Куда исчезло время?

Тяжело вздыхаю. Лейла в моих руках уже спит мертвым сном. Умаялась, бедолага. Прибью Драгнила. Лекс сейчас вряд ли справится, все-таки четыре года не помнит. А Нацу, Нацу стал сильным, очень сильным. По правде, у нас все стали сильными, спасибо вечно вылезающим откуда-то врагам. Замираю на полпути в комнату Лейлы. Мамочки! Ловлю буквально возле пола дочь. Пытаюсь успокоиться и унять дрожь. Нацу же совсем без мозгов! Особенно, когда дело касается драк с моим горячо любимым супругом. Что делать? Думай, Люси, думай. Муж без труда размажет тебя тонким слоем по асфальту и с прежним уровнем сил. Друг вообще не заметит и спалит останки. Это если вмешаюсь. А если не лезть? А, к черту все! Позову Леви. Она одна может утихомирить Нацу без вреда для окружающих... ...Жизнь прекрасна. Это особенно отчетливо понимаешь, когда ты сидишь дома пьешь чай с подругой, дочь тихо сопит в своей кроватке, а рядом Лекс обрабатывает раны бесчувственному Нацу. Мой план был почти идеальным. Я лишь не ожидала, что Драгнил настолько сильно отвлечется на огонь, созданный Леви, и забудет о Лексусе. - Лю-чан, как же хорошо, что ты все вспомнила, - Леви с видимым удовольствием отхлебнула из чашки. - Как твоя книга? Ты ведь ее дописала? - Дописала, - от улыбки уже болят щеки, но от этого улыбаться хочется еще сильней. Вот только... мне кажется, или мое отличное настроение отрицательно влияет на настроение мужа? Подозрительно смотрю на возмутительно спокойную спину Лекса. Странно все это. Обычно он взрывается сразу... а тут ощущение есть, а реакции нет. - Прости, Леви, мне надо было сразу же отдать тебе рукопись, а не откладывать до возвращения памяти. Но кто знал о просроченном зелье? - Не волнуйся, Лю-чан, ты не виновата, тем более тебе удалось самой вспо... - Так! - тяжелый удар ладонью по столешнице заставил меня подпрыгнуть на стуле и спасать любимую чашку. - Мне надоел ваш бабий треп! Болельщица, какого хрена ты тут устраиваешь представление из серьезной ситуации? Завороженно смотрю в потемневшие от гнева глаза мужа. Люблю его. Любым люблю. А когда он такой это... заводит. Я готова бесчисленное количество раз благодарить судьбу за тот зимний вечер, когда я поспорила с Леви выйти на шпильках и в мини юбке в гололед. Правда, Лекс еще долгое время считал меня невменяемой блондинкой, а Леви после выполнения условий спора не скоро перестала прятаться от Нацу. Все равно он ее быстро находил. Жизнь - потрясающая вещь. Никогда не знаешь, чем обернется казалось бы обычный поступок. Легко целую в нос самого несносного мужчину на свете. Что сейчас будет! *** Хочу кого-нибудь убить. И желательно, чтобы этот "кто-то" был с розовыми волосами, огненной магией и раздражающим характером. Но этот ублюдок уже без сознания. Придет в себя не скоро - бил я со всей дури и верой, что этот придурок увернется. Не увернулся... Так еще и Леви за каким-то чертом притащило, теперь сидят вместе с болельщицой и мило разговаривают. Память-то к блондинке вернулась. Ненавижу. Ненавижу чувствовать себя идиотом. Натянутые до предела нервы приводят не к самому лучшему решению сбросить напряжение. Вот только хитрющие карие глаза напротив не обещают ничего хорошего. Эта бестия выводит меня из себя. Хочется ее взять и придушить. В объятиях. Зацеловать так, чтоб у нее даже мысли не было о ком-то другом. В конце-концов она моя жена. Моя. Жена. И должна об этом помнить. - Так чего ты ждешь? - с ужасом смотрю на радостно облизывающуюся болельщицу. Она что, мысли читать может? - Знаешь, а мне нравится твое беспамятство. У тебя ведь все на лице написано. Думаю, надо будет хорошенько поблагодарить Миру за просроченное зелье. Доигралась. Вместо ответа просто улыбаюсь. Легко прочесть, значит? Пусть радуется, пока может. А с Миражанной я поговорю завтра. И посмотрим, кто из нас будет радоваться весь следующий месяц. Укрощать непокорную бестию мне понравилось.