У судьбы своё чувство юмора

Перси Сейчас я сижу в Большом доме и наблюдаю за хаосом вокруг меня. В комнате трое адекватных людей. Я, Рейчел и Хирон. — Мы не можем собрать поиск, ничего еще неизвестно, в пророчестве ничего толком не сказано, ни куда идти, ни кто враг, — даже у Аннабет сдали нервы, сейчас она орет на Тео, который в сотый раз предлагает отправиться в поиск. — Впрочем, как обычно, — уже спокойно добавила девушка и опустилась на стул. После того, как оракул произнёс пророчество, Хирон разогнал полукровок по домикам, а старосты собрались в Большом доме. Хоть я и не являюсь старостой, Хирон попросил меня прийти. — Раз на то пошло, то может пойдём спать, а?  — Коннор зевнул, а Тео посмотрел на него как на полоумного. — И что, мы будем жить в неведении и ждать, когда враг сам себя покажет? — начал пищать Тео, иначе этот звук не назовешь. Эх. — Да, именно это мы и будем делать, все же это лучше, чем отправляться в бессмысленный поиск чёрт знает куда, — Аннабет встала, — а сейчас, если никто не возражает, идёмте спать, завтра захват флага, нужно выспаться.

***

Утром у меня возникло чувство дежавю. Кэти бегала по домику, будила родственников и кричала мне, чтобы я вставал. И судя по скучающим лицам детей Деметры, это было привычной картиной. Умывшись, я одел джинсы и футболку. Выйдя из душа, Кэти все также безуспешно будила мелких. — Тебе помочь? Знаю один действенный способ, — я ухмыльнулся, вспомнив то утро, когда папа, будучи ещё не очень опытным отцом, а Персефона с Деметрой отлучились на поверхность, будил меня. Ну, а когда он понял, что его попытки ни к чему не приводят, пошёл на крайние меры. Призвал скелета. Представьте сами, ты спишь, а от того, что тебя трясут, открываешь глаза, перед тобой скелет. Доброе же было утречко. — Если это поможет, то давай. Призвав скелета, заработав удивленные и испуганные взгляды окружающих, я направил его к ближайшей кровати и стал трясти спящего. Крик. — С добрым утром!

***

— Ты будешь участвовать в захвате флага? — мы с Кэти шли на тренировку, на улице было солнечно, но не душно, тут сыграл свою роль защитный барьер, ведь погоду в лагере можно контролировать. — Не знаю, скорее всего да. Завтрак прошёл относительно спокойно, если не считать то, что некоторые косятся на меня и перешептываются, ещё все говорят про новое пророчество, гадают кому выпадет спасти мир. Помимо меня есть ещё Бьянка и Нико ди Анджело, Тео Локхид (фамилия Тео). На Олимпе, Посейдон упомянул двух детей Зевса, если это так, то где они? — Перси, весь лагерь говорит о вчерашнем инциденте между тобой и Тео. Это, конечно, не моё дело, но что ты имел ввиду, говоря о Посейдоне… — Я понял, Кэти, можешь не продолжать, — я тяжело вздохнул, — наверное, стоит рассказать, но пообещай, что это останется между нами, хорошо? Кэти была удивлена, что я так легко согласился, но кивнула. Я рассказал ей о моей жизни до пяти лет, о смерти мамы, рассказал о встрече с Аидом и Персефоной, о ненависти к Посейдону и жизни в подземном царстве. — И, пожалуйста, давай закроем эту тему, за эти два дня, я то и дело, что вспоминаю то, что хотел забыть. Всё сводится к Посейдону и его сыночку. Мне действительно надоели все темы, касающиеся этого бога. На лице девушки смешалось куча эмоций и поэтому просто кивнув, она предложила потренироваться.

***

Удар. Уворот. Поворот. Перебросил сына Ареса через плечо. Меч приставил к горлу. Вздохнув, опустил меч и крутанув, вставил в ножны. Уже который раз победа за мной. Неподалёку дрались другие полукровки. Пробежав глазами, в конце заметил знакомую фигуру. Аннабет о чем-то спорила с какой-то девушкой. — Что же, признаю, в Подземном царстве отлично обучают бою на мечах, — повернувшись, я увидел улыбающуюся Кэти. Я ухмыльнулся. — И не только на них. — Смотри, — она кивком указала мне за спину. Обернувшись, я увидел дерущихся Аннабет и ту девушку. — Кто там, около Аннабет? — Это Кларисса, дочь Ареса, — я повернулся назад. Аннабет дралась ножом и довольно-таки неплохо. Она совершала сложные манёвры, примерно таким меня обучал Тесей в Аиде. «Нож уступает место мечу, но если это оружие попадет в руки мастера, то неизвестно, какой исход примет битва», — вспомнил я слова друга. Заметив мой удивленный взгляд, Кэти рассмеялась. — Да, глупо недооценивать Аннабет. Она отличный боец. Действительно, спустя пару секунд, Аннабет выбила меч из рук Клариссы и с довольный улыбкой что-то сказала. — Думаю, ты права, — я повернулся лицом к Кэти, но её там не оказалось.

***

Я прогуливался по окрестностям лагеря, его жители во всю готовятся к Захвату флага, придумывают стратегию, местоположение того или иного участника состязания, в общем, делают все возможное, чтобы не проиграть. На обеде огласили составы команд. Красные — домик Афины, победители прошлой игры, заключили союз с домиками Деметры, Гефеста, Афродиты и половиной ребят из домика Гермеса. Так как детей там проживает добрая половина лагеря, половина из них непризнанных, то их распределяют по двум командам. В состав синих входят домики Посейдона, Ареса, Аполлона, Диониса, и другая половина домика Гермеса. Домики остальных богов, таких как Зевс, Гера, Артемида, Гестия, либо пустуют, либо их вообще нет, таков один — Аид. Я заметил как из домика Афины, вышла Аннабет и пошла в сторону пролива. От нечего делать я пошёл за девушкой.

***

— Привет, — я присел около нее. Девушка перевела взгляд на меня. — Привет, Перси, — она нахмурилась. — Что ты тут делаешь? — Ничего, все заняты подготовкой к игре, разве ты не должна сейчас готовить стратегию, или что вы там делаете, — Аннабет улыбнулась. — Мы же дети Афины, мы уже давно её подготовили. Как тебе лагерь? — Ещё не понял, — я перевёл взгляд на пролив, — сам лагерь мне нравится, но вот некоторые его жители… — Я усмехнулся, — здесь же половина детей — шестерки Тео. — Ну, не половина, но домик Ареса точно, там только Кларисса терпеть Локхида не может. — Это та, с которой ты сегодня сражалась? — спросил я, — кстати, впечатляет, — с улыбкой отозвался я. Девушка улыбнулась в ответ. — Спасибо, — она посмотрела вдаль. — Ты ведь был на Олимпе? — продолжила она. — Моя мать, Афина, какая она? — Ты её никогда не видела?  — спросил я. — Было тяжёлое время, когда я слышала её голос у себя в голове, она помогала мне не сдаться, но когда все пришло в норму, я перестала её слышать. «Было тяжёлое время» — эти слова всерьёз заинтересовали меня, но так как я и сам не люблю вспоминать прошлое, спрашивать не стал. — Она справедливая, рассудительная, такая, какими и должны быть боги, не многое можно понять о человеке, за несколько минут общения, что уж говорить о богине. — А твой отец, Аид, какой он? — Тебе действительно интересно?  — я рассмеялся. — Да, Перси, — девушка перевела на меня взгляд, — мне действительно интересно. — Хм… Что могу сказать точно, так это то, что по сравнению с тем, как его описывают в мифах, он просто отец года. К своей семье он относится трепетно, оберегает своих детей, в доказательство этому, он отправил меня за Бьянкой и Нико, когда за ними охотился Зевс. Да и то, что он меня принял, многое говорит о его характере. Многие могут подумать, что он принял меня, чтобы досадить Посейдону. Но это не так. Даже не знаю, что ещё сказать. — Видимо, он действительно хороший отец, раз ты так отзываешься о нем. Я улыбнулся и кивнул. — Пойдём готовиться, скоро начнётся игра, — я встал и подал руку девушке. Поднявшись, наши глаза встретились, и я невольно засмотрелся в это грозовое небо. Опомнившись, я опустил руку девушки, и пошёл в противоположную от пролива сторону. Дочь Афины пошла за мной.

***

Хирон вышел на середину. — Герои! — возгласил он. — Правила вам известны. Пограничная линия — ручей. Весь лес — законная игровая площадка. Допустимы любые виды волшебства. Флаг должен быть выставлен у всех на виду и охраняться только двумя участниками состязания. Пленных можно разоружать, но запрещается связывать или вставлять кляп в рот. Убийства, а равно и нанесение тяжких телесных увечий — запрещается. Судить, а также оказывать медицинскую помощь во время сражения буду я. К оружию! Кентавр указал рукой на стол, на котором лежало оружие: бронзовые мечи, шлемы, копья, щиты, украшенные металлом. Аннабет протянула щит дочери Афродиты. — Зачем?  — тупой вопрос дорогуша. — Надеюсь, ты не хочешь, чтобы тебя продырявили наши друзья из домика номер пять? — Аннабет подняла бровь. Не дождавшись ответа, она повернулась ко мне. — Перси, ты будешь охранять флаг. Мой щит был с металлическими вставками и размером больше канализационного люка. Шлем, как и шлемы всех, кто сражался на стороне Афины, венчал красный плюмаж из конских волос. У команды Ареса и их союзников цвета были синие. — Команда красных, вперед!   Ночной воздух был жаркий и липкий. В лесу царила полная тьма, но я легко в ней видел и ориентировался. Я стоял возле небольшого ручья, журчавшего среди камней, остальные члены команды рассыпались по лесу. Стоя в одиночестве в шлеме с красным плюмажем и огромным щитом, я почувствовал себя не комфортно, все-таки я привык к своим доспехам, но они, как и мой щит, остались в Подземном царстве. Меч из стигийской стали единственное, что было правильно подобранным. Никто, похоже, и не собирался на меня нападать. Кажется, у участников нашлись дела поважнее. Но, неподалёку, нижние ветви деревьев пришли в движение. Тео и пять воинов Ареса с омерзительными воплями появились из темноты. — Задайте этому лоху! — заорал Тео. Наверное, он решил, что если они одновременно все нападут на меня, я проиграю. Вы просто не представляете как он меня достал. — Ну, и что тебе от меня опять надо? — Ты выставил меня на посмешище, да, ты победил большинство детей Ареса, но сразу пять ты победить не сможешь. — Во-первых, ты делаешь это и без моей помощи, во-вторых, не недооценивай меня, — ответил я. Двое из них кинулись на меня. Я никогда не недооценивал своих противников, возможно, потому что половина из них были древнегреческие герои, но факт остаётся фактом. Пока я отбил удар урода номер один, другой из сотоварищей Тео полоснул меня мечом, оставив у меня на руке приличную рану. Размахнувшись, я шандарахнул плоской стороной меча по голове парня, шедшего первым, и начисто снес шлем. Удар был настолько силен, что я видел, как выкатились его глаза, когда доблестный сын Ареса рухнул в ручей. Урод номер два и урод номер три приближались с разных сторон. Урод номер четыре в драку не рвался, но Тео, будучи до жути храбрым, начал надвигаться на меня, его Анаклузмос светился в темноте. Отразив его удар, я заехал ему щитом по затылку. Он рухнул на землю. Оставшиеся три полубога бросились на меня. Мечом я срезал у одного плюмаж. Щитом отразил удар другого. Третьему удалось ранить мне руку. Хорошенько приложив рукоятью меча первому между глаз, так что он пошатываясь, отступил на берег. Затем я услышал протяжные пронзительные крики, но не особо обратил на них внимание. Двое, переглянувшись, напали с большим энтузиазмом. Остальные дети Ареса и Тео еще не совсем пришли в себя. По-видимому, еще не до конца опомнившись от моего удара. Полоснул одного по ноге. Чуть повернувшись, отразил удар другого. И эфесом меча заехал ему по голове. Тот оказался стойким, поэтому не грохнувшись на землю без сознания, а просто, пошатываясь и держась за голову, отошёл подальше. Последний урод полоснул меня по предплечью. Я нанес удар. Он отразил, попытался нанести удар щитом по голове. Увернувшись, я поцарапал его щеку. Ударом выбил меч из его руки и прижал щитом к дереву. Спустя несколько секунд, тяжело дыша, я опустил щит и отшвырнул напугавшегося сына Ареса. Да, не часто увидишь такое зрелище. Я почувствовал на себе взгляд. Повернувшись, увидел, что на меня смотрят все участники состязания. И выглядят они потрясенными. — Эм… это было круто, — кто-то высказал свое мнение. — Кхм, да, Перси. Ваша команда победила. Эм, а сейчас отправляйтесь отдыхать. Дети Аполлона позаботятся о раненых. Мои поздравления победителям! Хирон ускакал. Участники начали расходится, иногда перешептываясь о игре или же недавно увиденное зрелище. Я, засунув меч в ножны, уже хотел идти в сторону Лагеря. Но меня остановило пение, прекрасное пение. Перед глазами всплывают картинки прошлого, события этого и вчерашнего дня. Этот прекрасный голос будто звал меня куда-то. Женский голос. Я невольно сделал шаг, тело отказывалось меня слушаться и разум медленно начал поддаваться. — Перси! , — кричал чей-то далёкий голос, — Перси! Вдруг все стало на свои места. Тело вновь слушались меня, а пение прекратилось. — Перси, что с тобой? — я опустил взгляд, — передо мной стояла Аннабет, крепко вцепившись мне в кофту. Серые глаза испуганной бегали, всматриваясь мне в лицо. — Ни-ничего, все в порядке, — зачем я вру? Я перевел взгляд на лес.  — Все в порядке, — повторил я, всматриваясь в темноту.