Прокси? Нет.

Быть прок­си — не то, что вы ду­ма­ете.

До моей популярности я был обычным человеком, таким же, как вы. Я ходил в школу, имел семью, хоть и не очень любил отца. Я всегда был непростым подростком, а атмосфера вокруг лишь усугубляла ситуацию. Издевательства одноклассников, гнетущая атмосфера в семье и вечные ссоры отца с матерью сделали свое дело — я судорожно искал выход из этой рутины, в которую он погряз с головой и, наконец, нашел, но не тот. Наркотики. Подсел я на них лет в шестнадцать. Сначала легкие курительные смеси, конопля, потом амфетамины и, наконец, героин. В неполные двадцать лет я уже крепко сидел на самых сильных видах дури.       Родители развелись и я остался жить с матерью, начавшей выпивать. Я выносил из дома всё, хоть мало-мальски ценное, вплоть до ваз и дорогой одежды. Мать заметила это и, не задумываясь, вышвырнула меня на улицу. Мне пришлось ночевать по подворотням и мусорным бакам, скатываясь всё ниже по социальной лестнице. Холодным осенним вечером ломка была сильнее обычного. Не выдержав боли, бьющийся в конвульсиях, я выпал из бака прямо под дождь. Что-то прицепилось к моему шнурку. Когда ломка отпустила, я разглядел, что это была белая маска с прорезями для глаз и черным ртом. В моей голове чужой голос приказал надеть находку и найти наркоторговца. Стоило мне надеть маску, моя вторая личность захватила контроль над телом. Проснулся я уже с утром. Мои руки были в крови, но я списал это на собственные раны, ведь тело требовало дури. Я так и не узнал, что страдаю раздвоением личности. И когда одной моей стороне, Тиму, требуется лишь один наркотик — героин, вторая, Маски, уже нашла свой — убийства. Конечно, я хочу, чтобы все было как раньше. Ходить на работу. Просыпаться утром у себя дома. Не боятся. Точно знать. Быть уверенным хоть в чем-то. Приходить в себя не зная, где ты находишься — страшно. Что делать?

***

Убил бы я Тоби, если бы мог? Тоби, кажется, я слышал это имя. И что с того? Мне нет до этого дела. Вроде бы он еще один прокси. Если кто-то встанет на пути к моей цели — я убью… Просто не могу сдержатся. Ведь, тот, кто нас контролирует… Слендермен. Кто знает, чего он хочет? Все мы лишь живые куклы в его власти.

***

Как я отношусь к Безглазому Джеку? Взаимопонимания между нами почти не бывает. — Прости, чел, я случайно выбросил твои почки из холодильника! Думал, они испортились… — А ну, слезай с люстры, ты, долбанный сукин сын!

***

Люблю ли я играть с Салли? Эта девочка забылась в своих играх. Я не могу… Ни вразумить, ни убить призрака. Она умерла, но не понимает, что свободна от тягот этого мира. Обиженная душа будет мстить любому, чей вид или манеры напомнят ей о мучителе. Спокойные, милые дети мне, пожалуй, нравятся, даже если они прозрачные и видеть их считается за сумасшествие.

***

Как я отношусь к Оффу? Уважаю и стараюсь не надоедать — в гневе он страшен. У Оффа всегда найдется лишняя сигарета или зажигалка для человека с дурной привычкой, вроде меня. Как я отношусь к Слендермену? …Страшное существо. Я боюсь его. Тело сводит судорогой, падаешь на землю теряя сознание… Очнувшись, пытаешься понять где находишься, сколько времени прошло… Нет, не известно. Провал в памяти.

***

Мно­гие лю­бите­ли кри­пипас­ты, а осо­бен­но фа­наты ду­ма­ют что кри­пипас­та няш­ная, доб­рая, ми­лая, чудесная, солнышко светит, птички поют, ля-ля-ля. Это не так. Мы — убий­цы и ник­то не мо­жет про­тивос­то­ять нам. У вас нет шан­сов. Возьмем Джеффа. Джефф — псих. Он не полюбит вас и не по­женит­ся на оче­ред­ной фа­нат­ке. Он толь­ко убь­ет и вы­пот­ро­шит вас. И, ко­неч­но же, сде­ла­ет вас «кра­сивым». У вас НЕТ шан­са на ВЫ­ЖИВА­НИЕ. Вы дав­но бы умерли. Джефф и Джек (Бз.) отнюдь не луч­шие друзья, я да­же не знаю, кто при­думал та­кую хер­ню. Они не­нави­дят друг дру­га и всё вре­мя пы­та­ют­ся убить друг дру­га. Прок­си — это са­мая опас­ная вещь. Слен­дермен не мо­жет го­ворить, а пус­ка­ет нам те­лепа­тичес­кое со­об­ще­ние. Мы полностью под­чи­ня­ем­ся ему. У нас нет пра­ва на лич­ную жизнь. Тот, кто отказывается от прок­си — бу­дет убит. Ну, как убит — из не­го вы­сасы­ва­ют ду­шу. Это са­мое ужас­ное — че­ловек без ду­ши.Че­ловек жи­вет, как не бы­вало, но он не мо­жет чувс­тво­вать и ничего не помнит. Нас — «прокси» — не настолько много и пересекаемся мы редко. Прячем лица за масками, а тела скрываем кучей одежды — так полиции будет сложнее распознать нас. Мы марионетки — остальное не важно. И, да, яростные фа­нат­ки Джеф­фа, обо­их Дже­ков, ме­ня и Оф­фа (Гос­подь с ва­ми), я пов­то­рю: Всё бес­по­лез­но. Да­же и не пы­тай­тесь. Они не мо­гут лю­бить. Всё, к че­му у них тя­га сей­час, — толь­ко убий­ства, рас­чле­нения и из­на­сило­вания. Они всег­да наедине со сво­им бе­зумс­твом. Как и я. Ты не по­нима­ешь и ни­ког­да не пой­мёшь, как это хре­ново. Ты не бу­дешь нор­маль­ным. Ты не мо­жешь за­водить дру­зей, не мо­жешь раз­вле­кать­ся с друзь­ями, хо­дить на сви­дания. Я даже не знаю, как это! Это су­щий ад. У нас бы­ло мно­го прок­си, но в ито­ге ос­та­лись толь­ко я, То­би и Ху­ди. Ах да, и ма­лень­кая по­мощ­ни­ца Слен­де­ра — Кейт. Ты про­пус­тил всё ми­мо ушей, вер­но? Те­бе нас­рать на всё это. Ты не по­нима­ешь, как это хре­ново и ка­кие му­ки мы пе­режи­ва­ем. Это от­вра­титель­но…

Всё ещё хочешь быть прокси?