Пара на месяц

      — Не пойду я к нему в палатку! — в десятый раз кричала пошатывающаяся я.       — Слушай, — взял меня за руку Паша, — ну будь человеком! То ты была одна, вот я и уступил тебе Машутку, но теперь у тебя есть парень, дай нам в кои-то веке побыть наедине.       — Какой парень? Нет у меня никого! — продолжала я противиться.       — Так, бро, на плечо и тащи, — развернулся к Максу мой мучитель и похлопал того по плечу.       С перепугу я бросилась вглубь леса, крича «Не хочу-у-у»! Но далеко не убежала. Меня-таки перекинули через плечо и потащили к серой палатке пыток. Ну, терпеть я не стала и замолотила, что есть силы по мощной спине парня.       — Прекрати! — шлепнул он меня по самому драгоценному и мягкому месту.       Заорала пуще прежнего.       — Заткнитесь, нахрен! — послышался крик Толика с одной из палаток.       Бессильно опустила руки, понимая, что деваться некуда… по щеке потекла слеза, другая... Меня наконец сняли с плеча и затолкали в палатку, здесь было светло из-за фонарика, висящего в дальнем углу. Я заползла в угол палатки, и, подобрав ноги, обняла их руками, тихонько всхлипывая. Максим, увидев слезы, ругнулся. Достал из сумки одеяла и швырнул одно в меня, при этом испепеляя меня взглядом.       — Заткнись и спи, — бросил он мне, выходя из палатки.       Сначала я даже и не поверила, что он вышел и не стал ко мне приставать, а потом успокоилась и начала всё обдумывать. А с чего я вообще взяла, что он ко мне будет приставать?       Зарылась в одеяло с головой и попыталась уснуть, но не смогла. Получается, что я обидела его своими криками и явной неприязнью…       Сбросила одеяло и выползла из палатки на поиски парня. Долго искать не пришлось – Макс сидел у костра с телефоном в руках и что-то читал там. Тихонько подошла к нему и села рядом. Он обернулся, удивился и... снова уставился в телефон.       — Чего выползла? — прозвучал как-то слишком громко его голос среди тихих звуков леса.       — Прости, — прошептала в ответ, — я испугалась.       На меня снова посмотрели и одарили презирающим взглядом. Больше ничего не стала говорить, лишь молча уставилась на костер. Древесина еще потрескивала в нем, но слегка, слышалось пение кузнечиков и уханья совы, ветерок подул, и по лесу прошёл тихий шелест ветвей и листьев. Почему-то тяжело вздохнула и поежилась от холода.       — Пошли, — вдруг встал Максим и спрятал телефон в задний карман.       — Куда?       Парень молча затушил костер, присыпав его песком, а потом также молча направился в сторону палатки. Поспешила за ним, и уже у неё снова почувствовала волну страха, но постаралась тут же приглушить её. Он пропустил меня вовнутрь, потом уже забрался и сам. Разулась и залезла под выданное мне одеяло, ложась на спину, он проделал всё то же, только залез под свое, потянулся рукой к фонарю и потушил его. Тут же почувствовала слабость и захотелось уйти в сон, но послышался негромкий голос Макса.       — Почему испугалась?       — Не знаю, — спустя минуту раздумий выдала ему.       — Знаешь, но молчишь… — ответил он, зевая.       — Может и так… — тоже зевнула я.       — Спокойной ночи, — как-то совсем по-доброму сказал он.       — И тебе, спокойной, — прошептала в ответ.       Отвернулась от него и попыталась снова уйти в сон, но в голове теперь завертелся рой мыслей. Почему я вечно считала, что он плохой? От куда это взялось в моем восприятии к нему? И вспомнила случай, когда только поступила.       В первый же день мы с Машей столкнулись с ним и Пашей. Наши друзья как-то сразу поладили, а вот мы… мы стояли и неловко молчали. Пашка рассказывал подруге, что они на курс старше нас и учатся на юридическом, а Макс всё время сверлил меня взглядом. «Не узнаёшь?» – спросил он тогда. Присмотрелась к нему, но ничего особенного или знакомого не подметила. Отрицательно помотала головой и отошла в сторону, ожидая Машу. «Дура» – прилетело мне от него.       После мы всё свободное время проводили вместе, но всё также игнорировали существование друг друга, терпя наше общение лишь ради своих друзей, которым вместе было очень даже хорошо.       — Откуда ты меня знаешь? — поинтересовалась, развернувшись к парню.       Тот тоже ко мне повернулся и ответил:       — И когда же ты меня вспомнишь...? Тебе Паша даже намек уже сегодня дал.       Вспомнила события сегодняшнего вечера и слова друга: «случай десятилетней давности». Но, сколько ни думала о том, что было со мной в десять лет такого, что он помнит, а я нет, но вспомнить Макса не смогла. Парень, видать, понял, что не могу, и, тяжело вздохнув, закрыл глаза и принялся спать. Ещё немного я полежала, смотря на него насколько это возможно в темноте, и тоже уплыла в сон.