№666

есть идея.: Минсок болеет, а Чондэ за ним ухаживает Минсок понимает, что что-то не так, когда чихает уже в третий раз за тридцать секунд, а его голова сильно гудит. Тогда он достаёт градусник и меряет температуру. 38 и 1. Отлично. Весь день кажется таким длинным и нескончаемым, как никогда прежде. Работа не хочет делаться, виски постоянно зудят. Бывает то жарко, то слишком холодно, и Минсоку это очень не нравится. Он всё мечтает о том, как этот день закончится, он возьмёт больничный и просто рухнет в нежность кровати. Эти мечтания нисколько не ускоряют время, а всего лишь занимают голову Минсока, так что в итоге он не успевает доделать кое-какие дела, что значило, что ему не дадут больничный, пока он всё не сделает. Минсок приходит домой опустошённым и настолько вымотанным, что даже выжатый лимон позавидовал бы. Ему так было неохотно раздеваться, что он просто упал на постель, испугав при этом свернувшегося в клубок Чондэ. Минсок поглаживает его по маленькой головке, успокаивая, и сам засыпает в неудобной позе. Наутро стало хуже. Минсок физически чувствовал, как всё его тело налилось такой неописуемой тяжестью, что руку поднять — уже было сложно. Его горло так осушилось, и как будто там появился какой-то ком, который был размером с Австралию, иначе Минсок не мог знать, почему он не может его проглотить. Его глаза слиплись так ужасно, тело затекло, и всё его существо желало только одного — спать. Однако Минсок заставил себя подняться, раздеться, надеть что-то удобное и снова забраться на кровать, в этот раз, накрываясь одеялом по самую макушку. Чондэ широко зевнул, обнажая свои острые зубки, тряхнул головой спросонья и встал, вытягиваясь. Он повернулся в сторону Минсока, обнаружив на его месте гору одеяла. Чондэ озадаченно уставился на эту картину, не понимая, затем запрыгнул на гору, потоптался и бухнулся на живот от того, что гора, оказывается, двигалась. Минсок дышал. Чондэ смутившись, слез обратно на матрац, перевоплотился. — Минсок? — тихо позвал он, указательным пальцем тыкнув в одеяло. В ответ послышалось мычание. Чондэ обеспокоенно заёрзал, не зная, что делать. Минсок всегда вставал раньше него, а сейчас он спит под одеялом, и Чондэ почему-то считает, что это не очень хороший знак. — Что-то случилось? Минсок так ничего не отвечает, поэтому Чондэ решает сам узнать, в чём дело. Он стягивает одеяло так, чтобы увидеть лицо Минсока. И когда он его видит, то оно совершенно не умиротворённое, как должно быть, поэтому Чондэ пугается. Он прикладывает ладонь ко лбу Минсока, вспоминая, что Минсок так же делал когда-то, сразу же ощущая невероятный жар. Всё его лицо было очень горячим. Чондэ пугается сильнее, абсолютно не зная, что в таких ситуациях делать. — Минсок? — зовёт он неуверенно. — Скажи, что мне сделать. — Помолчи, пожалуйста. Слишком громко. — Болезненно стонет Минсок в ответ, снова натягивая одеяло на голову. Чондэ остаётся сидеть на кровати. Он не знает, что делать, как себя вести и тем более как помочь Минсоку. — Может мне позвонить Бэкхёну? — тихим голосом спрашивает Чондэ, наклонившись к одеялу. — Ничего не надо. — Приходит бормотание из глубин. Чондэ глубоко вздыхает, отодвигаясь. Слезает с постели, одевается и выходит из комнаты, оставляя Минсока в одиночестве. Он бродит по квартире, не имея представлений о том, как справиться с человеческой болезнью. Иногда он порывался позвонить Бэкхёну, но, в конце концов, вспоминал, что Минсок сказал не делать этого. В итоге Чондэ с надутыми губами сел на диван. Он немного расстроился, потому что Минсоку плохо, а помочь он ничем не может. Он понуро опустил голову. А ведь Минсок всегда о нём заботится. От этих мыслей Чондэ стало хуже. Тогда-то он и вспомнил про бульон, которым Минсок кормил его. Он быстро вскочил с дивана, прыжками добираясь до кухни. Однако оказавшись около холодильника, Чондэ понял, что совершенно не знает, как его готовить. Он ведь никогда ничего не готовил. — Что за невезение! — воскликнул он от досады, при этом топнув ногой. Чондэ кусал губы, пристально смотря на холодильник, будто бы тот мог дать ему советы о том, как нужно ухаживать за больным человеком. В этот момент Чондэ озарила прекрасная мысль. Лекарства. Есть лекарства, которые принимают люди во время болезни! Улыбка на его лице расцветала с каждой секундой. Ему нужно только найти лекарства. Где Минсок их хранит? Следующие полчаса Чондэ провёл в поисках каких-либо вещей, напоминающих лекарства, однако его поиски не увенчались успехом: у Минсока их вообще не оказалось. Чондэ раздосадовано уселся на пол, скрестив руки на груди. — Должно же быть что-то ещё, — задумчиво произнёс он. — Лекарства откуда-то берут… Он призадумался, а через минуту уже радостно бежал к прихожей. — Где Минсок держит эти бумажки? — бормотал себе под нос Чондэ, обыскивая каждый карман курток, висящих на крючках. Он нашёл деньги в чёрном портфеле, лежащем на обувной тумбочке. Чондэ было собрался открыть входную дверь, но внезапно застопорился и отошёл на пару шагов назад. Он крепко сжал деньги в ладони. Неожиданные беспокойство и страх охватили его, и он не мог спокойно выдохнуть. Вдруг люди на улице будут смотреть на него? Вдруг случится что-то страшное? Чондэ помотал головой, стараясь избавиться от неприятных мыслей и догадок. Он уже выходил на улицу с Минсоком, так что всё будет хорошо. Он надеялся на это. Поэтому надев одну из курток, он выходит из квартиры, плотно закрывая за собой дверь. На улице он озирается по сторонам, внимательно разглядывая вывески на зданиях. Он был точно уверен, что где-то поблизости находится аптека. Не прошло и десяти минут и он нашёл её. Внутри аптеки стоял странный запах, которого Чондэ доселе не слышал вовсе. Всюду стояли стеклянные шкафы с разными лекарственными препаратами. Чондэ внезапно осознал, пока осматривался вокруг, что совершенно не имеет понятия, какие именно лекарства нужны Минсоку. И почему он не спросил у него перед выходом? — Почему я такой неорганизованный? — надув губы, бормочет Чондэ себе под нос, подёргивая ушами. — Неужели придётся возвращаться? — Тебе чем-нибудь помочь? Чондэ от неожиданности подпрыгивает на месте и во все глаза смотрит на лицо парня, появившегося будто из ниоткуда. — Э… мне нужны лекарства... — тихо отвечает Чондэ. — Это понятно. Ты же в аптеке. — Усмехается парень. — Какие именно? Чондэ хмурится, не зная, что ответить. — Эм, Минсоку плохо: он весь горячий и всё это время спит, — начинает перечислять он, надеясь, что это поможет парню понять, какие лекарства ему нужны. — Ясно, сейчас посмотрю, — задумчиво отвечает парень, а после исчезает за стеклянными шкафами. Чондэ неловко стоит посередине помещения, не зная, что с собой делать. Он замечает зелёного динозавра на одном из кресел и подходит к нему, чтобы рассмотреть поближе. Мягкая игрушка выглядит красиво и мило. Чондэ берёт её в руки, вертит в разные стороны, с улыбкой на лице любуясь. — Нравится? — голос того парня звучит совсем близко, и Чондэ резко разворачивается, встречаясь с ним взглядами. На его лицо маленькая улыбка, и отчего-то Чондэ казалось, что глаза его источают тепло. — Я принёс нужные тебе лекарства. Парень отходит от него, возвращается к одному из стеклянных шкафов, открывает стеклянную дверь (Чондэ её прежде не заметил) и заходит внутрь. — Если тебе понравилась игрушка, можешь забрать. Она всё равно здесь ради красоты была. — Парень пожимает плечами, пока сканирует несколько маленьких баночек — видимо, лекарств. — Я, кстати, Чунмён. Чондэ только моргает, не успевая осмыслить всё, что говорит этот парень — Чунмён. Он переводит взгляд на игрушку в своих руках, не до конца осознавая, что теперь она принадлежит ему. Этот Чунмён и, правда, хороший. Чондэ улыбается, подходя к стеклянному шкафу с окошком для оплаты своих покупок. — Чондэ, — представляется он, протягивая бумажные купюры. — А фамилия? — Чунмён улыбается, принимая деньги, и вручает небольшой пакетик с лекарствами взамен. Неожидавший такого вопроса Чондэ застывает на несколько секунд. Фамилия? Разве у него есть фамилия? Что же ответить? — Ким Чондэ. Фамилия Минсока — первое что приходит ему на ум. Чунмён усмехается. — Увидимся. — Минсок, давай, тебе нужно поесть! — Чондэ трясёт ком одеяла, в который был закутан Минсок вот уже который день, в надежде на то, что тот соизволит всё-таки вылезти. Чондэ потратил около часа, пытаясь найти что-то полезное и помогающее из еды, чтобы можно было накормить этим Минсока, но в итоге он просто сварил рис, решив, что это будет отличной первой попыткой в приготовлении какой бы то ни было пищи. Так что вот он стоит на коленях рядом с краем кровати, на прикроватной тумбочке стоит поднос с тарелкой риса, от которого поднимается пар. Минсок неохотно вылезает из своего убежища, садясь на постели. Его лицо опухло, глаза раскраснелись, а волосы в каком-то беспорядке, но нужно ли говорить, что Чондэ в тот момент посчитал его самым милым существом на свете? Думаю, нет, потому что так и было. — Давай, открывай рот, — просит Чондэ, поднося полную ложку горячего риса ко рту Минсока. Минсок подчиняется, жуёт и проглатывает. Чондэ лишь надеется, что рис получился достаточно вкусным. Хоть он его сам и пробовал, вот только для разных существ может всё быть отличным на вкус. Однако Минсок ничего не сказал, только зевнул и захлюпал носом. Чондэ продолжил кормить его, пока тарелка не опустела. После он принёс воды, несколько таблеток и капли от насморка, внимательно проследив за тем, чтобы Минсок выпил каждую таблетку и закапал в нос. — Теперь, я могу уснуть? — обессиленно спрашивает Минсок, закутываясь в одеяло, при этом два раза кашлянув и чихнув. Возвращаясь обратно в теплоту и мягкость, Минсок блаженно прикрыл глаза, несмотря на то, что его тело всё ещё было слишком тяжёлым. Чондэ кивнул и заметил, что Минсок обнимал того самого плюшевого котика из парка аттракционов. Чондэ улыбнулся, сразу заурчал и начал вилять хвостом, запрыгивая на свободную часть кровати. — Аккуратнее. — Что ты делаешь? — спрашивает Чондэ, когда Минсок поворачивается к нему и, убрав игрушку, закидывает одну руку на его торс. — Ты теплее игрушки, — только отвечает Минсок, прижимаясь ближе.