Прости...

«И правда красивые глазки. Будто плоды боярышника на ветру, только вот… даже птицы их не едят. Они не сладкие, не горькие, хоть и не ядовитые, но и пользы от них нет, бесполезные пустые фрукты. Никто их не собирает, они высыхают, не принося новой жизни вянут и умирают, вянут и умирают… Бедняжка.» *** — Ято… -…ммм…- Ято повернулся к своему оружию — ты что-то хотел, Юкине? — Да…прости меня, я не хотел…я не знал… — Юкине, я же уже говорил — все в порядке, тебе не за что извиняться — Ято сел, сложив ноги по турецки. — Но я же причинил тебе много боли и доставил проблем, прости меня…- в который раз за вечер, оправдывался перед своим богом юный секки. — Иди ко мне — Ято подвинулся на кровати, освобождая место оружию. Юкине сел рядом с бездомным богом, зажмурился когда почувствовал, что со спины его обнимают чьи-то сильные, но в тоже время нежные руки. — Юкине…- голос Ято сейчас звучал непривычно тихо и мяго. Вдруг секки почувствовал как его рот накрыли чужие губы, он попытался отстраниться, но у него это не получилось. Ято уже проник своим языком в ротик своего оружия и вовсю хозяйничал там. оглаживая внутреннюю сторону щёк и небо он вызывал у Юкине толпы мурашек по телу, и последнему ничего не оставалось кроме как ответить на требовательный поцелуй бога. Отстранились они друг от друга только когда стало катастрофически не хватать воздуха. — Зачем? — ошарашенно спросил Юкине, пытаясь восстановить сбившееся дыхание и изподлобья смотря на божество войны. — Потому что я люблю тебя, Юкине, и тебе не стоит переживать о случившемся. Ведь мы не в силах повернуть время вспять и изменить прошлое. — с лёгкой улыбкой ответил Ято, от его слов на глазах секки заблестели слёзы. — Я тоже люблю тебя, Ято…спасибо тебе за все…