Гарем Годайме Хокаге

- И еще вот это. – под руку просунули лист, густо испещренный иероглифами. - Еще? – обреченно простонала молодая светловолосая женщина с фиолетовым ромбом во лбу. - Резолюция по спорному имуществу между кланами Нара и Абураме. – мягко заверила темноволосая девушка, внимательно наблюдая, как начальница размашисто расписывается. – Благодарю, Хокаге-сама. Сегодня вы как никогда хорошо потрудились. - О да. – Годайме с хрустом потянулась, оглядев ровные стопки разобранных и подписанных документов, перевела взор на панорамное окно, крутанувшись в кресле. – Я заслужила небольшое поощрение. – мечтательно протянула она, не замечая, как хмурится помощница. – Нет, большое! В штабе еще рабочий день не закончился, а я уже свободна! Като Шизуне встревожилась, прекрасно зная как далеко и глубоко заводит наставницу желание расслабиться. Стоит отвернуться, и пожалуйста – Тсунаде-сама или играет, или пьет, или дерется, или все сразу! Счастье, что в Конохе еще такого загула не случалось, но ведь все бывает впервые, а Годайме и так больше года держалась. Ой, что будет! Молодая женщина спешно припомнила расположение тайников в кабинете и их наполнение: «Под подоконником можно только тонкую папку спрятать, в ножке стола – кунай или свиток. О! Свиток, если запечатать… Нет, не до такой же степени... А вот если»… Её размышления прервал насмешливый голос: - Шизуне, за кого ты меня принимаешь? Я прекрасно осознаю ответственность своего поста. – светловолосая женщина барабанила пальцами по столу. – Не думаешь ли ты, что я напьюсь до безобразия и буду бить морды нашим шиноби? - Нет, конечно. – с толикой облегчения буркнула Като и, покраснев, предположила – пожалуйста, не играйте с АНБУ на раздевание! - Больше не буду. – покладисто согласилась наствница и махнула рукой. – Иди, Шизуне, перекуси что-нибудь и мне принеси, а я пока вздремну. Разумеется, прямому приказу ученица подчинилась, но её терзали смутные сомнения, и, оставив Тон-Тон следить за моральным обликом Хокаге, девушка на хорошей скорости рванула в ближайшее кафе: «Шоколадные кексы, мармелад и какао – прекрасная награда за труды»! Оставленная без присмотра Хокаге считала также, но и резонно полагала, что кашу масло не испортить, а тонус организма следует поддерживать и уж точно не бросать резко вредные привычки: - Как медик говорю: отвыкать надо постепенно, резко снизив потребление алкоголя, я подвергну свой организм не нужному стрессу. А мне это надо? Правильно, не надо. – сама с собой разговаривала Сенжу, доставая из необъятного декольте одну керамическую бутылочку, вторую. – Посмотрим, что за новинка. – она откупорила одну тару, принюхалась. Пахло травами, немного спиртом и чем-то знакомым. – Кампай! – женщина отхлебнула, продегустировала. – А ничего, приятненько. – медленно и неторопливо она прикончила обе бутылочки и пригорюнилась. – Эх, Тон-Тон, вкусно, но пьешь, как воду. Не берет. – она душераздирающе вздохнула, смахнув слезу, настроение стремилось к минусовой отметке. – Вот и меня никто не берет! Тон-Тон, мне уже пятьдесят два, а нормального мужика не встретила! - Пыыыых! – отчаянно захрюкала свинка, тыкаясь пятачком в упавшую бутылку. - Да, характер у меня тяжелый, - самокритично признала Хокаге, - но и эти кобели проклятые не лучше! – она ударила ладонью по подлокотнику и упала на спину, ввиду развалившегося кресла. – Ууу, слабак! Тоже мужик, наверное. – женщина села на столешницу, нога на ногу и попыталась опереться на локоть, когда почувствовала дискомфорт в области декольте. С радостным изумлением обнаружила третью бутылочку, немедленно употребленную по назначению. Как ни странно, настроение улучшилось. – А что я кисну, Тон-Тон?? – весело подмигнула свинку Тсунаде. – Я – Хокаге, хороша. – она выразительно повела плечами. – Мне клан восстанавливать надо. К биджу всех этих старперов, буду искать кандидата среди молодежи. У Глав кланов допускается по три, четыре жены, а у меня мужья будут. И наложники. – Годайме довольно прищурилась от предвкушения. – Это мой долг – продолжение рода! И наших мужиков расшевелю, а то они возмутительно манкируют своими обязанностями. – она вновь захихикала, а поросенок горестно взвыл и, цокая копытцами, поскакал к двери. Однако, сбежать за помощью она не успела – на пороге возник парень лет шестнадцати в чунинском жилете с сонным лицом. - Хокаге-сама, добрый вечер. – по-прежнему лениво поклонился он. – Отец просил меня узнать, что с нашим спором. - О, Шикамару! – неприкрыто обрадовалась Годайме и радушно пригласила – Заходи, обсудим. Молодой Нара насторожился, очень уж настораживала хищная улыбка на красивом лице. Окинув взглядом окно, прикинув расстояние до двери, парень набросал пути отступления и подошел ближе к главе деревни. - Скажи мне, Шикамару, у тебя есть девушка? – промурлыкала Тсунаде, придирчиво осматривая кандидата. «Молод, довольно симпатичный, хвостик этот забавный. Клан Нара – самый умный в Конохе, неплохо, неплохо». – мысленно составила впечатление женщина. - Нет, Хокаге-сама. – односложно ответил Шика, при виде предвкушения на лице Каге, решил стратегически отступить. - А парень? – Тсунаде слегка наклонилась вперед, и молодой Нара невольно влип глазами в её декольте. - Н-не. - А, только на миссии, по военной традиции. – верно поняла та его меканье и решительно схватила парня правой рукой за грудки. – Ты мне подходишь. - Д-д-для чего? – ошарашено спросил Нара. - Для продолжения моего рода. – промурлыкала женщина, встряхнула добычу – не дергайся, сейчас я тебя поцелую. «Кажется, отец так же попался»! – пронеслась обреченная мысль в голове парня. - Тсунаде-сама! Что вы делаете! – от командного рявка задрожали стекла и фикус. «Спасен»! – никогда еще Нара не был так рад видеть злющую чопорную ученицу Годайме. - Провожу кастинг. – повела плечами Сенжу, а глаза парня, словно загендзюченные вновь прикипели к полушариям в вырезе ее блузы. – Парочка станут моими мужьями, а финалисты – наложниками. - Пыыыы! – пожаловалась забытая свинка. Надо ли говорить, в какой ужас пришла Шизуне? Оказалось, подозрительно рвение, настойчивость и ответственность она проявляет не только в делах деревни, но и клана и личных! Ками-сама, может быть не стоило так давить? Нет, с одной тсороны это хорошо, вот только Нара… - Тсунаде-сама, Шикамару еще маленький! – решительно пошла в атаку помошница. – Ему только шестнадцать! - Он – чунин. – встряхнула оного Хокаге. – Самый умный среди своего поколения, а мне нужны мозги в семье. Нара мысленно проклял клановую репутацию, свел глаза в кучку, приоткрыл рот и пустил ниточку слюны. Ноги подломились, и он остался висеть в руке женщины безвольной тряпочкой. - Нооо…- на минуту зависла Като, а затем нашла аргумент – он – неопытный и слишком ленивый. Зачем вам такой? Пинать все время? И мать у него мегера. – Шикомару изобразил судороги и вновь безвольно повис. - Это-то правда. – Годайме с сомнением оглядела безвольную добычу, и с надрывом произнесла – но мне так нравится его хвостик! Как ананас, ты же знаешь, я люблю ананасы! Шикамару немедленно дал себе зарок побриться налысо, а Шизуне почти мгновенно отбила подачу, мысленно извинившись перед Умино: - А чем вам тогда Умино Ирука не хорош? Чунин, опытный, порядочный, симпатичный. А главное – детей любит. – Шизуне многозначительно подмигнула наставнице. – Восемь лет преподает непоседливым детишкам, и даже Наруто воспитать смог. - Хм… - заинтересовалась Хокаге, вспомнила улыбчивого застенчивого чунина, облизнулась, сравнила со своей жертвой и разжала пальцы. – Действительно, надо рассмотреть его кандидатуру. Пока свободен, Шикамару. Тот остался лежать на полу бесформенной кучей, пока Шизене не прошипела, ткнув его сандалей: - Ссскройсссся. Не используя никакой техники, на голой физике и пламенном энтузиазме, Нара испарился в коридор, и только оттуда телепортировался на максимальное расстояние от Башни. - Шизуне, пригласи ко мне Ируку, немедленно. – приказала Хокаге, потирая руки. Като с обреченным видом переглянулась с поросенком и тут заметила, что пыталась показать ей Тон-Тон: - Тсунаде-сама, вы опять пили? – нехорошим голосом спросила девушка. - Пффф. Всего-то три бутылочки. Что там пить, один разогрев. – отмахнулась Годайме, но продолжению спора помешал вошедший. - Хокаге-сама, разрешите доложить. – на пороге кабинета молодой мужчина отвесил низкий поклон. - Аааа… - Ага. С разными, предвкушающей и обреченной интонациями протянули обе женщины, а шиноби в бандане занервничал, перекинув сенбон из одного уголка рта в другой. «Почему бы и нет? Полевой медик, поговорить есть о чем, симпатичный. Бесклановый, так это плюс – давить не будет». – мысленно загибала пальцы Сенжу. – «На племя сгодится». - Поздравляю, Генма-кун, ты в финале! – обрадовала его Годайме и поманила пальчиком. – Полевые испытания проведем сегодня в девять вечера… - Тсунаде-сама! – простонала Шизуне и скорчила рожицу. - Теперь-то что? – возмутилась та. - Все при нем. – под разделывающими взглядами двух женщин Ширануи занервничал. Его интуиция взвыла сиреной, но мужчина не позволил страху отразиться в глазах, внешне оставаясь таким же пофигистичным. - Он… Он… Он же – блядун! Вся Коноха знает! – выдала Като. – Вы думаете он успокоится? Нееет. Посмотрите в его наглые глаза, он же из спортивного интереса котовать начнет. «Не понял! При чем здесь моя личная жизнь? Новый приказ старейшин?» - от этих мыслей Ширануи стало дурно, и он деликатно попытался уточнить: - Простите, я не понял, почему моя личная жизнь вызывает ваш интерес, Хокаге-сама. – предельно почтительно произнес шиноби. - Потому что это почти моя личная жизнь. – ласково сказала Сенжу, медленно подошла к мужине, ладонью притянула к себе за шею, выдернула сенбон из его губ и крепко поцеловала. - Тсунаде-сама выбирает себе мужа для продолжения славного клана Сенжу. – слабым голосом проговорила Шизуне выпученному видимому глазу Ширануи. Заслышав кодовое слово «муж», шиноби дернулся и с жаром ответил на поцелуй. - Вот видишь, а сопротивлялся. – мечтательным тоном сказала Тсунаде, погладив его по щеке. - Годайме-сама, умоляю. – Генма плюхнулся на колени. – Вы – прекрасная женщина, но мое сердце не свободно. – Шизуне издала придушенный звук и жестом показала, что Ширануи сейчас отвернут голову. Однако тот не отступил, справедливо рассудив, что его сил и нервов не хватит на Сенжу-химе. Пусть лучше его сейчас вколотят в паркет, чем всю оставшуюся жизнь калечат и лечат. - Вот как? – нахмурилась Каге и ткнула его пальцем в лоб, отчего шиноби упал на спину – почему же ты до сих пор морочишь девушке голову? - Она младше меня, наследница клана, и просто потрясающая! – спешно отмазывался Ширануи, припоминая слабенький сюжет «Ича-Ича». – Я не смею. - Какой кошмар. – тяжело вздохнула Тсунаде, и обратилась к ученице – разве выйдешь замуж, когда мужчины такие трусы? - Не говорите, Тсунаде-сама. – подтвердила та, и жестом показала Генме убираться. Тот не заставил себя уговаривать, наплевав на этикет, развернулся на четвереньках и боднул головой дверь, стремительно распрямляясь. - Аааах. – макушкой поддел что-то теплое и тяжелое, а затем на руки свалилось тонкое тело. Серебристые широко распахнутые глаза, стремительно краснеющее милое личико – Хината-химе. Ширануи мысленно застонал, со стороны его бред подтверждается. - Вот оно как! Оказывается, ты не врал! – удовлетворенно произнесла Хокаге. – Хината-чан, этот котяра тебе нравится? Он нам тут пел, что влюблен в тебя до безумия. - Аа.. Яя… - залепетала Хината и ляпнула – папа будет против. - С Хиаши я сама поговорю. – с благодушным видом отмахнулась Годайме и впилась острым взглядом в Ширануи – Генма-кун, отведи невесту в клан, и без вольностей. - Да, Хокаге-сама. – хором пискнули «нареченные», с ужасом глядя на ласковую улыбку Сенжу и убийственные жесты Като, стоящей на ее спиной.