50 оттенков ненависти

***

Гарри просто рвал все в клочья на своем пути. Он был взбешен: все не так и все не то. Официанты не так улыбаются, музыканты играют не ту музыку. В общем, все абсолютно плохо. Томлинсон сидел рядом на грани истерики: свадьба с такими нервами. Были приглашены все знакомые и друзья: но только не мать Луи. Он сильно скучал по Джоанне. Она была лучиком света, а теперь каждая из девчонок напоминает о ней. Шатен не смог помочь ей. Денег было достаточно, но мало надежды. После долгой борьбы, на которую никто не жалел денег, Джоанна скончалась. Луи был в истерике несколько недель. Он не мог нормально говорить и его руки дрожали. Но, сейчас все намного лучше. Джей наверняка наблюдает за сыночком с небес. Там она самый лучший ангел, счастливый за Луи и за его мальчика. Кстати, о нем. Приняв успокоительные, кудрявый немножко успокоился. Официанты больше не носились в страхе, а музыканты просто стояли на сцене. До сбора гостей еще часа два. Гарри гладил свой прекраснейший нежно-розовый костюм. Он до одури обожал этот цвет. Потом также он погладил черный, полностью черный, костюм Луи. Это были черные джинсы в облипочку и такой же зауженный пиджак. Сейчас Гарри был в боксерах, отчего Томмо возбуждался с каждым взглядом на хозяйство все больше и больше. Однако, его выгнали довольно скоро: плохая примета смотреть на платье костюм невестыжениха. Сестры были на специальных местах. Отдельно от всех и в полном уюте. Свадьба была в нежных тонах. Гарри буквально глотку рвал за эти цвета. Когда Стайлс оказался в этих прекраснейших нарядах, он решил сделать селфи с Луи. Оба парня улыбнулись и Гарри подписал это «Последние штрихи к нашей свадьбе.» Это было своеобразным камин-аутом. Парни выглядели так, как будто их поцеловала сама королева. Сегодня было 28 августа. Настало время. Будущие мужья прошлись под руки по ковру меж людей, что восхищенно смотрели на них. Были и фанатки — случайно пролезли. Они буквально благотворят Ларри Стайлинсон. У алтаря стоял священник. Он и свяжет их священными узами — узами брака. — Готовы ли вы жить в горе и в радости, любить друг-друга и быть вместе до гроба, Луи Томлинсон? — улыбнулся священник, когда получил ответ, — А вы, Гарри Стайлс? — Нет, — засмеялся Гарри, когда увидел реакцию Луи. Он сразу же поцеловал его, — Конечно да. Вы не знаете, как я люблю этого человека. Мы прошли много дерьма. Я обожаю Луи. Он мой ангел. — Дуреха, — засмеялся Томлинсон, начиная танец у алтаря. Парни смотрели ровно друг-другу в глаза, пока крутились в вальсе. Люди снимали их на камеры и восхищались. Даже кто-то начал трансляцию в инстаграмм. — Я готов провести с тобой всю жизнь, Гарри, — Луи надевал кольцо на безымянный палец кудрявого с восторгом. — А я до бесконечности, — он надел его кольцо.

***

Элеонор сидела и рыдала. Она была сломлена: любимый человек вышел замуж. Она просто рыдала, рыдала от безысходности и просто от усталости. Колдер была более, чем расстроена. Она уже не ест нормальную пищу несколько дней. С того момента, как увидела счастливые лица Ларри Стайлинсон. Вот так их теперь кличут. Она буквально сходит с ума: от ненависти к себе и жалости одновременно. Ей кажется, что жизнь теперь окончена. Нет Луи — нет жизни. Вот наш девиз. То есть, девиз несчастных змей. Есть такой клуб — клуб одиноких сотрудниц его фирмы. Она не уволилась: девушка просто наблюдала за Луи день за днем. Он сиял счастьем: иногда приходил и Гарри, притворно целуя его в щечку перед Элеонор. Назло ей. Все было словно назло ей: и счастливый Стайлс, и это чертовски дорогое кольцо Томлинсона. В один из дней, ближе к полнолунию, головешку Колдер посетила безумная идея: отравить Стайлса. Только и всего. Она даже раздобыла отраву в кротчайшие сроки. Знакомые с легкостью отпустили ей, не зная характер девушки. Хватало несколько капель, дабы убить человека. Убитый горем Луи сможет найти утешение в Элеонор. Следующий день… — Привет, Эль, — прошел Гарри, ненароком виляя бедрами. — И тебе желаю сдохнуть, — прошептала она. — Привет, милый, — поцеловал Гарри своего мужа, — Как работа? — Прекрасно, малыш. Ты как? — Я просто счастлив, — смеялся Гарри, — Нам уже ищут суррогатную мать. — Ох, это прекрасно, — очертил талию парня Луи, — Кого ты хочешь? — Близняшек. Девочку, похожую на меня, и мальчика, похожего на тебя. — Я не против, — еще один поцелуй в губы, — Это было бы просто замечательно. Как здоровье, Хазз? — Нога уже не болит. — Глупо же ты грохнулся. Как ты умудрился, — улыбнулся Томмо, сев за стол. — Мне, вообще-то, обидно, — притворно надулся Гарри, — Много ли у тебя работы? — Относительно спокойные времена. Но мы скоро запустим линейку новых услуг, — рылся в компьютере мужчина, — А ты не обижайся, принцесса. — Извините, — это был голосок Колдер, — Могу ли я сделать вам кофе? — Да. Мне без сахара, Луи с сахаром, — передал Гарри, — Луи, ты не худеешь. У тебя шикарное тело, — Эль была готова блевать радугой. — Несколько минут. Подождите, пожалуйста. Гарри повернулся к Луи. — Обожаю кофе. А еще я обожаю тебя, милый. Как настроение? — Просто прекрасно. — Пойду посмотрю, что там Элеонор делает. В это же время, шаловливая сотрудница искала яд в своей сумочке. Она была в нескольких сантиметрах от счастья — от кофе с отравой. — Хэй, — вошел в комнату Гарри, — Что ты это делаешь? — Н-ничего, — она пыталась спрятать яд, — К-кофе делаю… — Ясненько. Луи, дорогой, иди сюда! Девушка билась, как птица в клетке. Она не знала, что делать: ее уличили. И вот что за ангел хранитель у Гарри — всегда начеку. — Что, кофе готов? — Ага, — он показал своему мужу яд, — Кофе с ядом. Видимо, для меня. — Боже мой, — он шептал, — Колдер, ну-ка иди сюда! — П-п-простите… П-п-пожалуйста… — Вы только посмотрите на нее! Собиралась отравить мой стимул жить, а еще просить прощения смеет! Черт возьми, ты знаешь, что я с тобой сделаю? — Подожди, Луи. Сначала нам нужно поговорить с ней.

***

Дома… — Ну, что, душегубка. Рассказывай свои мотивы. Прежде чем отправиться в тюрьму нав-сег-да. — Я-я-я… Я не знаю, что на меня нашло, — Колдер еще не могла успокоиться. — Ты это делаешь все, чтобы быть со мной, да? — Я в-вас л-люблю… Я хотела, чтобы мы были вместе… — Запомни, дурочка. Мне судьбой написан Гарри. — Кстати, Луи, — начал Гарри, — Когда ты был в больнице, она чуть не переехала сюда. Называла меня дыркой, даже накинулась на меня. Я не бил ее, не волнуйся. — Если бы я знал… Элеонор, ты ненормальная. Ты пыталась убить мое счастье.После этого я никогда не стал счастливым! — Об этом я не под-подумала, — девушка смотрела по сторонам. — Ты редко думаешь, Колдер, — подметил мужчина. — М-можно я с-схожу в т-туалет… — Сходи. Налево по коридору. Элеонор тяжело выдохнула. В ее сумочке, в той самой роковой сумочке, хранилась еще и бритва для бритья. В кристально белой уборной она дрожащими руками вытаскивала лезвия из бритвы. Она была практически новой, отчего и лезвие острым. Ничего ее больше не могло остановить — и любовь к Томлинсону, да и своя семья. По крайней мере, лучше сдохнуть, чем сидеть в колонии строго режима всю жизнь. Предсмертная записка была небрежно оставлена в заметках телефона. Девушка мысленно по очереди прощалась с каждым любимым человеком. Настолько она это долго делала, что в уборную явился Томлинсон. В тот момент Элеонор готовилась как раз проткнуть лезвием кожу. Она могла поклясться, что уже чувствовала боль, но всему помешал Луи: буквально ногой выбил лезвие из ног. Прямо в миллиметрах от челюсти Колдер. — Что ты, блядь, творишь, — девушка потирала пережившие удар руки, смотря на мужчину с глазами полного страха, — Я не позволю тебе просто сдохнуть, — его глаза почернели, — Ты пожалеешь, что даже раньше на меня глядела. — П-п-пожалуйста, н-не бейте м-меня! — Я никогда не бил женщин и не буду. Это сделают другие женщины, что будут с тобой в одной камере. Знаешь там, женская жестокость? А представь, какие там понятия… — Н-н-не надо, п-п-пожалуйста, — она все так же заикалась, — Н-н-не надо. В это время подоспел Гарри, с неподдельным ужасом смотря на происходящее. — Что произошло на этот раз? — Она пыталась вскрыть вены. — Ох, Элеонор, — спокойно начал Гарри, обходя ее вокруг, — Знаешь, куда мы тебя теперь упечем? — Да, это ужасное место, — ухмыльнулся Томлинсон, — Думаю, ей как раз подойдет. — В психушку в Маунт-Мессив, верно, дорогой? — О да, в отделение для особо буйных особ, — смеялся Луи, — Представь, сколько там голых и безумных мужчин. — Смотри, мыло там не роняй. А то узнаешь все прелести интимной жизни. — А потом над тобой будут проводить опыты, отрезать пальцы, заставлять делать вещи похуже. — Да, Луи. Ты верно говоришь, — Гарри смеялся так же, — Ей будет «классно» там. — Ну, а теперь, я позвоню нужным людям, — шатен достал телефон, набирая номер своей охраны. — Н-н-ненадо, — девушка заикалась и была на фоне панической истерии, — Н-н-ненадо, п-пожалуйста, я в-вас у-м-м-моляю! — Сама знала, на что подписываешься, — с отвращением выплюнул Гарри. — Да, отвезите пока ее в тот самый дом, немного позже получите указания. — Я в-в-вас всех не-ненавижу! Чтобы в-вы горели в а-а-аду! — Она действительно буйная, Луи. Мы не ошиблись с выбором ее дальнейшей судьбы. — Ага, а теперь давай завяжем ей глаза и руки. Девушка первое время сопоставлялась, но два сильных мужчины, все-таки, могли ее преодолеть. Сейчас она действительно выглядела как бесноватая: пыталась вырваться, каталась по полу и мычала. Но, вскоре приехала охрана Томлинсона и увела буйную девушку. Вечером… Гарри и Луи. — Луи, что ты с ней собираешься сделать? — Ох, Гарри, я только забыл про нее, — Томмо шлепнул своего мужа по голой заднице, — Даже не знаю… — Надеюсь, ты не будешь убивать ее, как остальных врагов? — Она представляла угрозу для моей и твоей жизни. И если бы она осталась дальше — наделала бы еще больше глупостей. Я безумно зол на нее. — Луи… Она же тоже человек, — Гарри пытался устроиться поудобнее, — Только не совсем адекватный. — Да, ты прав. Но почему она осмелилась сделать это? — Я даже уверен, что Элеонор толком не любила тебя. Хотела только денег. — Так и есть, Хазз. Эта девушка любит только модные бренды и дорогие подарки. Только и всего. А ведь однажды, у меня было некое чувство к ней… — Как я рад, что ты не поддался. Эль обобрала тебя бы до ниточки. — Это верно. А теперь, может, будем спать? — Нет, Луи. Ты обязан решить ее дальнейшую судьбу. — Отправить ее в психушку? — Плохое решение. Она же просто поддалась погоне за твоим состоянием. — Если честно, то я и про тебя так однажды подумал. — Я оскорблен, — Гарри притворно надул губки, в тот же момент получая поцелуй, — Предлагаю отослать ее в какую-нибудь глубинку. Во второй раз она точно не пойдет на это. — Заметано, Гарри. Ты всегда помогал мне. А теперь туши свет. Через 5 лет… Луи так и не смог в ту роковую ночь ослушаться Гарри. Он просто отправил Колдер в глухую деревушку на краю Великобритании. Она и вправду нашла там свою любовь: парня, который любил ее так же. Вскоре у них появились детишки, а сама женщина почти каждый день со стыдом вспоминала времена, когда любила Томлинсона и пыталась отравить Стайлса. Вернемся к нашим Гарри и Луи, что сейчас живут практически без проблем. Гарри никогда бы не подумал, что будет жить буквально как в сказке. Он счастлив. Луи счастлив тоже: его компания разрослась до неимоверных размеров. У него дорогие дома и много личного транспорта. Так же, шатен был рад, что встретил в жизни Стайлса. Прекрасного, отзывчивого мальчика. Так же у этих двоих были детки: как и планировалось, мальчик и девочка. Эти оба похожи на Луи и Гарри настолько, что кажется, как-будто сам Гарри родил их. Только детишки были с разницей в год: суррогатная мать не могла выносить сразу общего ребенка. Суррогатная мать, Стефани, приезжала каждую неделю и иногда сидела с детьми как с няньками. Она ни капли не жалела, что решила стать суррогатной матерью: получила крупную сумму и еще больше сплотила этих двух. Годы идут, и Луи уверен, у них с Гарри будет все замечательно и дальше.