50 оттенков слабости

™ - Ну давай же, Томлинсон! Поцелуй его! - возбужденно воскликнула девушка, сидящая среди толпы незнакомых Гарри людей. Луи обнажил белоснежные зубы и повернул голову в сторону мальчика. Тот вспыхнул, понимая, что все смотрят на него и маленькое лицо покрылось красными пятнами. Томмо расхохотался и положил руку на плечо малыша. Он притянул его к себе и прильнул к губам, будто смакуя их на вкус. Эти нежные губы уже больше года служили пристанищем для Луи, его тихой гаванью, его маленьким раем. Так приятно было возвращаться домой после тяжелого рабочего дня и просто утонуть в них, полностью погрузиться. Все присутствующие захлопали, когда парень отстранился. Он взглянул на опухшие от поцелуев губы партнера и облизнулся. Мальчик тяжело дышал и Луи почувствовал, как постепенно его настигает сексуальное желание. Он должен почувствовать это учащенное горячее дыхание на своей плоти. Прямо сейчас. Но нет. Нужно сделать то, что Томлинсон планировал уже давно. Настал тот самый важный день. Парень вышел из-за стола и торжественно прочистил горло. Гарри повернулся к нему лицом и внимательно посмотрел. Глаза парня светились. Он встал на одно колено и достал из кармана тоненькое золотое кольцо, которое он так часто представлял на аккуратных пальчиках Гарри. Мальчик все еще не понимал, что происходит. Все девушки, сидящие за столом радостно завопили, будто они только что посмотрели финальную серию потрясающего сериала. Мужчины начали удивленно переглядываться и шептаться. - Гарри Эдвард Стайлс. Мы с тобой вместе уже 14 месяцев и, я думаю, узнали друг друга достаточно хорошо, чтобы соединить наши судьбы. - Луи широко улыбнулся, заметив, как засияли глаза малыша. - Я хочу, чтобы мы были вместе, Гарри. Хочу, чтобы ты стал Томлинсоном. Парень взял в руку ладонь мальчика и надел кольцо на безымянный палец. Гарри почувствовал на себе прожигающий взгляд карих глаз, глядящих с другого конца стола и громко всхлипнул. Он закрыл лицо ладонью, не отрывая взгляда от Луи, сидящего перед ним. Несомненно, все решили, что Гарри плачет от радости, но это было вовсе не так. Он чувствовал себя такой тварью, какой не были даже террористы, убивающие невинных людей. - Да, Луи. Да, да, да! - прошептал малыш и Луи тут же заключил его в объятия. Компания зашумела. Все начали подходить и поздравлять Луи и Гарри, кроме одного человека, который вышел из кафе под шум толпы. Малыш провожал его грустным взглядом, уткнувшись в плечо жениха. - Давай уедем отсюда, Луи. - жалобно пропищал он. - Как скажешь, малыш Томлинсон. - парень поднял на руки Гарри и, быстро распрощавшись со всеми, пошел к машине. - Едем домой? - Ты выпил, Лу. - мальчик хихикнул. - Ты прав. - Луи поставил любимого на землю. - Тогда лезь на заднее. Парень подмигнул Гарри и тот покрылся румянцем. С ума сойти, - подумал Томмо.- Я только что предложил ему стать моим мужем, а он краснеет, как на первом свидании. Мальчик послушно скользнул на заднее сиденье. Машина была довольно-таки просторной для непристойных занятий и Гарри ни раз в этом убеждался. Мальчик тихо хихикнул, когда Лу ударился головой о дверцу и выругался. - А вдруг нас увидят? - мальчик расположился поудобнее, ожидая парня. - Никого здесь нет. - Томмо усмехнулся и подался вперед. Он, словно волна, накрыл мальчика собой и увлек его в поцелуй. Гарри рассмеялся и ухватился за край футболки старшего, потянув ее вверх. От Луи пахло дорогим вином и кетчупом, который Гарри случайно пролил на его штаны. Сейчас парень казался до смешного неловким и пьяным, но именно это и нужно было Гарри. Теперь ситуация под его контролем. Мальчик поменял их положение и оказался сверху. Луи туманно смотрел на изменившееся от похоти лицо своего маленького Гарри. Теперь он был таким пошлым и грязным, какими бывают только самые похотливые шлюхи. Их желания и принципы во многом расходились. Луи предпочитал любить Гарри медленно, всячески проявлял нежность и заботу во время секса. А мальчик любил грубость и зачастую оставался неудовлетворенным, хотя и скрывал это от любимого. Стайлс снял с себя толстовку, совершенно не соответствующую сезону и мероприятию. Луи рывком подался вперед и запустил пальцы в плен кудрявых волос, так плотно спутавшихся между собой на голове Гарри. Другой рукой парень коснулся кроваво-красных губ и медленно, растягивая удовольствие, просунул в них большой палец. Гарри закрыл глаза и дразняще сомкнул губы вокруг пальца Томлинсона. Этот тут же нашло отзыв в теле парня. - Ох, черт... Стайлс ловко избавился от всей своей одежды и только тогда открыл глаза. Он осторожно и ласково убрал руки Луи от лица, кое-где покрывая их поцелуями. Луи, не отрываясь, смотрел в глаза своего маленького, словно увидел свет в конце тоннеля, путеводную звезду. Стайлс живо понял, что сейчас он ведущий, а Томмо ведомый. Что вызвало ликующую улыбку на его губах. Руки Луи обвили поясницу мальчика. Гарри максимально приблизился к лицу старшего и прильнул к его губам, давая возможность в последний раз насладиться нежностью. Ибо далее, по планам Гарри, их ждало дикое продолжение. Но Томлинсон не верно истолковал жест жениха. Он крепко прижал его к себе, увлекаясь и заводя все слишком далеко. Гарри решил, что еще немного и всем его грандиозным планам придет конец. - Луи! - М-м?- старший спустился ниже, лаская грудь Гарри. - Луи, я не хочу! Парень вдруг остановился. В машине стало слишком тихо и та горячая атмосфера желания безвозвратно растворилась. - Что? - парень нахмурился. - Ты не хочешь? - Лу-у... - Гарри вдруг осознал, что он не совсем верно выразился. Парень в течение нескольких мгновений смотрел в глаза малыша, а затем медленно отстранился. Когда он заговорил, голос его невозможно было узнать. - В таком случае, зачем надо было все это начинать? Гарри поджал губы. По какой-то причине, он не мог объяснить свой поступок. Он помолчал некоторое время, пока Луи терпеливо ждал ответа. - Извини... Прошло пятнадцать минут. Гарри не стал спорить, когда Томлинсон садился за руль, несмотря на то, что тот был в нетрезвом состоянии. За прошедшую четверть часа не было сбито ни одного пешехода и проезжающие мимо автомобили тоже остались целы. - Ты злишься на меня? Лу. - Нет. Гарри вздохнул. Он положил руку на плечо любимого и с нежностью взглянул на него. Все-таки, прекрасней этого человека нет никого в мире. Коротко расскажу читателю, как произошло знакомство главных героев. То была весна прошлого года, теплый майский день. Солнце умудрялось пробираться даже сквозь уже густую, но все еще светло-зеленую листву деревьев. Луи шел через аллею, умирая от жары. Он вскинул глаза к небу и тут же зажмурился. "Черт,- подумал он. - эта погода сведет меня с ума". - Это невыносимо! Луи огляделся, в поисках источника звука. Голос принадлежал подростку, выкурившему не одну пачку сигарет. Наконец парень увидел группу мальчишек лет шестнадцати-семнадцати. Они стояли, образовывая круг, и внимательно следили за происходящим на экране приставки. Через несколько мгновений раздался вой разочарования и поднялся гул. Один парнишка настолько расстроился, что возмущенно вскрикнул руки и сделал несколько шагов назад, наступив на ногу другому. Тот вскрикнул: - Осторожней! - и хотел было отпуститься, чтобы почистить носки кроссов. - Какого хера ты стоишь здесь?! - грубо спросил обидчик (Лу закатил глаза, осознавая всю нелепость данного вопроса). - Я... - неожиданно тихо ответил другой. Какой-то рыжий парнишка невысокого роста (по видимому, друг обидчика), толкнул невиновного и остальные ребята тут же подключились с быстротой, характерной подросткам. Все окружили пострадавшего. - Одни раз пошел с нами и уже считаешь себя крутым?! - горячо воскликнул рыжий. - Я-я не хотел... - Трус! - закричал кто-то и ударил парнишку в лицо. Луи сам не понял, как так быстро оказался рядом с эпицентром событий. Парни сразу остановились, поняв, что Луи старше и намного сильнее. Томлинсон умудрился бесславно, абсолютно молча и ничего не предпринимая, заставить подростков разойтись и успокоиться. Он взглянул на лежащего на земле кудрявого малыша, изо рта которого шла кровь, а в глазах горел гнев. Он пытался не выдать истинных чувств. О, эти глаза... Они (тут же) тесно переплелись с изумрудным весенним фоном в понимании Томлинсона, а кудри напоминали спутанную густую листву. Губы походили на лепестки молодых розовых роз, только что пробудившихся от долгой зимней спячки, а кожа... о боже... она... она... словно холст, холст самой природы, на которую она так бережно и нежно нанесла прекрасные черты...