№666

Минсок издал какой-то непонятный звук, что-то между воплем кита и испуганной белки, когда Бэкхён просунул свою голову сквозь дверной проём со словами: «Я не помешал?» и тут же быстро юркнул назад, стоило Чондэ громко мявкнуть. — Прямо сейчас? — Минсок находился в почти шоковом состоянии, но в то же время раздражение прокладывало свой путь к его нервам. — Это важно, — слабым голосом отвечает Чондэ. Его уши выпрямились и нетерпеливо задёргались. — Не думаешь, что в данный момент это может подождать? — скептически подняв бровь, интересуется Минсок, наклоняясь к лицу Чондэ и целуя его в губы, одновременно толкнувшись бёдрами вперёд. Чондэ ещё раз громко мяукает, крепче сжимая плечи Минсока и повернув голову в сторону. — Это, правда, важно, — всё, что получает Минсок в ответ, когда Чондэ просто уходит в гостиную (полностью одетый) разговаривать с Бэкхёном. Минсок же остаётся в проблематичном состоянии, разочарованно рыча в подушку, решает проявить настойчивость и дождаться возвращения Чондэ, однако через час он уходит в мир сновидений, крепко сжимая подушку. Бэкхён торчит в их квартире уже вторую неделю, и Минсок не думал, что сможет испытывать ещё большую раздражительность по отношению к нему, но всё же это случилось (к счастью или нет, Минсок не знал). Да, в данной ситуации он бы должен проявить сочувствие и сострадание, ведь его лучшего друга бросила невеста прямо накануне свадьбы, но всё о чём мог думать Минсок было то, как сильно Бэкхён сблизился с Чондэ за это время. Да, возможно, Минсок плохой друг, но каждый раз видя эту парочку вдвоём у него сжималось сердце и становилось так невыносимо, что всё выплёскивалось в злость и раздражение. — Ты ещё не собираешься уходить? — резко спрашивает Минсок, делая глоток кофе, когда Бэкхён заходит в кухню. — Ты же знаешь, как сложно найти квартиру, — отвечает Бэкхён, пожимая плечами, и достаёт две кружки. Он принимается заваривать чай. Минсок тихо фыркает, разворачиваясь к столу. — С тобой всё в порядке? — взволнованно спрашивает Бэкхён, наливая кипяток в кружки. Минсок лишь кивает и выплёскивает весь недопитый кофе в раковину. По истечению двух недель для Минсока это уже становится рутиной: он приходит домой после работы где-то в шесть тридцать (его встречают крики из гостиной, а не Чондэ), ужинает (один, слыша радостные вопли из гостиной, а не с Чондэ), принимает душ, чистит зубы, делает какие-то дела по работе, всё ещё слыша громкие возгласы из гостиной. Немного подустав, Минсок решает съесть хлеба или выпить воды, а может и всё вместе. Проходя мимо гостиной он видит, как Бэкхён с Чондэ мирно сидят лежат на диване, поедая попкорн из большой миски. И возможно, Минсоку делается немного хуже, чем обычно, когда Чондэ кладёт свою голову Бэкхёну на плечо. Только возможно. Почему-то аппетит пропал и на душе стало очень грустно, так что Минсок просто возвращается в спальню и падает на кровать, сразу сворачиваясь в какой-то кокон в одеяле. Он скучает по Чондэ. Скучает по тому времени, когда они могли быть только вдвоём, когда могли целоваться, обниматься. Минсок устал засыпать один, чувствуя холод с правой стороны. Ему хочется прижаться к Чондэ, погладить его между ушей и потрепать по щекам — он ведь такой милый. Минсок засыпает, находясь в прескверном настроении и, кажется, у него душа трещит по швам. А просыпается он от того, что по его щекам проходятся чем-то мокрым и шершавым. Разлепив глаза, Минсок видит перед собой кошачью мордочку. Он недоумевает, садясь на кровати и проводя ладонями по мокрым щекам. Затем он берёт кота на руки, и тот снова лезет к его щекам. В дверном проёме показывается Бэкхён. — Ему стало грустно, поэтому он обратился, — объясняет он, улыбаясь. — Он любит тебя. Голос Бэкхёна тих, но Минсок его слышит и только кивает на его слова, потому что он знает. — Прости меня, — почти шёпотом говорит Минсок, поднимая взгляд, наполненный грустью на Бэкхёна, который улыбается ему в ответ. — Тебе разбили сердце, а я совсем ничем тебе не помог, только строил из себя непонятно что. Чондэ в его руках прекращает лизать его щёки, теперь во все свои огромные глаза смотря на него. — Да ладно, — с усмешкой отмахивается Бэкхён. Его улыбка в разы становится шире. — Нечасто же вижу, как ты ревнуешь. И со смехом он уходит, прикрыв за собой дверь. Минсок нежно поглаживает Чондэ по спине, затем между ушей, грустно улыбаясь. — Простишь меня? Внезапно Чондэ начинает тяжелеть в его руках, а потом и вовсе принимает свою человеческую форму, сразу крепко обнимая Минсока за плечи. Почувствовав, как его майка намокает, Минсок отрывает Чондэ от себя. — Почему ты плачешь? — Потому что ты плачешь. И только тогда Минсок понимает, что его щёки мокрые не от того, что Чондэ лизал их. Когда в последний раз он плакал? Это было так давно. Сейчас его переполняют столько чувств, что выдержать он это не может физически. Чондэ рядом с ним, такой тёплый, любящий его всем сердцем с глазами полными слёз, но всё равно такой милый и красивый. Минсоку кажется, что его душа поёт. — Я люблю тебя, — шепчет он в губы напротив, перед тем, как приникает к ним. И ему так легко-легко.