Соблазнить гея

       Дверь отворилась совсем внезапно. Сани даже не успела толком встать с насиженного места и потянуться как следует.       — Студентка Лим, соизволите ли вы объяснить, что вы делаете в закрытой аудитории? — строго спросила преподавательница курса философии. Девушка была настолько переполошена, что даже не нашла, что ей ответить. Но в одно мгновение, дар речи вернулся к ней, ровным счетом тогда, когда она встала с деревянного паркета.       — Преподаватель Бён, я все могу объяснить. Дело в том, что меня закрыли в аудитории… — ее оборвали:       — Довольно! Выметайтесь из помещения и чтобы до конца семестра я вас не видела на своем предмете. Всего хорошего, — отчеканила женщина и отступила в сторону, будто бы показывая, что проход освобожден.        Хорошо хоть не было никого из студентов, а то слухов было бы не избежать.        Лим устало потерла переносицу и рассеяно стала собирать вещи в сумку. Ох, черт, она же забыла, что все предметы с преподавательского стола валялись на полу.       Девушка заметила, что Бён напряглась, когда увидела свои вещи на полу. Женщина хотела было что-то сказать, но Сани быстро покинула аудиторию и поторопилась распрощаться со злосчастным этажом.        Лим побежала к лестнице, надеясь остаться незамеченной и направиться домой, где ее ждала любимая теплая постелька. Она не хотела ссориться с кем-либо, поэтому решила потом поговорить со всеми, а сегодня, пропустить учебный день и насладиться прелестями одиночества. Но видимо ей не было суждено так легко доехать до дома.        Посмотрев перед собой, Лим заметила странную картину: Чунмён стоял рядом с какой-то девушкой, что отчаянно вешалась ему на шею.        — Чунмён-оппа, ну пожалуйста, я обещаю, что буду хорошей тебе девушкой, — Сани едва не поперхнулась воздухом. Что? Девушкой? «Малышка, да он не по девочкам», — хотелось сострить Лим, но она удержалась, молча наблюдая за дальнейшим развитием сцены.        — Хэра, ты меня не привлекаешь, как девушка. Прости, — беззлобно произнес парень и потер переносицу, будто пытался понять, что в таких случаях говорят еще. Частенько ему такое заявляют, вот только сердце понемногу привыкает к другой хозяйке, той, которая даже не осознает об этом.        — Но, Чунмён-оппа, у меня же грудь больше третьего размера; талия 60 и красивая внешность. Что тебе не нравится? Хочешь, потрогай! — от безнадежности девушка схватила его руку и прислонила к своей груди. Она сильнее попыталась вжать его ладонь в свой бюст, чтобы он оценил.        Парень замешкался от таких действий студентки, но возразить не успел. Лим надоело смотреть на эту парочку.        — Эй, курица, мозги с пола собери, а моего парня не тронь. — съязвила Сани, спускаясь вниз по лестнице к ним.        Они оба буквально отпрянули друг от друга. Вот только если первая заливалась пунцовой краской, то второму было почти все равно. Ключевое слово «почти», ведь неосознанно его сердце забилось немного быстрее, нежели прежде, но это уже что-то значило.        Чунмён понял суть игры Сани и молча стал подыгрывать ей. Он положил руку ей на талию, когда она приблизилась к нему на достаточное расстояние для того, чтобы осуществить задуманное.        Девушку бросило в жар от такой неимоверной близости. Что это такое? Когда это Лим Сани млела перед парнем?        Да никогда в жизни. Только перед ней падали на колени и умоляли о «пощаде», вот только Лим была непреклонна и всегда отклоняла мужские ухаживания, вечно находя отмазки. Этот, мол, слишком молчаливый, а этот слишком занудный, и тот слишком слащавый. Все были слишком «слишком», и ей становилось тошно от этого.        — Чунмён-оппа, кто это? — осмелев произнесла наглая первокурсница, скрещивая руки на груди.        Лим окинула ее презрительным взглядом и повернулась лицом к парню. Буквально за секунду, девушка притянула его к себе и поцеловала. Страстно, томно и соблазняюще. Все выглядело так, будто бы она наслаждалась им.        Парень недолго «простоял без дела» и поспешил хоть как-то отреагировать на внезапное вторжение в свое личное пространство.        Чунмён перехватил инициативу и прижал ее к себе еще ближе, затем и вовсе прислоняя спину Лим к стене. Первокурсница оторопело посмотрела на парочку. Она обиженно засопела и, цокнув каблуками, убежала вниз.        Услышав, что зритель, ради которого был устроен спектакль, ушёл, они нехотя оторвались друг от друга.        Поцелуй оказался слишком дурманящим для обоих. Сани едва перевела дыхание и посмотрела на парня, чья грудь так же быстро вздымалась.        «Чёрт, а он классно целуется», — подумала Сани и опустила взгляд в пол, желая сосредоточить свое внимание на чем-нибудь, лишь бы не думать о малиновом привкусе поцелуя, что так искусно запечатлелся на губах.        — Кхм, спасибо, — поблагодарил парень и неловко поднял глаза, пытаясь понять, что в этот момент чувствовала девушка, но на ее лице не было ничего, кроме безразличия.        — Ничего, если бы я этого не сделала, то потом твой дружок не так бы понял тебя и приревновал, — произнесла Сани и, оставив последнее слово за собой, стала спускаться вниз.        Чунмён не совсем понял, что имела в виду Лим, но скоро он узнает об этом.

***

       Трель мобильного телефона уже пять минут не давала забыться Сани в очередном сне, что жутко злило девушку.        — Да что тебе надо?! — едва не завопила Лим в трубку.        — Ну спасибо, дочь. Поприветствовала оригинально, ничего не скажешь, — послышалось возмущение матери на том конце.        — Мам? — не менее удивленно спросила Сани, пытаясь сообразить, что происходит. Она еще не до конца смогла проснуться и медленно понимала события дня.        — Сани, как ты смотришь на то, чтобы как-нибудь к тебе приехала Хиран? — с интересом спросила мать.        — Так, стоп, подожди. Почему ты звонишь мне на мобильный, а не в Какао? Ты что, не помнишь, что в Бразилии очень дорогой тариф заграницу?        — Сани, до тебя пока дозвонишься в Какао, помереть можно. Я тебе звоню уже три часа, а ты не берешь трубку. Хорошо хоть так взяла. Итак, вернемся к Хиран. Примешь сестренку на недельку, где-то через пару месяцев?        — Конечно, пусть приезжает, — не мешкая, произнесла Сани, потирая сонные глаза.        — Так, а теперь, мне пора. Спасибо, что согласилась. Пока, — последнее, что сказала мать перед тем, как отключиться.        — Ну и что это было? — пробормотала себе под нос Лим, ложась обратно в постель. Она уже почти заново заснула, но чертов смартфон решил сегодня добить ее своими звонками.        — Да, что, черт дери, тебе нужно?! — сорвалась девушка на Чонина.        — Ты Хону не видела? — с беспокойством спросил парень. — Пожалуйста, скажи, что она ночевала у тебя, — едва не умоляющим голосом просил Ким.        — А где она? — удивленно спросила Лим, резко открывая глаза. — Вчера, по чьей-то шутке, я оказалась заперта в аудитории, а мой телефон сел. Что-то с Хоной? — тоже начав переживать за подругу, спросила Лим, вставая с кровати.        — Повторюсь еще раз, она вчера не вернулась домой. Ее телефон не отвечает с того момента, как вы расстались. Помнишь, на стоянке? — более детально объяснил парень.        — Нет, я не видела ее. Странно все это. А что ваши родители думают?        — Они не знают. Я расскажу потом, главное найти ее сейчас. Ты поможешь мне? — искренне попросил Чонин. — Пожалуйста, — тихо добавил он.        — Конечно, скоро буду, — ответила Сани и скинула вызов. Она стала носиться по квартире, как сумасшедшая, желая быстрее собраться.        Беспокойство медленно подползало к ее сознанию, а страх за подругу усиливался с каждой, пришедшей в голову, мыслью.        Сани делала все на автомате, включая и сборы, ведь была она совсем не в своей квартире, а где-то там, во вчерашнем дне.        Кинув последний взгляд на квартиру, девушка поспешно закрыла дверь и впопыхах выбежала. Такси уже ждало у дома, поэтому ей не составило труда быстро добраться до жилищной площади Ким, где ее уже ожидал Чонин.        Она так спешила, что чуть не сбила какую-то аджумму, что выходила с подъезда. Сани несколько раз извинилась и побежала дальше. Та посмотрела на нее со злостью и покрутила пальцем у виска.        Как только створки лифта закрылись, Лим кое-как облегченно вздохнула.        — Так, Сани, успокойся. С Хоной все нормально, просто представь, что это злая шутка подруги и ее брата, — пыталась внушить себе девушка, прижимая дрожащие руки к перилам, которые были внутри «ящика».        Но сколько бы она не говорила себе одно и то же, спокойствие не приходило, а только волнение пронзало тело от и до.        Створки лифта отворились, и Сани сразу же направилась к давно знакомой двери, громко постучав.        За рамой послышалось копошение, а затем и шаркающие шаги. Еще секунда, и дверь открылась, откуда едва не вывалился парень. Он быстро схватил Лим за руку и потянул на себя, поспешно закрывая замок.        Сразу было видно, что Чонин переживает и ночь не спал. На нем почти живого места не было: мешки под глазами, волосы немытые, а домашняя одежда никак не сочеталась с образом того ловеласа Кая.        — Что с тобой? Ты отравленное яблоко Белоснежки съел, что ли? Такое ощущение, будто ты сейчас в обморок упадешь, — насмешливо произнесла Сани, пытаясь разрядить обстановку. Но получилось довольно плохо, ведь его опустевший взгляд сменился на злобный.        Лим заткнулась так же быстро, как и начала говорить. Ей стало понятно, что шутки плохи.        Парень хотел разразиться гневной тирадой, но послышался стук в дверь.        Чонин открыл замок и отворил раму. Там стоял почтовый курьер.        — Добрый день, могу я видеть Ким Чонина или Лим Сани? — спросил паренек лет пятнадцати. Ребята переглянулись, и парень двинулся в его сторону.        — Я Ким Чонин. Что вы хотели?        — Вам пришло письмо из Китая. Город не указан, но точно не Пекин. Распишитесь, пожалуйста, о том, что получили, — в завершение своей фразы произнес курьер и протянул листик и ручку. Чонин подписал и отдал пареньку выданные вещи. Он вежливо передал письмо и, поклонившись, ушёл.        Ким закрыл за собой дверь и потянулся к свертку бумаги, желая поскорее снять обертку и ознакомиться с содержанием листка.        Он быстро раскрыл его и достал письмо, читая вслух:       

«Забудьте о том, что когда-либо знали эту девушку»,

 — гласила записка, и приложенное фото.        Пальцы рук похолодели, а Лим едва удержалась на ногах, чтобы не упасть. Все слова Чонина оказались правдой. Она не могла в это поверить, что ее Хона исчезла…        Чонин разорвал в клочки листок бумаги. Его ноги подкосились, а сердце глухо билось в груди.        Мгновение, и он обессиленный сидит на коленях.        Мир рухнул.        — Боже, какой же я дурак. Не уследил, — шептал парень себе под нос. Лим посмотрела на него и сама потерялась. Ее внутренняя сила иссякла, приходя на смену отчаянию.        Девушка опустилась на корточки и села на пол. Она понимала состояние Чонина и, не сказав ни слова, обняла его.        Сани знала: ему нужна поддержка больше, нежели осуждение. Не стоит бранить человека за то, что он ошибся. Хотя в чем была его ошибка? В том, что он просто задержался в танцевальном зале?        — Чонин, все будет хорошо, мы найдем её, — тихо шептала Сани, крепче прижимая его к себе.        Больше не было той высокомерной девочки, которая никого не ставила себе в ровню. Был просто маленький ребенок, которому все казалось злым сном.        Парень придвинулся поближе и уткнулся носом в ее ключицы. Сани почувствовала, как теплая капля скатывается по ее шее, но она больше не брезговала.        Девушка нежно поглаживала его по голове, пускай волосы были и не в лучшем состоянии.        — Все, хватит, Чонин, вставай. Мы должны подать заявление о пропаже девушки. Вставай! — произнесла Сани и стала подымать его, пытаясь равномерно распределить чужую массу тела на свою.

***

       — Ну что, никаких новостей? — спросил Чунмён у Лим, садясь рядом с ней за столик. Девушка отрицательно покачала головой и опустила глаза в тарелку. Аппетита вовсе не было, а настроения и подавно. — Кстати, а где Исин или как его там? Прошло пару дней с момента ее исчезновения, но ни его, ни Хоны не видно. Все это как-то странно, — высказал свою догадку парень, и девушка резко подняла голову.        — Точно, Чунмён-оппа, ты прав! — воскликнула Лим и поспешила выйти со столовой.        Огонёк надежды загорелся в ее душе, и она захотела поделиться высказанными предположениями с Чонином.        Девушка быстро нашла Кима в заброшенной аудитории, куда он частенько стал заходить. Сани вкратце пересказала предложения Чунмёна, и глаза того заискрились гневом.        Чонин действительно стал подумывать о вероятности того, что Исин может быть преступником.

***

       Холодный песок приятно освежал ступни ног, а успокаивающиеся волны разбивались о берег. Буйный ветер поднимался и обнимал со спины, заставляя вздрагивать от холода.        Сани ходила туда-сюда, вспоминая события недавних дней.        После пропажи Хоны прошла почти неделя, а новостей все нет и нет. Сани решила ненадолго покинуть город и хорошенько все обдумать у моря. Ей давно хотелось вот так вот куда-то сбежать, и чтобы рядом не было ни единой знакомой души.        Реальность больно сжимала виски и не позволяла полностью расслабиться, возвращая мысли снова и снова к решению проблемы.        — Не ожидал тебя здесь встретить, — вдруг произнес чей-то голос позади нее. Она продолжила так же идти, совсем не обращая внимания на него. — Сани-и-и-и, — протянул кто-то ее имя, а затем, и вовсе хватая ее за рукав тонкой кофты, развернул корпусом к себе. В глаза сразу бросились красные волосы и испытывающий взгляд карих глаз.        — Чунмён, что ты здесь делаешь? — ошеломленно произнесла девушка, немного опешив от такого поворота событий, при этом всматриваясь в ночную темноту, что успела уже спрятать солнце за горизонт и погрузить все в вечерний мрак, хотя некоторые лучи лунного света позволяли различать местность вокруг и стоящего перед ней парня.        Он с нескрываемым любопытством посмотрел на нее. В его взгляде читалась какая-то непонятная ей нежность и твердость одновременно, будто бы он знал, что она будет именно у этого домика.        — Я часто приезжаю сюда, чтобы отдохнуть от скучной рутины будних дней. Присядешь? — спросил Ким, расстилая синее покрывало на песке. Девушка кивнула и осторожно уселась на мини подстилку.        Некоторое время они сидели в тишине, но она не была отягощающей. Она была какой-то особенной, будто бы они были давними друзьями и понимали друг друга без слов.        — Можно вопрос? — вдруг произнесла девушка, не отрывая своего взгляда от звездного неба и заранее гадая о его ответе. Она решила, что сейчас как раз тот момент, когда она сможет узнать правду от парня.        — Да, конечно. Что тебя интересует? — оживленно спросил Чунмен, поворачивая свою голову в ее сторону.        — Почему ты стал геем? — от услышанных слов Чунмен чуть не поперхнулся воздухом. Он мог бы ответить на любой вопрос, но как ответить на этот, если это не является действительностью?        В какой-то момент это показалось ему невероятной ошибкой. Парень хотел было разразиться гневной тирадой в ее сторону, но вовремя вспомнил, что она всего лишь любопытная девушка. — А с чего ты вообще взяла, что я гей? — осторожно поинтересовался он, если в случае чего можно было бы сыграть роль «неправильного» мальчика.        — Я видела тебя в гей-клубе с парнем. Он, кстати, симпатичный. Как его зовут? — продолжала задавать вопросы Сани, вызывая еще более бурную реакцию со стороны парня. Вот теперь ему это казалось вообще абсурдом первой степени.        — Шинхо, — произнес первое попавшееся имя парня тот. Он мысленно ударил уже себя несколько раз, ведь знал, что друг ни за что не простит ему такой ужасной клеветы. Но, чтобы спасти свое положение, ему было просто необходимо найти какую-либо причину. Чунмён мог бы все рассказать, но разум твердил, что нужно сыграть по правилам девушки, хотя ему это не нравилось до глубины души.        — Как долго вы вместе? — все так же грустно спрашивала девушка, в надежде, что соблазнить его будет намного легче, чем сидеть у звездного неба и просто молча наблюдать за дурацкой реакцией нового «друга».        — Мне неловко с тобой об этом говорить. Давай закроем эту тему? — попросил парень, переводя свое дыхание. Во рту от чего-то пересохло, а в горле застрял непонятный ком.        Теперь ему стал понятен намёк тогда, на лестничной площадке. Когда первокурсница призналась тому в любви.        А в этот момент Сани чувствовала себя немного грустно. Ей хотелось поделиться с кем-нибудь своей печалью.        — Знаешь, я до сих пор не могу поверить, что ее нет. Она всегда была рядом и поддерживала меня, а теперь, я даже не знаю, что с ней и где она. Хона всегда была моей настоящей подругой. Никогда не предавала, а как-то раз и вовсе пожертвовала своим сердцем ради меня. — Сани грустно улыбнулась и посмотрела на приближающуюся волну.        Пустота медленно заполняла края очага и не давала спокойно вздохнуть.        — Сани, с ней все будет хорошо, — произнес Чунмён и взял аккуратно ее ладонь в свою, сжимая. Будто бы поддерживая и давая понять: «В случае чего, тебе есть на кого рассчитывать».

***

       — Малышка, ты сегодня выглядишь просто прекрасно. Это красное платье тебе к лицу, — произнес парень, садясь за стол напротив.        Хона слабо улыбнулась, внутри испытывая жуткое отвращение к самой себе, но ей было просто необходимо сыграть отведенную роль, чтобы завтра побег удался, а его внимание ослабло.