Наследник Учиха

Сарада точно не знала сколько времени прошло, но солнце уже садилось, а действие парализующего яда всё не прекращалось. Что же это за препарат такой? Сколько ей ещё придётся так пролежать? Всё, что она может — это моргать глазами и иногда проглатывать слишком большое скопление слюны. «Как же всё болит», — мысленно простонала брюнетка. Нет, она не чувствует ни тела, ни боли, на данный момент, но знает, что, когда действие паралича пройдёт, всё тело будет ужасно ныть из-за долгого пребывания в одной позе. Уже стало темнеть на улице и куноичи начала нервничать. Неужели до сих пор никто и не заметил отсутствия женской половины Учих. Что же делать? Ладно она тут лежит в деревне, в безопасности, но её мать похитили, и об этом, кроме неё, больше никто не знает. Думая о Сакуре и о том, что с ней, девочка не заметила, как из глаз вновь потекли слёзы. Она хотела их стереть, совершенно забыв, что парализована, но рука, как и стоило ожидать, не поддалась куноичи, а осталась безвольно лежать на земле. От осознания собственного бессилия, хотелось расплакаться ещё сильнее. Вообще, она никогда не была плаксой и лила слёзы крайне редко, а точнее почти этого не делала. Но сейчас почему-то особенно сильно хотелось плакать, просто прижаться к маме, почувствовать, как её тёплые, нежные руки гладят по голове, и такой родной, ласковый голос тихо шепчет успокаивающие слова. А ведь брюнетка так мало времени проводила с розоволосой, и только сейчас поняла, как сильно нуждается в ней. И почему для этого понадобилось, чтобы Сакуру похитили? Учиха услышала тихие шаги, а потом знакомый голос: — Сарада-чан? Когда обладатель голоса вошёл в поле зрения девочки, она смогла рассмотреть пришедшего. Им была брюнетка с ярко-голубыми глазами и двумя полосками на каждой щеке, на вид ей где-то лет семь. Да, это та, о ком вы подумали — Узумаки Химавари собственной персоной. «Химавари?», — мысленно воскликнула Учиха. — Почему ты тут лежишь? И… ты что, плакала?! Что случилось, Сарада-чан? — девочка присела возле подруги в ожидании ответа, но обладательница Шарингана не могла шевелить губами и, закрыв глаза, взвыла от бессилия. — Сарада-чан, тебе плохо? Что-то болит? — взволновано спросила брюнетка, а потом, вскочив, быстро проговорила. — Подожди, я сейчас позову кого-нибудь! Девочка убежала, оставив Учиху одну.

***

В кабинете Хокаге за большим столом и кучей бумаг сидел Наруто. Он прочитал отчёт Сакуры, который та занесла днём, сразу после окончания смены в больнице. Отложив его, Узумаки тяжело вздохнул, потёр переносицу и, откинувшись на спинку кресла, посмотрел в потолок. Ещё одно похищение. Ещё одна женщина пропала. И снова ни одной зацепки. Известно только, как одеты похитители, но что это может дать? Они могут ходить среди них, выбирать себе спокойно следующую цель и только, убедившись, что никого рядом нет, надеть эти маски и совершить нападение. «Нужно оповестить остальных Каге, о новом похищении, но сначала…», — подумал Наруто и, сев прямо, отправил одного из АНБУ за Учихой и позвал главного стратега Страны Огня.

***

Как только Сакура, поцеловав в щёку мужа, вышла из дома и направилась на работу, Учиха почувствовал какую-то тревогу, всё его нутро так и говорило, что что-то должно произойти. Это непонятное чувство грызло его полдня, и всё бы ничего, но был небольшой промежуток времени, когда это самое ощущение тревоги било просто с невероятной силой. Не в состоянии больше сидеть спокойно и терпеть это, он решил посетить больницу, чтобы лично убедиться, что с его женой всё в порядке. В вестибюле его встретила молоденькая медсестра, которая с восхищением смотрела на мужчину, он мысленно скривился, не понимая, как некоторые могут продолжать бегать за ним несмотря на то, что он уже достаточно давно женат. А что самое удивительное так это то, что, когда он делился этим непониманием с Сакурой, она просто смеялась над этими девушками, говоря, что умная женщина никогда не опустилась бы до того, чтобы бегать за женатым мужчиной. Учиха подошёл к ресепшину, за которым и находилась блондинка. Девушка мило улыбнулась и поспешила поприветствовать шиноби. — Добрый день, Саске-сан, Вам чем-нибудь помочь? — мужчина кивнул и спросил: — Где Сакура? — Сакура-сама ушла к Хокаге-саме, — ответила медсестра. Брюнет кивнул и развернулся, чтобы выйти из помещения. Женщина не хотела его так быстро отпускать, поэтому спросила: — Что-то случилось? Может Вам помочь? — но Учиха проигнорировал её и продолжил путь. Казалось, на этом старания блондинки должны были прекратиться, но женщины — странные существа, и Саске не раз в этом убеждался. Юи (так звали эту неугомонную особу) каким-то образом оказалась перед мужчиной, тем самым преградив ему дорогу. — Вы какой-то бледный. Вам плохо? Давайте я Вас осмотрю? — она потянулась рукой к лицу мужчины, но вскоре пожалела об этом, так как он перехватил её руку, до того как она успела дотронуться к нему, и сжал с такой силой, что у женщины на глазах выступили слёзы. Саске отбросил блондинку подальше и вышел наконец из этой больницы. Поднявшись на локтях, Юи вытерла слёзы и взялась за руку, которую так беспощадно сжимал темноволосый мужчина пару секунд назад из-за чего вскоре на ней точно появятся синяки. Подняв глаза и посмотрев на коридор, она увидела свою коллегу по работе. Нахо осуждающе смотрела на неё и уже было открыла рот, чтобы что-то сказать, но не найдя подходящих слов, закрыла его, неодобрительно покачала головой и, развернувшись, пошла обратно работать.

***

Придя домой, Саске посмотрел на часы и отметив, что скоро должны прийти жена и дочь, решил посмотреть телевизор, чтобы как-то скоротать время. Но когда спустя примерно шесть часов никто так и не вернулся, Учиха начал серьёзно переживать. Неожиданно раздался стук в дверь. Мужчина отправился в прихожую, открыв дверь, на пороге он увидел агента АНБУ. Брюнет напрягся, боясь услышать плохих новостей, ведь две самые важные женщины в его жизни всё ещё не вернулись. — Саске-сама, господин Хокаге просил передать Вам, что ожидает Вас в своём кабинете, — и поклонившись, АНБУ исчез в клубах дыма.

***

В кабинете находилось двое мужчин. Внезапно дверь открылась, и в помещение вошёл ещё один. — Что случилось? — спросил прибывший Учиха. Подойдя к столу, за которым сидел его друг, он выжидающе уставился на блондина. — Вот, прочти, — протягивая несколько скреплённых листов бумаги брюнету, сказал Узумаки. Пробежавшись по строчкам глазами, мужчина нахмурил брови и, снова обратив внимание на Хокаге, спросил: — Что это? — Отчёт Сакуры. Больше недели назад отряд АНБУ нашли тяжело раненого мужчину не далеко от границы с Кусагакуре и принесли в больницу. Недавно он очнулся. По его рассказам, его жену похитили, а самого ранили, когда он пытался её спасти, — объяснил Наруто. — Значит, ещё одно похищение, — медленно проговорил брюнет. — Да, но есть ещё одна проблема, — сказал молчавший до этого Нара. Все взгляды обратились к нему, и шатен продолжил: — Кусагакуре граничит со Страной Огня. Прошло почти две недели, а значит они могут быть уже в пределах Конохи. Нам нужно усилить охрану и желательно держать детей и жён рядом, на всякий случай. Учиха напрягся, услышав слова главного стратега. Только он хотел что-то сказать, как дверь в кабинет открылась, и в неё влетела взволнованная Нахо. Все посмотрели на неё. — Хокаге-сама, Шизуне-сан зовёт Вас. Это срочно! — затем, увидев брюнета, она добавила. — Саске-сан, Вам тоже лучше пойти! Наруто посмотрел на Шикамару, тот кивнул, и они вчетвером отправились к зданию больницы.

***

Войдя в указанную Нахо палату, первое, что они увидели — это спину Шизуне и рядом стоящую Химавари. Наруто, испугавшись, что с кем-то из его семьи что-то случилось, рванул к койке, но застыл, увидев там свою крестницу. — Сарада, что случилось? — спросил блондин. Учиха, услышав имя дочери, тут же подбежал к ней. — Сарада… — тихо произнёс брюнет. Девочка еле сдерживала слёзы, а, увидев отца, поняла, что не может больше держаться, и расплакалась в голос. Саске подошёл ближе и, присев на краешек койки, обнял свою дочь, поглаживая по голове. — Что случилось? — Мама… она…её… — всхлипывая, пыталась выдавить из себя куноичи. Мужчина почувствовал, как всё тело холодеет, поняв, что с его женой что-то случилось. — Маму похи-и-и-тели-и-и…