Friend, please

По солнечной аллее свежепостроенного квартала шел мальчик лет семи, держа на руках сумку, которая вряд ли подходила ему по размеру. Похоже, в ней лежало что-то легкое, ибо малец без всяких усилий нес её уже около квартала из магазина. Она сильно закрывала обзор, поэтому палку, которую притащила какая-то дворняга, он не заметил. Запутавшись в собственных ногах и в этом неопознанном объекте, паренек повалился на землю, выкрикнув что-то в полете. Из сумки вывалился на асфальт кипенно-белый мишка Тедди. Не отойдя от шока, мальчик поправил темный локон за ухо и, приподнявшись на локте с земли, взглянул на потерю. Он надул губы и уже хотел заплакать, как неожиданно, откуда-то слева, выскочил ещё один паренек, примерно его возраста. Он без лишних разговоров подошел к лежачему и протянул ему свою детскую ручку, не обратив внимание на игрушку. — Вставай, тут грязно, — в немом затмении наш герой ответил на его жест и, схватив нового знакомого за руку, встал с земли. — Спасибо… — он начал отряхивать свой светлый комбинезон и рубашку, при этом прохожий смотрел на него без стеснения. — Как тебя зовут? — новый знакомый наклонился над игрушкой, но взять её не решался. — Джош, — ответил паренек, почти полностью убрав желтизну с колен, — а тебя? — Мне родители не разрешают общаться с чужими, — ответил он, не глядя на собеседника. — Но ты ведь сам мне помог! — Джош был в недоумении. — Мы должны подружиться. — Подружиться? — Да, — ответил ему наш герой и, склонившись над новеньким Тедди, поднял его с земли. За каждым его действием следил новый знакомый. — Но мне нель… — Да что ты затараторил, — Джош уже готов был обидеться и уйти, как неожиданно он услышал: — А мои родители об этом не узнают? — Обещаю, — Джош улыбнулся и протянул ему свою руку. Светловолосый слегка помедлил, но все же ответил ему рукопожатием, и даже одарил его легким подобием счастья. — А я — Руби, — ответил он, помогая убрать мишку снова в сумку.

***

— Ру, а почему мне нельзя к тебе? — спросил Джош, когда они вдвоем сидели на качелях. С момента их дружбы прошел месяц, и парни сильно сблизились. Они поняли, что их вкусы совпадают, даже в еде, ибо Руби очень нравились те ягоды, которые растил на своем участке мистер Рэкфилд. Джош был тоже впечатлён их необычным вкусом, но все время забывал название, а его друг, кажется, его вовсе не знал. — Я тебе говорил, мне нельзя дружить с другими. Ты — мой первый друг, — паренек смотрел куда-то в землю. — А почему? Руби не ответил на этот вопрос, но Джош заметил, что тот как-то странно поджал губы. Больше он старался не заводить разговоры на эту тему. — Ты хороший, ты мне нравишься, — темноволосый хорошенько оттолкнулся от земли и взлетел настолько высоко, что макушкой достал до листьев векового клена, стоящего недалеко от детской площадки. Руби ничего ему не ответил, а лишь улыбнулся. Это было редким явлением, поэтому слова оказались лишними.

***

— Джоши, мы в одном классе! — Руби влетел в их тайное убежище, которое они соорудили совсем недавно. Так как светловолосому нельзя было общаться с другими детьми, мальчики решили, что им нужно соорудить секретное место, где бы их никто никогда не нашел. Этим местом оказался заброшенный, ещё при строительстве района, сарайчик, в котором рабочие, кажется, хранили какой-то свой инвентарь. Он был открыт нараспашку, поэтому мальчики, предварительно выбросив все ненужные лопаты и вилы, повесили на ручку двери алюминиевую проволоку. Это им казалось довольно хорошей защитой. Теперь каждый вечер они собирались там, приукрашивая логово изнутри. Джош притащил ненужные покрывала, скатерти, Руби — подушки. Место наполнялось жизнью, как и маленький светловолосый мальчик, по непонятным причинам оказавшийся за гранью детского баловства. — Да? — Джош оторвался от расстановки каких-то непонятных сувениров, — это же круто! — И не говори, мы будем нормально общаться, Джоши, — Руби светился от счастья. Казалось, он вот-вот расплачется. Джош подошел к другу и крепко обнял его. — Вот видишь, все хорошо. — Угу, — ответил Ру, закрыв глаза и думая о том, что скоро все станет и правда лучше. Что он расскажет про все Джошу. Что они будут лучшими друзьями на свете. До конца. Кто же знал, что он наступит так быстро.

***

— Посмотри на него… — И не говори… — Ещё эти брекеты… — Да, да, да! Они просто ужасны. Прошло несколько недель с первого дня учебы друзей, но спокойствие в их жизни так и не приходило. Одноклассники почему-то не полюбили Джоша, который, по их мнению, был слишком правильным, странным и ещё с брекетами. Но мальчик терпел эти издевки, ибо его поддерживал друг, ведь так, да? Странно, но к Ру сразу стали относиться по-другому, девочкам он казался очень милым, особенно его таинственное молчание. Другие мальчики старались сдружиться с ним, они видели в нем агрессию. Не ту, которая готова вырваться наружу и побить любого, а ту, которая заставляет других поверить в силу этого человека, его моральный, пусть и детский, стержень. Нет, светловолосый не забыл своего друга, но, глядя на то, как его не любят одноклассники, он начал отдаляться. Они уже почти не общались, а в логово несколько месяцев даже не заглядывали. Джош пытался подловить Ру, но тот лишь изредка одаривал его приветствием. Темноволосый начал ещё больше замыкаться в себе. Он не понимал, почему тот, кем он так сильно дорожил, тот, кого он поддерживал, повернулся к нему спиной. Время шло, а сердце ребенка не выдерживало. Прошло четыре года начальной школы. Были драки, в которых Джош не хотел участвовать, но его заставляли. Не хотелось все время ходить побитым. Похоже, родители это чувствовали и видели, поэтому частенько заходили в кабинет директора, чтобы тот принял какие-нибудь меры. Но он не мог, ибо Джош все отрицал. Не соглашался с побоями, говоря, что свалился с лестницы или просто ударился на физкультуре. Отнекивался от обзывательств, ибо никто из учителей не мог это подтвердить. А что ему оставалось? Ведь его избивал бывший лучший друг. Однажды Джош не выдержал и ответил ему, все были в шоке, ибо он всегда старался минимизировать данные порывы. Кажется, накипело. Руби отошел и хотел снова налететь, как Джош, сквозь слезы, начал говорить: — За что? За что это все, Ру? — мальчик сделал паузу, чтобы вытереть рукавом рубашки глаза, — мы ведь дружили… Стоящая рядом толпа школьников заволновалась. — …ты мне сам говорил, помнишь, что в школе будет все лучше. Почему, почему все должно быть вот так, а не иначе? Ру, ответь… Светловолосый молчал, склонив голову вниз, как при их первых встречах. В глазах Джоша промелькнула надежда, тот малюсенький огонечек, способный простить, пусть и снова, но простить. Ради будущего. Ради мечт. Ради них… Но это снова оказалось враньем. Руби приподнял взгляд и сказал фразу, которая стала той начальной точкой, благодаря которой Джош является тем, кто он есть сейчас: — Честно скажу, ты мне тогда показался таким жалким, что я не мог по-другому. Ты валялся там, на этом грязном асфальте, глядя на свою игрушку… Смешок пробежал по толпе. — …и я решил тебе помочь. Подобрать с земли и протянуть руку, но мне надоело, понимаешь? Надоело! Джош ничего не ответил. Он даже не видел лицо Руби в момент этой речи, ибо его глаза полностью заполнились слезами. Выбегая из школы, он прокричал: — Я не верю! Я буду ждать тебя на нашем месте сегодня! Если ты не придешь, тогда я приму твои слова! Джош убежал к себе домой, чтобы больше никогда не появиться в этой школе снова. Ру, мальчик, которому не разрешали ни с кем дружить, так и не пришел на встречу.

***

Прошло пять лет, и вот наш герой почти закончил среднюю школу. Он возмужал, полностью сменил имидж. Его яркие волосы свели с ума не одного учителя или директора, но главное, что родители позволяют. Учится он довольно прилично, пусть и поменял около десятка школ в округе. У него есть парочка друзей и знакомых, которым он доверяет… Нет, не доверяет. Он пытается, но не выходит. Детские обиды не дают покоя и настигают его в ночных кошмарах. Один из них даже случился наяву. Его бывший друг Руби Трен оказался в той самой школе, что и он. Конечно, парень его не узнает, наверное. Иначе бы снова все началось: задирания, издевательства, стычки. Но этого не происходит. Джошу даже кажется, что тот от него сам бегает, но, как оказалось, ему это и правда просто мерещилось. Их последняя встреча в этой истории случилась летним вечером, когда занятия закончились, но ещё не все ученики разбежались по своим домам. Джош решил погонять мячик и, попросив у физрука ключи от зала, пошел в здание. Не переодеваясь и уже разогревшись, парень полностью вошел в кураж и не заметил, как в помещении оказался ещё один человек. Появился ли он там случайно или специально искал встречи, Джош не знал, но то, что Трен стоял сейчас перед ним, парень осознавал прекрасно. Их взгляды встретились. Оба не знали, что делать. Джош хотел уходить, но тот начал: — Давно не виделись, как сам? — Тебя это не касается, — парень схватил свою сумку и направился к выходу. — Ох, как мы заговорили, — Трен улыбался во все лицо. Интересно, он помнит тот момент, когда ему это давалось с большим усилием? Они оказались наравне, когда Руби полностью перегородил выход из зала своим телом. — Отойди. — Или что? — Отойди, — Джош старался на него даже не смотреть. Настолько мерзкие были воспоминания. Он через столько прошел и не собирался возвращаться. К удивлению, светловолосый сделал шаг в бок и, дав выйти Джошу из зала, обернулся. — Даже поговорить не хочешь? — У тебя был шанс, — тихо ответив, проговорил он. Молчание. Джош приостановился. Боже, он же обещал, что не вернется обратно. Обещал. Так какого черта он сейчас стоит и чего-то ждет?! — Прости. Треск. Защитная оболочка рвется на части, пытаясь заставить обернуться. Заставить поверить. Снова. — Джош, прости меня, — похоже, эти слова Трен вытаскивал из себя с огромной силой, но все же выдавливал, — я не знаю, что произошло. Но я не мог по-другому. Хах, показалось. Джош ухмыльнулся, и медленно пошел в сторону ворот школы. — Я правда не мог! — Руби кричал. И в этом крике был слышен зов того самого Ру, который подал Джошу руку, который катался с ним на качелях, который был так дорог ему, так нужен… — Я собирался прийти тогда, но меня просто не выпустили из дома. Огромная волна начала рвать изнутри. Волна, переполненная миллионами непонятных эмоций, начиная от обиды, заканчивая — раскаянием. Почему все так? Они ведь могли дружить. Все могло быть по-другому. Иначе. Не так. Неправильно. Или? Черт. Что же делать. Почему. Но, похоже, разум сам выбрал верный путь. Он не хотел снова и снова наступать в ту самую котловину, из которой Джош недавно смог выбраться. Парень не хотел. Это было слишком. И он побежал. Так быстро, как никогда. Будто за ним гналась стая тех самых чудовищ из его детских кошмаров, готовая разорвать на части в любой момент. Или так оно и было? Уже издали Джош услышал крик Руби, который сорвался на последнем слоге: — Ну и пошел ты нахуй, Джоши! Скрип ржавых ворот был нежнее, чем последний плач у этой истории.