни. Того, кто понимал его, кто был для него всем. Того, кого недавно не стало. Впервые за долгое время, брат снился ему счастливым и живым. Все чаще, Джерард видел лишь кошмарные эпизоды этого страшного, последнего для Майки, дня. Его губы, раскрытые в немом крике, его глаза, полные слез, изящные пальцы, покрытые липкой кровью и взгляд бешеной фанатки, которая произвела смертельный выстрел. А Майки не понимал, почему самый любимый и родной для него человек, больше не говорит с ним. Почему он постоянно плачет и снова пьет таблетки. Что он скрывает? Иногда, ему казалось, что Джерард не видит его. Но это же полный бред! Он всегда рядом, все так же любит, все так же ждет. «Да, этот особняк, действительно, странный, было глупой затеей записывать здесь альбом. Мне постоянно кажется, что я слышу голос Майки», - подумал Джерард, открыв глаза. Молочно белая тень проплыла в шаге от его кровати. - Прости меня! – тень обретала форму. - Что? – Джерард не мог понять, что происходит и был чертовски напуган. - Ты не говоришь со мной! Ты не обращаешь на меня внимание. Это все из-за того, что я решил уйти из группы? Прости меня, я был не прав, просто погорячился! Я никуда не уйду, я твержу тебе об этом на протяжении всех последних дней, но ты не отвечаешь мне! - Майки? – сердце старшего Уэя сжалось от боли. «Он ничего не знает. Он не знает, что мертв», - пронеслось у него в голове. К горлу подступили душащие слезы, снова приступ, но он должен сдержаться. - Я уже простил тебя! – ответил он, пытаясь коснуться руки Майкса. Вопреки всем ожиданиям, ему это удалось. Ладонь оказалась холодной и мягкой, словно облако. Это была не плоть, но она была ощутима. Джерард обнял брата и прижал к себе. - Джи, я так рад, что ты простил меня! – прошептал Майкс. – Ты больше не будешь избегать меня? Ты позволишь мне остаться! - Конечно! Оставайся со мной всегда,– Джерарду больше не удалось сдержать слез. Тихие всхлипы наполнили одну из комнат таинственного особняка Парамор. Уже десять лет ни одна живая душа не заглядывала туда. Виной тому страшное происшествие, произошедшее в стенах здания, которое унесло с собой жизни двух замечательных музыкантов, двух культовых личностей – Джерарда и Майкла Уэя.