Я вернусь к тебе

Бекхен сидел на кровати поджав под себя ноги. Он видел тени за дверью, но не слышал разговоров за ней. Омеге было не по себе, что-то не так. Сейчас ему страшнее, чем тогда, когда его нашли в трущобах.

15 часов назад

Минсок возвращался после осмотра. Он остановился возле вахты. — Вы в ночную, доктор Ким? — поинтересовался молодой омега (видимо дежурный). — Да, — искренняя улыбка Минсока нравилась всем. — Что у нас с новеньким? — На счет этого … - омега начал рыться в документах на столе. — Там привезли омегу с сильными телесными повреждениями и, кажется, кровотечением. — протянул историю болезни. — Так вот, он немного странный! Никого к себе не подпускает и шарахается от медперсонал, как щенок от бультерьера! — Омега? — Минсок вчитывается в историю. — Избиение, изнасилование, мелкое кровотечение из-за гематом и царапин, сердечные приступы… У него больное сердце? — Кардиолог осматривал его, когда он был в отключке, еще мы запросили его документы из других мед-корпусов. Оно не больное просто слабое, хотя … не вижу разницы. - Хорошо. Отметь, что я беру его. Минсок пошел в отделение терапии. За нужной ему дверью послышался крик и звук упавшего штатива. — Вам нужно поставить капельницу! — медбрат, не обращая внимания на испуг пациента, продолжал орать. - Нет, нет, не подходите ко мне! Я сказал нет! — омега забился в самый дальний угол комнаты. Медбрат развернулся, на звук открывшейся двери. Увидив Минсока, он низко поклонился. — Ты же видишь, что он тебя боится! — доктор подошел к забившемуся в угол парню. — Тебя ведь, Бекхен, зовут? - Давай так, я не он ... — Ким жестикулировал, как дирижёр на концерте. - Я поставлю тебе капельницу, ты поспишь, а потом я приведу твоих родных и друзей. Идет? Бекхен молчал не потому, что не доверял, наоборот ему хотелось поверить доброй и солнечной улыбке доктора. Минсок протянул парню руку. Он хотел лишь, чтобы омега поднялся и успокоился. Бек боязно посмотрел на него, а потом перевел взгляд на стоящего сзади санитара. — Доктор у него шок, он боится прикасаться к другим. — альфа подпер стену плечом. — Скажите … - Ким посмотрел на бейдж санитара. — Джихун, вы не додумались позвать врачей омег? Вы вообще его историю болезни видели? У него такое только при контакте с противоположным полом. Если хотел его добить своими выходками, почему бы не позвать сюда все отделение альф? — лицо доктора выражало сильное раздражение, но он не кричал, боясь напугать пациента. — Иди на вахту и скажи, что я запрещаю альфам из медперсонал и на метр подходить к нему! -Вы…вы ведь…омега? — Бекхен всем своим видом напоминал маленького птенчика, выпавшего из гнезда. — А, что? Так похож на альфу? — доктор опять заулыбался. Еще пару минут обещаний, улыбки Минсока и Бекхен сдался. Разрешил уложить себя в кровать, поставить капельницу, поесть и даже лечь спать, но при условии, что Минсок будет его лечить и закроет плотно шторы. Омеге безумно нравилась улыбка старшего, такая теплая, радостная, приятная, а главное искренняя. Парню казалось, что если вдруг врач уйдет, станет снова холодно, пртивно и одиноко. И все же он поверил. Поверил, что Ким приведёт его брата, что не пустит никого в палату и, что Минсок побудет рядом, пока омега не уснет.

*** Оставив Лэя и Дио с братом, Крис поехал в полицейский участок. Что-то давило на альфу, но он не знал что именно. Решив убедиться, что с Беком все будет в порядке, Крис вспомнил Кая. Набрав нужный номер, альфа сбавил скорость. Трубку сняли только после пятого гудка. — Соскучился? — голос на той стороне принадлежал альфе. -А ты давно с десятого этажа, вниз головой не летал! — Ну вот всегда одно и тоже! — смех сменился на серьезный тон. — Что-то случилось? Ты так шутил только, когда … — Да, ты правильно подумал. Я нашел Бекхена, или он меня … Неважно, это не телефонный разговор, через час в нашем кафе. И да, найди мне инфу про одного человека. — У тебя есть подозрения или так, для надёжности? — Для надёжности! Найди всё, семья, личная жизнь, в каких сферах замешан. — Бедный парень сочувствую ему. Ты еще охрану ему поставь и следи сколько раз он подышал и сколько раз в туалет сходил. — Кая расперал смех. — Дошутишься ты у меня! - Ладно, ладно, говори имя. - Ким Минсок. — Понял, тогда через час не в кафе, а у меня в баре. — Идет. Музыка в клубе слишком громкая. Биты давили на мозги. Криса встречает охрана и ведёт в VIP-зал. Музыка стихает, как только альфа входит в комнату. На столе стояла бутылка мартини и лёгкие закуски. Крис плюхнулся на мягкий диван в надежде хоть пять минут отдохнуть, но не судьба. — Развалился тут, как у себя дома! Не стыдно тебе?! — Кай пинает ногу Криса. — Мог бы и дома поспать! — Дома Лэй! И Дио! И принимая во внимание тот факт, что Бекхен нашелся, его рот не закроется еще двое суток. — Никогда тебя не понимал … - парень сел возле друга. — То ты рад, что нашел своего истинного, то он тебя достал. Определись уже, тебе хорошо или плохо. — Ты нашел? — Крис пропустил лекцию Кая (дома его ждет разговор подольше и без перерыва). — Еще бы, когда я не находил, что ты просишь? Крис листал бумаги принесенные другом. — Зря ты в нем сомневаешься. Он славный парень. Закончил лучший мед институт, защитил докторскую. Он лакомый кусочек для больницы. И, что удивительно, парень из бедного сироты, стал известным и богатым врачом. — Кай не отрывал взгляд от фотки Минсока. — Он сирота? — Родители отказались от него из-за нехватки денег. По-моему, в тот момент ему было шесть. У него шикозная память. Покажи ему текст и спроси через месяц, он все расскажет, слово в слово. — И никаких связей с преступностью? — Я бы сказал, что он — святой, но этот титул занят Бекхеном. Кстати, как там он? — Хочешь его увидеть? — Крис знал что скажет друг, но всё же ждал ответа. — А можно? — А почему нет? Если честно, я один слушать Лэя не особо горю желанием, а ты можешь много нового и интересного узнать. — Ну, спасибо! — Кай театрально ухмыльнулся. — Да шучу я! Бек будет рад тебя видеть. — Тогда давай так, ты берешь свой омежий гарем и везешь в загородный дом, а я обеспечу нас недельной провизией и выпивкой! Не волнуйся так, все будет шикозно! — Не убедительно, но я купился. — Как говорят лед тронулся, назад пути нет. Будем днями напролет бухать! — счастье расперало Кая, до такой степени, что он разбил бутылку мартини (случайно). Но кое-что они все-таки упустили …