Испытание Властью

      Пройти мимо тренировочной площадки Одиннадцатого Отряда было решительно невозможно. Судя по воплям, весь отряд пришёл на бесплатное представление и активно болел за участников. Впрочем, повода для волнения не было: если с ребятами что-то случится, это сразу отразится в их духовной силе, и мы с Орихиме почувствуем.       По пути я обдумывал то, что произошло в Четвёртом Отряде и пришёл к простому выводу — Капитан Унохана не та, за кого себя выдаёт. Не может духовный клинок шинигами, специализирующегося на лечении, создавать такое тираническое, по-другому и не скажешь, давление. Он ощущался мной словно кровожадный зверь, тщательно затаившийся, замаскировавшийся, но всё ещё готовый вцепиться тебе в глотку едва только… что только, я так и не понял. Что сдерживает это чудовище? Почему столь сильный и жадный до боя клинок так ни разу и не был использован по назначению…       Когда мы прибыли на место, битва уже подходила к завершению: изрядно потрёпанные Маки-Маки и Юмичика отдыхали на песочке, Тацузаэмон Иба теснил Садо, а Арисава самозабвенно гонялась за Иккаку. Так как во время тренировки Мадараме пользовался тренировочным мечом, а не своим Дзанпакто, ему приходилось крайне туго — удары деревяшкой не особо волновали девушку. К тому же, кажется, контроль духовной силы Арисавы стал ещё хуже, и страдала от этого не она, а окружающие.       — О, ты наконец явился! Теперь и я, смогу сразиться в полую силу! — Кенпачи, что до этого лишь с грустной миной наблюдал за весельем со стороны, тут же оживился, едва увидев нас.        Из-за плеча Зараки выглядывала розовая макушка лейтенанта. Ячиру Кусаджиши выглядела словно ребёнок и, насколько я знаю, вела себя соответствующе, сложно поверить, что такая как она является лейтенантом самого воинственного из отрядов Готэй.       — Освободите полигон! — Зараки оскалился и взмахнул мечом, накрывая подчинённых своими духовным давлением.       Шинигами поспешили выполнить указание Капитана и приготовились смотреть новый акт спектакля, а Ячиру с криком: «Повеселись хорошенько, Кенчик!» сиганула с плеча Зараки прямо на голову Иккаку.       — Почему опять я? — взвыл третий офицер.       — Иноуэ, используй отражающий щит.       Я обнажил меч, уже не ту оглоблю, которой когда-то защищался от нелепых атак Ренджи в реальном мире, но вполне нормальный клинок. Я уже давно в полной мере мог контролировать размер Дзанпакто, и после всего случившегося, уже не было смысла пытаться это скрывать.        Мы рванули вперёд одновременно. Два столпа реацу, желтый и золотистый, встретились на середине полигона, там, где столкнулись наши мечи. Зараки действовал максимально грубо, никакого стиля, только сила, скорость и невероятное по мощи духовное давление, вся его реацу была сконцентрирована на намерении убивать, на острие меча и это… это его обычное состояние. Тысяча лет Кенпачи не сделала его лучшим фехтовальщиком Сейрейтэя, зато отточила инстинкты убийцы.        Зараки оскалился и засмеялся, отталкивая меня назад и ещё сильнее увеличил давление.        — Это действительно что-то интересное! — взревел он, вновь бросаясь в атаку и размахивая своим мечом.        Он полностью отдаётся инстинктам, живёт битвой, мне это знакомо, что-то подобное я испытал при первом использовании силы пустого. Его такой бой вполне устраивает. А меня нет.        Я не стал больше биться лбом об эту стену и начал избегать прямолинейных атак Кенпачи либо принимать их на скользящий блок, не всегда это получалось, порой приходилось всё же полагаться на крепость своего Дзанпакто и грубую силу. Даже не используя сложные приёмы, Кенпачи умудрялся атаковать раз за разом, при этом, меняя скорость и направление атаки, в самые неожиданные моменты.       Когда я шёл сюда, то хотел испытать себя, проверить на прочность, узнать, смогу ли победить в лобовом столкновении, не высвобождая Шикай и не прибегая к другим уловкам.        Это была глупая затея. Если мы будем сражаться подобным образом, один из нас просто умрёт. И я не уверен, что это буду не я. Начинаю понимать, каким образом Зараки, не используя ни Кидо, ни способности Дзанпакто, может быть равен по силе другим капитанам.        Я выяснил для себя всё, что хотел. «Тренировка» с Зараки не имеет смысла если не биться так же как он, забываясь в ярости, боевом безумии и азарте. Я не могу себе этого позволить. Не сейчас, когда из-за каждого угла за мной наблюдают соглядатаи, а Генрюсай всё ещё не определился со своим отношением.        — Хватит от меня бегать! Ты пришёл сюда драться! — рычал Зараки, преследуя меня.        — Вперёд, Кенчик!        — Покажите ему, Капитан! — вторили ему шинигами и Ячиру.       Я не стал ничего отвечать, вместо этого полностью успокоился и сосредоточился на действиях противника. Зараки снова атаковал, я скользнул сторону и заблокировал следующий удар, которым он попытался достать меня из неудобного положения. Он вообще думает о защите?       — Кричи, Зангетцу! — Зараки отступил на пол шага назад, довольно оскалился и снова атаковал.       Так предсказуемо.       Короткий шаг в сюнпо. В сторону, так чтобы Иноуэ и остальные оказались за моей спиной.       — Гетсуга Теншоу! — на этот раз Капитан отправился в непродолжительный полёт через полигон, а шинигами встретили использование нечестной способности неодобрительным гулом.        Не обращая на них внимание, я отправил ещё несколько атак послабее вслед первой, после чего активировал полное подчинение, и пока было время влил в клинки как можно больше реацу.        — Да! Давно я так не сражался! — Кенпачи вылетел из облака пыли и реацу, ещё более жизнерадостный чем прежде.       Нужно его утихомирить.        Один за другим вперёд полетели призванные мечи. А я тем временем начал раскручивать Зангетцу, перехватившись за ленту.        Зараки недовольно хмыкнул, глядя на приближающиеся лезвия и поймал первое из них голой рукой.       "Серьёзно?" — с неверием подумал я. Какая наглость. Неожиданно для Кенпачи, клинок взорвался, высвобождая вложенный заряд реацу, не Гетсуга, конечно, но тоже ничего приятного, особенно, когда такие атаки следуют одна за другой.        И финальный штрих!        Вынужденный защищаться от моего полного подчинения Кенпачи не мог избежать встречи с Зангетцу, когда я метнул его, точно так же, как и в прошлую нашу встречу.        — Гетсуга Теншоу! — Обожаю этот приём. Что может быть лучше, чем Гетсуга в упор, прямо в лицо противнику.        Зангетцу послушно вернулся в мою руку, весь полигон затих.        — Капитан!       — Вы в порядке, Капитан? — Заорали несколько обеспокоенных жнецов.        Что самое удивительное, он правда в порядке.         — Неплохо! Совсем неплохо! Ха-ха-ха, — несколько новых ран и порванное хаори ничуть не волновали Капитана.        — Ох, это будет долгий день…

***

      Быстро отвязаться от Зараки не получилось. Он ещё пол часа пытался меня достать и пару раз ему это удалось: несколько глубоких порезов украсили мою грудь и руки. Но благодаря поступи и дистанционным атакам я полностью контролировал бой, и в итоге: смог-таки измотать его, оставшись при своих. Мои царапины не шли ни в какое сравнение количеством пропущенных Зараки ударов и пролитой им крови.       Когда Кенпачи наконец свалился на землю, весь Одиннадцатый Отряд стоял в шоке, и только Ячиру поблагодарила меня за то, что «Кен-чан здорово повеселился». Психопаты…       — Он просто монстр! Бессмертный какой-то, — рассказывала Арисава детали тренировки Исиде и Чизуру по пути к расположению Десятого Отряда, в основном, конечно, Чизуру. С Урюу у девушки как-то не задалось общение после того случая в мире живых, — весь в крови, раны, от которых человек давно бы умер, но всё прёт и прёт вперёд. И смеётся так… так жутко.       А меня она тоже монстром называет? Хотя о чём это я? Конечно, называет, если и не вслух, так про себя уж точно. Они же все видели, на что способна моя регенерация.       И всё же. Не думал, что с Зараки будет так сложно сражаться. Неважно насколько был он истощен и ранен, это никак не сказывалось на его настрое и силе. Это чрезвычайно сильно деморализует. Он словно бы подталкивал меня: «Давай, вложись в один удар, иначе тебе не победить!» Помнится, именно так и умер Нойтора в каноне. Смог бы я гарантированно убить его в прямом противостоянии, если использовал бы силу пустого? Не знаю. И даже самоуверенный Зангетцу молчит.       — О, вы только посмотрите, кто пришёл? — из окна жилых бараков, где нас должны были разместить, вывалилась Рангику, в руке у шинигами была початая бутылка саке, — А мы начали без вас, уже… идите сюда!       Мацумото попыталась затащить Иноуэ прямо через окно, но Арисава и Чизуру были на чеку и не позволили совершить непотребство. Лейтенант только схватила рукой воздух. Либо она вылакала несколько литров подряд, либо играет на публику, в прошлый раз бутылка cаке не оказала на неё никакого воздействия.       Помимо Рангику в застолье принимали участие ещё несколько условно знакомых по казни и аниме лиц: Кьераку и бдительно следящая за ним Нанао; Кира и Шуюхей; а также недовольный чем-то Хитсугая.       Хорошо, что Кьёраку здесь и ещё вполне вменяем, в отличие, от полуголого Киры, посапывающего в углу. Кажется, он тяжелее переживает расставание с Ичимару, чем Рангику. Может удастся под шумок разговорить Капитана?        Шинигами оказались очень, очень опытными по части выпить, а саке, которое тут разливали, мощнее аналогов из мира живых. Мне оставалось только порадоваться сознательности Орихиме, решительно отказавшейся от алкоголя, на что Мацумото, поворчав немного о чёрствости, разлила непьющим чай. Примеру Иноуэ последовала Татцуки, а вот Чизуру, Садо и Исида рискнули выпить со всеми… через пять минут в сознании остался только Ясутора, сдаётся мне, устойчивость к этому алкоголю зависит от духовной силы пьющего, так как на Капитана Восьмого Отряда оно действовало очень слабо. Но от экспериментов я воздержался, ограничившись парой глотков за упокой Айзена и за то, чтобы выковырять глазки Гину, а то всё щурится, да щурится. Тосты эти задавала Мацумото.       Пока Рангику что-то заговорщицки нашёптывала на ухо Орихиме, я попытался выудить Сюнсуя на серьёзный разговор, но сделать это оказалось не так-то просто. Не желающий пьянеть Капитан оказался докой по части трепаться ни о чём и съезжать с темы. О, я узнал много интересного о саке, звёздах, цветении сакуры, вредности лейтенанта Восьмого Отряда, а также о том, какая она замечательная и милая девушка…       — Ичиго! — Кто-то обхватил меня за шею, и я почувствовал прикосновение чего-то объёмного и очень упругого к спине, под ложечкой засосало от неприятного предчувствия, — Ты чего такой скованный?       Неужели обошлось…       — В прошлый раз ты был намного смелее! — показалось…       Пьяная шинигами попыталась оттянуть меня пальцами за щеку, но я перехватил её руку.       — Прошлый раз? — синхронно протянули Арисава и Орихиме.       — Не ты ли обещал, позаботиться обо мне? — Прижимаясь всем телом, продолжила Рангику, — Со всееееем старанием, — закончила она томным шепотом.       — О-о-о, — уважительно, протянул Кьёраку, откровенно забавляясь ситуацией. Ну да, он то в курсе всего случившегося, только строит из себя дурачка, — какая шустрая нынче молодёжь пошла, нам старикам и не угнаться за ними уже… — тяжело вздохнул Капитан и горестно посмотрел на Нанао.       Дерьмо, не могу же я флиртовать с ней на виду у всех! На глазах у Татцуки и Иноуэ!       — Мацумото-сан, кажется, вы выпили слишком много, — начал я нелепо отмазываться, ненавидя себя за тупость и неспособность придумать нормальное оправдание.       — Правда? Я так не думаю, я всё, всё прекрасно помню.       — Ичиго, ты не хочешь ничего нам рассказать? — Татцуки агрессивно подалась вперёд. Да лучше бы ты меня у соперницы отбивала!       На этот раз во взгляде Кьёраку действительно промелькнуло уважение, а потом он, вдруг, решил надо мной сжалиться. Неужто мужская солидарность взыграла?       — Юные леди, — начал вдохновенно он, — боюсь… всё это… именно то, чем кажется!       Предатель!