Лучший друг

      – Маки, взгляни! – шикнула девочка подруге, провожая взглядом пару.       – Нода-сан и Аянами-чан! – прошептала другая.       – Боже-е мой, ну какие они классные! – умилилась первая девушка, топая ногами.       – Ну не знаю, – пробормотала Маки. – А мне они не слишком нравятся.       Девочка посмотрела на приятельницу и фыркнула.       – Да ну тебя! Ничего ты понимаешь!       Маки пожала плечами и последний раз взглянув на парочку, отвернулась.

***

      – Мы привлекаем много внимания, – заметила девушка, взглянув на молодого человека, что шел рядом с ней. Не взглянув в ответ, он ответил:       – Не имеет значения. Главное, чтобы никаких дурных слухов не было.       Девушка, вздохнув, остановилась у входа в класс. Она подняла голову и увидела привычную табличку класса 1-А. Смириться с тем, что она уже в первом классе старшей школы, было не так просто.       Спутник девушки много кашлянул в кулак, привлекая к себе внимание.       – Аянами, я жду. – тихо сказал он.       – Прости, Хироюки, я задумалась. – поспешно улыбнулась Аянами и быстро прошла в класс. Хироюки вздохнул и зашел следом.       Они сели за одну парту. Хироюки, как обычно, уставился в свой новенький телефон, начиная там что-то печатать и звонить, а Аянами лишь вздохнула, и подперев рукой щеку, стала смотреть в окно, глядя на бескрайние просторы её родного городка…       Привилегированная старшая школа Оран. Место, в котором учатся изнеженные детишки богатых родителей. Эта школа всего за месяц очень полюбилась Аянами. Она любила её очень сильно.       Аянами было пятнадцать, когда она оказалась в этой школе. Она была невероятно красивой девушкой с очень запоминающимися чертами лица. У нее были большие голубые глаза, которые были так не характерны для японских девочек, маленький и аккуратный нос и слегка пухлые губы, которые придавали её лицу некую капризность. Форма лица же у нее была треугольная, а кожа была немного бледной. Также у нее были густые карамельного цвета волосы, которые всегда были красиво и искусно уложены опытным профессионалом. Она была невысокого роста, но с весьма стройной и хорошей фигуркой, которой не каждая девушка могла бы похвалиться. Впрочем, Аянами была не из тех людей, которые стали бы себя расхваливать.       Она вновь вздохнула и повернула голову в сторону своего соседа по парте – Хироюки. Тот сидел, и как обычно вел какой-то важный разговор по телефону. Выглядел он при этом очень взрослым, самостоятельным – это так нравилось Аянами. И не только ей. Многие девушки сходили с ума от его холодного и равнодушного взгляда, многие девушки так завидовали Аянами, ведь только её в школе он подпускал к себе ближе, чем кого-либо. И не удивительно, ведь они давно уже считались официальной парой. Они ходили вдвоем, практически ни с кем не общаясь. Они и не стремились к общению. Они были подобны аристократам, которые могли переносить только общество друг друга. Несмотря на то что и находились сами среди аристократов…       Хироюки закончил разговор по телефону и посмотрел на свою спутницу.       – Что-то не так? – спросил он, понимая, что девушка смотрит на него давно. Легкая задумчивость и зачарованность пропали с лица Аянами и та отрицательно покачала головой, повернув голову в противоположную сторону. В этот момент она ощутила самую острую боль в своем сердце. Глядеть на него было больно.       – Медока Аянами! – неожиданно окликнул её голос из колонок. – Вас просят немедленно прийти в кабинет директора!       Хироюки поднял глаза от экрана телефона и непонимающе посмотрел на Аянами. Та, хоть и немного удивилась в начале, сейчас была абсолютно спокойна. Она молча встала из-за парты.       – Что случилось? – спросил парень нахмуриваясь. Медока повернулась к нему лицом.       – Не знаю, – ответила она. – Не стоит беспокоится.       В ответ Хироюки хмыкнул и опустил глаза обратно в телефон. Аянами развернулась и направилась прочь из класса.

***

      – Мамочка, куда подевалась Харухи? – громко и обеспокоенно обратился блондин к парню, выполняющему какую-то работу за ноутбуком. Тот раздраженно вздохнул, поднимая равнодушный взгляд из под очков. – Тамаки, откуда я знаю? – спокойно ответил он. – Не мешай мне работать. – Но мамочка, как ты можешь быть таким равнодушным к нашей дочери? – взвыл Тамаки, хватая себя за волосы и начиная кружиться по всей комнате. – Вдруг она потерялась? В этот момент близнецы, которые также находились в кабинете, громко засмеялись, обсуждая что-то между собой. – Не говори глупостей, – фыркнул темноволосый не открываясь от работы. – Она не маленькая. В этот момент хлопнула дверь, и взгляды всех присутствующих участников хост-клуба устремились на неё.       – Боже-боже, Тамаки, мне страшно представить, что случилось на этот раз, – вздохнула Аянами, глядя на театрально печальное выражение лица блондина. – Добрый день всем.       Юный Суо оживился почти в ту же минуту и стремительно направился к Медоке. Та мысленно подготовилась к тому, что Тамаки будет как обычно изливать ей душу и петь серенады, но она никак не могла ожидать внезапного появления братьев позади.       – Ая-тян! – услышала она два практически одинаковых голоса позади себя и вздрогнула. Не успев обернуться, Медока почувствовала, как на её плечи легли две мужские руки.       – Привет-привет, – легко улыбнулась она, глядя то в право, то влево. Близняшки жизнерадостно одарили её теплой улыбкой. Тамаки чуть не расплакался.       – Аянами ко мне пришла! – притворно ревнивым голосом заявил Суо и все присутствующие посмотрели на него: даже Кёя оторвался от ноутбука. – Так что быстренько убрали от моей сестренки руки! Я столько её не видел!       – Мы все её столько же не видели, – задумчиво добавили братья в один голос, не спеша отходить от девушки.       Аянами счастливо вздохнула и, наконец, прервала бессмысленный разговор.       – Я сегодня допоздна с вами, успеем наговориться. А у клуба сегодня выходной? – тут же спросила она, проходя к дивану и оглядывая помещение, в котором были только Тамаки, Кея и братья Хитаийчин.       – Сегодня у нас подготовка к праздничному вечеру, поэтому клуб не будет работать еще два дня, – спокойно ответил Кея, возвращаясь к своим делам. Медока легко улыбнулась, подходя к нему.       – Ты как всегда по горло в работе, – изрекла она, заглядывая в экран ноутбука. Отори оторвался от работы и поднял голову, глядя на нее.       – Неужели ты сбежала от Ноды? – спросил вдруг Кёя, с намерением уколоть Медоку посильнее.       – Скорее наоборот, – фыркнула Аянами, поднимая правую бровь. – Да и какое тебе дело?       – Мне вообще все равно, – хмыкнул Отори, вновь отворачиваясь от девушки. Та покачала головой и решила не мешать другу.       Сев на диван, она стала наблюдать за громкими перепалками между близнецами и Тамаки. Суо, что-то громко крича близнецам, которые стремительно убегали прочь из кабинета, понесся за ними, и в итоге Аянами и Кея остались одни в кабинете.       – Хороша подготовка, – заключила она и Отори хмыкнул в ответ, поднимаясь из-за стола. Медока подняла на него глаза и слегка удивилась. Кея присел рядом с девушкой на диван, закинув ногу на ногу и спросил:       – Ты ведь не просто так сюда пришла? Опять что-то? – спросил парень, переведя взгляд на подругу. Аянами посмотрела на него, нахмурившись.       – Нет, все по-прежнему. Я долго болела, долго вас не видела…       – Кто же виноват, что ты нас в свой дом не пускаешь? – вздохнул парень, поправив очки.       – Почему это я не пускаю? – удивленно и рассерженно спросила Аянами, повернув голову в сторону Кеи. – Когда такое было?       Тот раздраженно фыркнув, положил свою руку ей на плечо, резко придвинув к себе.       – Все, ладно, замолчи, – быстро сказал он и Аянами, вздохнув, положила голову ему на плечо.       – Идеальный способ заткнуть, – сказала она, глядя куда-то в пол. Отори почти незаметно улыбнулся.       – Не урчи, – сказал он с невидимой мягкостью в голове.       Отори и Медока были, пожалуй, самыми настоящими, лучшими друзьями. По крайней мере так думала Аянами. Она уже несколько лет могла положиться на этого холодного с виду и расчетливого человека. Кея был вторым в её сердце, но самым дорогим. Старшим братом. Лучшим другом.       – Я люблю тебя, – вздохнула Медока, обнимая его. Отори почувствовал прилив какой-то гордости за самого себя, однако с виду лишь иронично усмехнулся.       – Такие слова не говорят тем, кто занимает в твоем сердце лишь второе место, – сказал он, постукивая указательным пальцем по плечу девушки. Та улыбнулась.       – Именно поэтому я и говорю это тебе, – сказала она, выпрямляясь. – Потому что я знаю, что ты поймешь истинный смысл сказанных мною слов.       Отори Кея покачал головой и поправив очки, убрал руку с плеча девушки, поднимаясь с дивана.       – И все-таки рассказывай, что произошло между тобой и твоим ненаглядным Нодой, – неожиданно сказал он, беря в руки ноутбук и возвращаясь обратно к дивану. Легкая улыбка пропала с лица Аянами и она углубилась в свои мысли.       – Мне кажется, что у Хироюки кто-то появился. – заявила она.       Тонкие пальцы Кеи вдруг замерли всего в нескольких миллиметрах от клавиш и в кабинете повисла почти мертвая тишина. Медока напряглась, понимая, что её новость не удивила Отори должным образом. Неожиданно он легко улыбнулся и поправив очки, продолжил печатать дальше, разговаривая при этом.       – И с чего же ты взяла? – спросил он.       Аянами несколько секунд молчала глядя на друга, а потом, игнорируя его вопрос, задала свой:       – Ты что-то знаешь? Я вижу, ты что-то скрываешь.       Отори лишь пожал плечами и вдруг посерьезнел.       – Слушай, если бы я знал, я бы сказал, мне это лишь на пользу. Но я слышу это впервые. В конце концов, ты ведь сама понимаешь, что он тебя не любит, – ответил юный Отори, не посмотрев даже на Аянами, которая вздрогнула от его слов, посмотрев на него большими глазами, которые заблестели чуть ярче.       – Мы с тобой давно говорили об этом, – беспощадно продолжал Кея, стуча пальцами по клавиатуре и глядя в монитор. – У вас всего лишь фиктивный брак и только ты воспринимаешь его близко к сердцу. Ты…       – Замолчи!!!       Отори резко повернул голову и в оцепенении замер, глядя на Медоку. Девушка еле заметно тряслась, её губы шевелились, пытаясь что-то сказать, а по щекам текли слезы.       Кея, совершенно не ожидая такого поворота событий, замер, пытаясь что-то сказать. Но как назло, все мысли и слова в его голове смешались в кучу и он застыл с полуоткрытым ртом. Он почувствовал острый жар в теле и в первый раз испытал леденящий душу страх. Страх перед неизвестностью. В первые Кея столкнулся с чем-то подобным.       Аянами резко поднялась и побежала прочь из кабинета. Кея сидел несколько секунд, но вдруг, очнувшись от своих оков, резко поднялся с дивана. Ноутбук упал на пол, а он, не обращая на него внимания, стремительно побежал следом за ней.       «Я не должен её отпускать, ни за что», – это единственная мысль, которая светила у него в голове, подобно маленькому просвету из темной пещеры. Он уже не чувствовал ног, а все равно бежал вперед с единственной мыслью в голове.       Медока побежала еще яростнее и резко свернула за угол. В этот момент оттуда же, из-за угла, вырвался ошарашенный и испуганный Тамаки, глядевший вслед Аянами. Кея, который в этот момент несся, совершенно потерявши голову, резко влетел в блондина и оба, не удержав равновесия, оказались на полу.       Внутри парня все рухнуло. Накрылось медным тазом.       Он приподнялся на колени, упираясь руками в пол и бессильно, безжизненно опустил голову. Он почувствовал себя невероятно отвратительно. Его охватило гадкое, мерзкое чувство проигрыша. Он проиграл самому себе, он не смог её удержать, и теперь все бесполезно.       Лежащий на спине Суо быстро поднялся на локтях и сел на полу, удивленно и шокировано глядя на друга.       – Что произошло? – спросил он, и в этот момент услышал топот и поднял голову. Это были братья Хитаийчин, которые со всех ног неслись со стороны третьего музыкального кабинета.       – Отори, ты придурок! – закричал вдруг Хикару, пробегая мимо Кеи и Тамаки, который вообще ничего не понимая, с огромными глазами глядел по сторонам. Каору же, просто пробежал мимо и близнецы понеслись следом за девушкой.       Кея громко вздохнул и резко подавшись назад, поднялся на ноги, изо всех сил стараясь не глядеть на друга, который так же поспешил встать на ноги. Ничего не соображая, Отори небрежно развернулся и медленно направился обратно в класс. Тамаки несколько секунд смотрел ему вслед, но вовремя очнувшись, побежал за ним.       – Что только что произошло? – тут же обеспокоенно спросил он, стараясь заглянуть в лицо Кеи. Тот резко повернул голову в другую сторону, не желая смотреть на друга.       – Отстань, – процедил он, ускоряя шаг.

***

      Чувствовала себя Аянами отвратительно. Лежа на кровати, она, уже успокоившись и перестав плакать, смотрела куда-то вдаль, иногда тихо зевая от недавнего плача.       Лучший друг сказал ей правду. Кея был прав. Только сейчас она поняла это, когда все эмоции отошли на второй план и она начала трезво все соображать.       Но…       Она так отчаянно все это время откидывала эту мысль из своей головы, зачем-то говоря себе, что быть того, что Хироюки её не любит, просто не может. Хотя, что значит «зачем»? Конечно, она была очень сильно в него влюблена, и огородив себя никчемными иллюзиями сама же сделала себе больно. А ведь она прекрасно все видела. Видела, как он раздражается в её присутствии, звонит только тогда, когда видит, что его невеста куда-то исчезла. Да, он спрашивал её о её здоровье, иногда приезжал узнать, как у нее дела. Да, они иногда гуляли вместе по Японии. Но все было настолько сухим и безжизненным, но только Аянами могла в это поверить. Поверить в то, что в сердце Хироюки есть хотя бы маленький и заплесневелый уголочек для нее.       Нет, для Хироюки она была просто девушкой. Фиктивным человеком, которого не стоит воспринимать в серьез.       Лучший друг лишь подтвердил, что все, о чем мечтала Аянами, было безосновательным и невозможным. Этого не существовало.       В этот момент телефон девушки зазвонил. Медока немного приподняла глаза, глядя на тумбу, на которой лежал её телефон. Медленно протянув к нему руку, она слабо взяла его в руки и повернула к лицу, чтобы увидеть, от кого идет входящий вызов.       Лучший друг… иллюзорное счастье.       Собравшись с силами, она нажала на зеленую кнопку и поднесла телефон к уху чувствуя, как в глазах начинает покалывать.       – Прости меня, – всхлипнула Аянами, стиснув зубы.       Кея, который был на другом конце телефона замер от неожиданности, так и не успев ничего сказать. А ведь он боролся все это время. Боролся с собой, чтобы позвонить подруге.       И сейчас она разрушила его единственный шанс исправиться…       – Прекрати, – с еле заметной злостью в голове фыркнул Отори, сжимая телефон. – Я был резок…       – Но ты сказал мне правду, – сказала девушка, глубоко вздыхая и пытаясь успокоить себя. – И ты открыл мне глаза на то, что я пыталась не замечать. А я вывернула все так, чтобы ты остался виноватым. Прости за мои истерики.       Сердце парня бешено билось и он, не зная, что ответить девушке, закрыл лицо рукой, откинув голову в кресле.       – Ты невыносима, – легко простонал он, хмыкнув. Такой же смешок послышался на другой стороне трубки. – Если хочешь, я могу приехать сейчас.       – Не нужно, – уже намного спокойнее ответила Аянами, действительно чувствуя себя лучше. – Завтра встретимся.       – Хорошо. – вздохнул Отори. – С тобой все хорошо?       – Да-да, Мамочка, я в порядке, – улыбнулась Медока. Кея недовольно фыркнул.       – Тогда до завтра.       – До завтра.       На этом их разговор закончился. Аянами прижала телефон к груди и закрыла глаза, чувствуя в себе какое-то облегчение. Однако вспомнив о Хироюки, что-то неприятное захватило её в болезненный капкан и улыбка тут же исчезла с её лица…       Отори отключил телефон и облегченно вздохнул, располагаясь в кресле поудобнее. До сих пор бешенный стук сердца отдавался у него в ушах и он никак не мог заставить себя успокоиться.       «Что со мной происходит?» – с незаметным беспокойством подумал он, разглядывая свой телефон. – «Почему я сегодня сорвался и побежал за ней? Почему я не могу сосредоточиться и целесообразно подумать?».       Подобные мысли ввели его в легкий ступор. Весь этот вечер Кея провел в глубоких раздумьях, но в итоге, так ничего и не поняв, не сопоставив и не сумев разложить все мысли по полочкам, решил лечь спать чуть раньше.