Wonderland

Я не знаю, сколько километров прошел, но сейчас могло быть часов пять вечера, но точнее сказать не могу. По солнцу судить не как. Его сегодня не видно, хотя небо почти кристально чистое, за исключением все тех же облаков-перьев. Если обернуться, то можно понять, что прошел я довольно много, хотя пейзаж не особо менялся, не считая того, что пару раз я видел несколько невысоких деревьев. За время своего путешествия я даже птичек не видел, словно здесь и не водиться никто. Пару раз я останавливался просто, чтобы передохнуть, хотя шел не спеша и прогулочным шагом. Я сделал еще пару шагов вперед, когда мой желудок утробно заурчал, оповещая меня о том, что пора бы собственно и поесть, ведь кроме утреннего кофе в нем ничего нет. Положив руку на живот, пару раз обернулся в надежде увидеть какое-нибудь фруктовое дерево или что-то еще. Но, увы, ничего такого вокруг не наблюдалось. Тяжело вздохнув, я сделал еще пару шагов вперед, когда взгляд привычно заскользив по горизонту, зацепился за небольшое строение. Я чуть было не подпрыгнул от радости, но вовремя вспомнил, что на мне туфли на высоченной шпильке и шею свернуть, не очень хочется, поэтому лишь захлопал в ладоши, расплываясь в улыбке. Я старался быстрее шевелить ногами, чтобы скорее добраться до здания. Чем ближе я подходил, тем больше оно становилось. С каждым шагом мое любопытство начинало распирать меня. Хотелось рассмотреть его поближе, ведь уже сейчас я мог различить небольшую круглую башню и острую крышу, и странно вытянутый один из углов дома. Я чуть ли не бежал к этому зданию. Может здесь живут добрые люди, что покормят меня и смогут как-то объяснить, где я. Оставалось совсем чуть-чуть, но по закону подлости, который обязательно должен был пнуть меня по зад, я упал. Из-за моего падения, вокруг поднялось облако пыли, оседая на волосах и белом платье, и забиваясь в нос, от чего я стал безостановочно чихать. Сев на пятки и прикрывая одной рукой рот, чтобы заглушить мои чиханья, второй я пытался разогнать пыль вокруг себя. Откуда ее так много на неширокой дороге, почти что тропинке? Может если встать будет лучше? Глаза стали слезиться не столько от пыли, сколько от безостановочного чиханья. Осторожно поднявшись, я побрел к дому, старая выйти из этого облака пыли. Пыль медленно осела, и я, наконец, мог разглядеть необычный дом, что был где-то в двадцати метрах от меня. Эта фантастическая трехэтажная повозка выглядела завораживающе. Он не был огромным. Скорее напоминал наш двухэтажный дом по размерам. Я насчитал три этажа только из-за того, что между первым и вторым, словно сбоку было приклеено небольшое помещение. Но лучше собрать глаза в кучу и рассмотреть все постепенно. Четыре пар колес: три пары — маленькие и едва смогут достать мне до колена, а четвертая, последняя, пара — огромные деревянные колеса где-то с мой рост. Одна пара маленьких колес была размещена в конце или в начале? В общем, слева от меня. Две пары маленьких колес и одна больших были справа. Первый этаж был выполнен полностью из дерева с небольшим окошком и круглым крыльцом с коваными перилами. Перед ним были небольшие ступеньки, что висели на двух цепях по бокам. Второй этаж или та самая пристройка отличалась от первого. Он был выполнен в слегка желтоватом цвете с коричневой отделкой на окнах и двери, и панелях. Перед дверью было небольшое крыльцо со ступеньками, которые спускались к первому этажу. Слева от двери было грязное окно, больше похоже на то, что его вырвали из несчастного поезда и прилепили сюда. Выглядело немного нелепо, но очень оригинально. Этот этаж был полукруглой формы с плоской крышей. Последней деталью были квадратные панели. Как раньше я заметил, их отделка была коричневой. В центре был выпуклый прямоугольник с каким-то коричневым знаком. Вокруг этого прямоугольника были маленькие круглые заклепки опять же коричневого цвета. Третий этаж поразил меня намного больше, чем первые два. Мне было видно лишь выступающее окно, небольшой балкончик и часть башни. Цвет третьего этажа был почти белым, местами отдавая желтизной. Отделка этого этажа была из железа, как на первом этаже. Такое украшение было на окне и чуть выше середины башни, разделяя ее на два цвета — белый и зеленый, а так же перила балкончика тоже были такими же железными, как и крыльцо на первом этаже. Остроконечная крыша была мутно-зеленого или скорее болотного цвета. Дом произвел на меня огромное впечатление. Я с нетерпением подходил к нему, оказываясь в его тени. Осторожно поднявшись по раскачивающимся ступенькам на крыльцо, я остановился перед дверью. Я занес кулак над поверхностью дверей, чтобы постучать. Но не успел даже дотронуться, как они открылись. На пороге стояла старушка. Она стояла в тени, и рассмотреть я ее не мог. Я уже открыл рот, чтобы поздороваться, как старушка, схватив меня за руку, втянула в дом. — Проходи солнышко, нечего на пороге стоять. Долго идешь. Я уже и заждалась тебя, — ласковым, но чуть скрипучим голосом сказала старушка. — Выйди на свет, дай посмотрю на тебя красавицу. Она подтолкнула меня к центру комнатки. Внутри дом оказался меньше, чем снаружи. Старушка осталась стоять в тени, рассматривая меня. А я рассматривал комнатушку. Назвать это полноценной комнатой не получалось. Из мебели здесь было: небольшое черное кожаное кресло в углу, напротив него маленькая скамеечка — коричневая и старый потрепанный, а местами дырявый, торшер. Освещение было не самым лучшим. Вот и все убранство комнатки. Я вновь посмотрел туда, где должна быть старушка. Медленно она вышла ко мне. Женщина оказалась чуть ниже меня. На вид ей можно было дать около шестидесяти лет. Бледное лицо с еле видимым румянцем, ну конечно в таком-то месте неосвещенном находиться, у кого хочешь цвет кожи ухудшиться. Небольшие и неглубокие морщинки просматривались лишь в уголках ярко-зеленых глаз, скрытых за очками, и вокруг рта. Лицо было овальной формы с прямым носом и тонкими губами, что были накрашены темно-оранжевой помадой. Оно было в обрамлении густых рыжих кудрявых волос, что были до плеча. На голове старушки, хотя так уже нельзя ее назвать, был невысокий коричневый цилиндр, был украшен очками «гоглами». Они имели отделку шестеренками, а стекла были окрашены в коричневый цвет. Необычное сочетание аксессуаров. Мой взгляд скользнул вниз, к одежде женщины, вновь проходя по красивому лицу и цепляя теплую улыбку дамы. Одета она была в белую блузу с длинным рукавом и черным корсетом под грудью. Поверх блузки был надет темно-зеленый пиджачок с коротким рукавом и длинной семь восьмых. Рукава блузы были заправлены в коричневые перчатки. Женщина была одета в не очень пышную юбку до колена. Темно-бордового цвета с черным ремнем и грязно-желтой круглой бляшкой. Кроме того на поясе висела небольшая сумочка в тон перчаткам, украшенная мелкими шестеренками и значками. Полы юбки были стянуты над коленями ремешками, открывая вид на белый многослойный подъюбник. Весь образ завершался высокими коричневыми сапогами на шнуровке и невысоком каблуке. — Красивая. Жаль только светленькая, — дама прошла мимо меня и опустилась в кресло. — Садись, детка. Поговори со мной, уважь старушку. Смотря на ее улыбку, я даже не стал обижаться на первую фразу. Взяв стульчик, я присел ближе к женщине. — Как Вас зовут? — спрашиваю я. — Миссис Пилигрим, но можно просто Марта, солнышко, — она вновь тепло улыбнулась. — Положи свою голову мне на колени. — Марта, скажите, где я сейчас? — я выполнил просьбу дамы. — Ты не знаешь? — неподдельно удивилась миссис Пилигрим. — Если честно, то я совершенно без понятия, где нахожусь. Утром, как обычно, был на занятиях, а во время второй пары погнался за парнем в костюме белого кролика. Зачем это сделал и сам не знаю. Помню лишь, как парень толкнул меня в грудь, и я упал куда-то, — Марта стала гладить меня по волосам. Я не знал, почему так наивно веду себя. Но голос и теплая улыбка не давали мне отказать этой даме. Словно заклинание, какое, подчиняющее волю. Мне было спокойно вот так сидеть и ощущать чужую руку у себя в волосах. Слишком легкомысленно с моей стороны так поступать. Но я не чувствовал никакой опасности исходящей от Марты, лишь нежность и, возможно, интерес к моей персоне. Может это одна из добрых, этаких «сказочных» старушек, которые знают намного больше, чем говорят. А в самом конце, они оказываются в курсе всех приключений и оказываются добрыми феями. — Ох, странно-то как. Бедняжка. Пришел ты со стороны глубокого рва, что концом света кличут, — начала говорить Марта, — оттуда никто никогда не приходил. Ров этот используют сейчас для казни. Жуткие вещи происходят здесь. Но не бойся. Все тебе сейчас расскажу, солнышко. Находишься ты в некогда прекрасной и счастливой Стране Чудес. Здесь раньше жили все в мире и достатке. Не знали смертей от руки другого. Эх. — А что изменилось? — спросил я, когда дама замолчала. — Беда пришла с милой девочкой по имени Алиса. Храброй девушкой была с мечом наперевес. Представала храбро пред опасностью любой. Любили ее жители нашей страны. Хотели на престол возвести и королевой сделать, вот только девушка к короне шла, путь кроваво-красный оставляя за собой. Узнали об этом жители и хотели мирно с ней расстаться, домой отправить. Но Алиса продолжала убивать. Тогда жители вспомнили о чудище из лесу, и попросили девушку расправиться с ним. Отравилась Алиса к зверю. — И что потом? — мне бы искренне жаль жителей Страны Чудес. — Однажды ночью, в страшной леса глубине, где монстр обитал, стала узницей она и сгинула во тьме. Жители очень обрадовались тогда, но если бы не след кровавый было б мирно все и дальше, словно никогда на свете не было ее. Думали, все вновь вернется на круги своя, да только не случилось этого. Алиса делами своими обрекла нас на проклятье. Как оказалось, она была лишь первой в странном списке Алис, — Марта вновь замолчала. — А продолжение есть у этой истории? Уж интересно, что произошло, — я старался говорить мягко. — Есть, — я слышать улыбку в голосе женщины. — Расскажите, пожалуйста, — я сел ровно. — Не мне ее тебе рассказывать. Идем, накормлю тебя, да спать уложу. В путь тебе далекий завтра, — Марта поднялась. — Что? Подождите. Что значит, не вы расскажите? А кто? И куда мне идти? — я последовал за женщиной на второй этаж. — Будешь много знать, будешь мало спать, — все, что было мне ответом. Марта включила свет. Кухонька была чуть больше первого этажа. Посередине стояла железная бочка, на которой была железная пластина, эта конструкция заменяла стол. Рядом стояло два железных стула с мягкой сидушкой. Я опустился на одно из них. Напротив стола была старинная двух камфорная печка и тумба, а в углу был холодильник, который похож на ржавый старый ЗИЛ. И торшер, как внизу. Все. Минимализм. Марта колдовала у плиты, метаясь между тумбой и холодильником. Это напомнило мне о маме. Интересно как она там? Скучает? Волнуется, небось. Я горько улыбнулся. Я посмотрел в окно над плитой. Вечер медленно перетекал в ночь. На улице было довольно темно. Или не очень. Я чувствовал, как на меня напала тоска по дому. Я толком и не знаю где я, вернусь ли домой? Почему именно я попал сюда? И что мне предстоит здесь сделать? Вопросов много — ответов нет. На стол передо мной опустилось две тарелки с кашей и каким-то мясом. Рядом села Марта, протянув мне ложку. — Кушай, солнышко, набирайся сил, — женщина улыбнулась и стала кушать. — Приятного аппетита, — я тоже взялся за ложку. Каша была очень вкусной, даже мясо чем-то напоминало курицу, хотя я не был уверен. Кушали мы в полной тишине. Мне было приятно есть в обществе Марты. Дома я всегда ем один, а родители ужинают после меня и вдвоем. Поэтому сейчас я поистине наслаждалась тихим ужином в компании дамы. И был ей безмолвно благодарен. Когда мы закончили, Марта молча забрала тарелки и открыв тумбу, бросила туда. Я даже удивился, ведь на посудомойку не было похоже. — А разве посуду не нужно помыть? — спросил я, когда Марта, схватив меня за руку, повела на третий этаж. — О, нет. Они само очищаются, — словно маленькому ребенку ответила женщина.- Будешь спать здесь, а я пойду вниз. Не спиться мне. Сладких снов, голубушка. Дама поцеловала меня в щечку и ушла. На третьем этаже стояла большая кровать с балдахином и небольшой шкаф, и вешалка. По круглой выемке в стене, я понял, что башня находится в моем изголовье. Опустившись на кровать, я с трудом разулся. Облапав платье, застежек не нашел. Ладно, расстилать кровать не буду. Забравшись к подушкам, я лег поудобнее. Стоило голове коснуться подушки, как я моментально упал в объятия Морфея. Ближе к полуночи я почувствовал, как к моему животу что-то прижимается. По-привычке свернулся в клубок вокруг этого предмета. POV Автор Миссис Пилигрим дождалась, когда парень крепко заснет и, наклонившись по кресло, достала средних размеров зеркало в черной резной раме с ручкой. Она пару раз покрутила ручку и стала ждать. Через пару секунд в зеркале появилось чужое отражение. Рассмотреть лицо было не возможно из-за черного глубокого капюшона, но Марта знала, кто скрывается под ним. — Мальчишка у тебя? — голос не выражал никаких эмоций, и это резало сердце женщины. — Да. Спит наверху, — с грустной улыбкой ответила она. — Хорошо, — человек пропал с поверхности зеркала. И так всегда. Когда она допустила ошибку? И почему теперь сердце женщины сжимается от боли? Неужели Марта была настолько ужасна в роли, выделенной ей судьбой? Почему чужой ребенок, что спит в ее доме, относиться к ней лучше? Тепло ей улыбается? Слезы катились по ее щекам, и она впервые заплакала.