Ховарин: Жанры и предупреждения

Гет: — я ненавижу тебя, мерзкая сука! — истерил критик, прижимая к себе сломанное укулеле, — ты ответишь за это! — Хованская только хихикала, когда смотрела новое видео Ларина, посвящённое только ей. Что может быть прекраснее? Фемслеш: Ларина не была испугана действиям Юли, но то, что она слегка опешила — это точно. Удивленное выражение лица быстро сменилось кроткой улыбкой. Находиться на близком расстоянии с Хованской — было огромным удовольствием. Огромным удовольствием волей не волей вдыхать запах ее пышных, душистых кудрявых волос, слушать её прерывистый голос и терпеть эту приятную боль в запястье, когда ногти Хованской нечаянно впивались в кожу. — Ты бы знала, как меня возбуждает твоя дерзость, Хованская — свободная рука Дианы рисовала непонятные узоры на теле девушки, пока не произошел некий сбой. В Ларину будто вселился бес. Она дернула на себя гангстершу, тем самым сажая на колени. — пошумим? Повседневность: По крышам города постукивал дождь. Большую часть времени в Питере было пасмурно, но именно это и придавало городу его особую харизму. — Дождь, — констатировал Хованский глядя в окно и допивая отдающий горечью, кофе.  — А ты, что думал в сказку попал? — фыркнул сидящий за столом Ларин. Юра слегка улыбнулся и подойдя, чуть поднял лицо мужчины за подбородок, нежно целуя в губы. Дима по утрам всегда особенно вредный. Но он любит дождь. И любит Юрия Хованского Пропущенная сцена: — это был версус-батл, победил Хованский! — объявил ресторатор, пока толпа людей гоготала во всю глотку. Ларин держался, его губы были сомкнуты в тонкую линию, а взгляд выражал ровным счётом ничего. Это крах. Крах всего и той самой медийной карьеры, о которой он говорил до батла. Обманутые надежды фанатов, буря гневных комментариев, немое призрение друзей и самобичевание — все это будет преследовать комика-критика-новатора ещё очень долго, он знал это. — Уткин! — окликнул того Хованский, когда Ларин уже собирался уходить. Дима повернулся к Юре, сверля того взглядом. Нет, не ненависти, сейчас он был слишком вымотан, чтобы кого-то ненавидеть. — ты был неплох. — на лице была все та же улыбка, что и на батле, но...более тёплая что ли, от которой самому хочется улыбаться. Хованский похлопал критика по плечу и летящей походкой направился к выходу, обгоняя Ларина. — спасибо. POV: Уже три часа ночи. Сегодня я сново умудрился засидеться у Кузьмы до темноты. Со мной часто такое случается, ты наверное уже привык к этому моему неумению следить за временем. Я вставляю в замочную скважину ключ. Поворот. Еще один и дверь податливо открывается. Я не включаю свет, не хочу будить тебя. Быстро разуваюсь и прохожу в спальню. Через окно в квартиру проникает тусклый лунный свет. И лежишь на кровати в обнимку с моей рубашкой, подхожу и целую тебя в макушку. И еле слышно шепчу: «Люблю тебя, пидор» Songfic: — БЭНГ БЭНГ БЭНГ, БАТЯ В ЗДАНИИ! БЭНГ БЭНГ БЭНГ, СПАСАЙТЕ ЗАДНИЦЫ! — во весь голос кричал Ларин, прыгая на кровати. Пародия: — ИДИ НА ХУЙ, СУКА, ЗАВАЛИ ЕБАЛО, БЛЯТЬ! — Ларин, как дикая кошка отскочил от Хованского, пока тот говорил, что Дима исхудал и должен перестать быть веганом. Стихи: О, Уткин, краше нет тебя, и дикция прекрасна. Твой лик не может не пленить, а взгляд огнеопасный. И пусть ты комик никакой и на эмоции скупой, Но знай, что ты теперь со мной, мы с тобой скованны судьбой. О, луноликий Дмитрий Ларин! Пойдём же наконец ко мне? Накроемся мы одеялом, займёмся сексом в темноте. Ларин прослезился. Драма: Насвистывая уже подзаебавшую мелодию, Ларин открыл дверь их общей с Юрой квартиры. То, что его никто не встретил, уже заставило задуматься, а звуки и посторонний шёпот в комнате еще сильнее насторожили картавого критика. Он положил пакеты с продуктами на пол, снял ботинки и пошёл на звук. «Все.!» — Послышался глухой шепелявый стон из комнаты. Дима поджал губы и сделал брови домиком, а ком в горле с каждым посторонним звуком увеличивался в размерах. Ещё несколько секунд Ларин стоял перед дверью, пока резко не дернул ручку. Сердце пропустило удар. В их общей постели лежал Черников. Ангст: Здесь, в незаивисмости от сезона года, всегда до мурашек холодно. А ветви высоких деревьев погружают все в темноту. Я ненавижу это место, здесь слишком много отчаяния и одиночества. Оно витает в воздухе, пропитывая все вокруг. Но не смотря на это я прихожу сюда каждую неделю. В среду. Тебя не стало уже два чертовых года назад. А я как последний придурок продолжаю приходить сюда каждую неделю. Сюда часто приходят другие, у тебя было очень много друзей. Несколько раз они пытались завязать со мной диалог. Говорят общее горе объединяет, но я отлично понимаю, что моих чувств неразделит никто. Я не перестаю пить эти чертов таблетки, чтобы хоть на недолго забыться, но я проспаюсь, а тебя нет рядом и не будет. Я медленно извожу себя, я устал от этого прогнившего мира в котором нет тебя. Я ненавижу тебя за то, что ты подвел меня к этому. Но в тоже время и до безумия люблю. Знаешь, Юр. Я не верю в ад и рай. Но я верю, что мы встретимся. И тогда весь мир подождет. Занавесочная история: — ну что, пойдём выбирать мебель? — у меня есть идея получше — хитро муркнул Ларин, притягивая Хованского к себе. ER: Хованский сидел перед монитором, записывая очередной стрим: — Ховарин. Вообще не очень я отношусь к всему этому. Просто этим недотраханным маленьким девочкам нечем заняться, вот пишут всякую дребедень «Дима проникает в Юру, Юра проникает в Диму» — это все такой бред, ребят, давайте уже перестанем искажать реальность? — Какой же ты тупой. — протянул Ларин из соседней комнаты, нарезая салат. Омегаверс: — Пф, этот бета только и умеет, что пиздеть на камеру! «Ой, какие все вокруг лицемерные мгхази, один я самый распиздатый» Тьфу ты! — разгневанный альфа пнул близлежащий камень, пока шёл в сторону своего дома. /three hours later./ — какого хрена?! — закричали оба в унисон. Дима отпрянул от Юры, пока того колбасило от того, что Ларин - омега, и чертовски вкусно пахнёт. Детектив: Юра невольно морщится, наступая в очередную лужу крови. Весь этот чёртов заброшенный дом, почти в прямом смысле покрыт кровью. Не ровные алые пятна везде: на полу, на стенах, окнах, зеркалах. — Аккуратно, — как можно тише предупреждает он Диму, подходящем к нему. След крови ведет к двери в одну из комнат. Ларин аккуратно берет Хованского за руку, а тот в ответ только кивает. Слова будут излишне. Юра дергает за ручку и дверь открывается. Они оба застывают на пороге, глядя на тело человека, прибитого к стене. — Ну вот, Максон, я обещал тебя найти, вот и ты, — Юра опускает глаза в пол, гоняя вон лишние эмоции. Дима тут же обнимает его со спины, будто говоря этим жестом: «Я рядом.» Учебные заведения: -Эээй, Уткиин, — специально протягивает Юра, хватая одноклассника за локоть и тянет к себе. — Чего тебе? — раздраженно фыркает Дима, стараясь держаться смело. Хованский сильнее его и на стороне хулигана несчислимое количество народа. Если он чего-то захочет, то сопротивляться почти бесполезно. Ларин встречается со взглядом Хованского и замирает, увидев во взгляде «Пса» какие-то ранее не виденные искорки. Юра тянет его еще ближе к себе и обнимает за талию, накрывая своими горячими губами, сухие губы Димы. На поцелуй уходит совсем не много времени. В следующее мгновение Юра отстраняется. — Всего навсего спор, ничего личного, Уть, — с ухмылкой Юра направляется к своей привычной компании. Но они оба понимают, что спор ничего не значит. Это просто новый этап. Соулмейт: Ларин в очередной раз вздыхает, глядя на себя в зеркало. На ключицах отлично видно черные буквы собирающиеся в аккуратную надпись: «Юрий». Да, чёрт возьми. Дима отлично знал, что рано или поздно у него проявится имя его энжи. Человека который предречен ему судьбой. Но он понятия не имел кем окажется этот человек. Юрий Хованский, последний о ком он думал. *** — Хах, Утя, ты теперь целиком мой, — довольно улыбается Юра, намотав на палец прядь волос Димы. Ни на Ларине, ни на Хованском нет маек, чтобы было отчетливо видно проступившие имена. Они энжи друг друга. Они судьба друг друга. Они всё друг друга. Даркфик: Я помню тот день. Я сидел на сырой скамейке, наблюдая за тобой. Ты смотрел с жалостью и еле заметной ноткой вины. Я знал, что ничего хорошего ждать не стоит, но до последнего надеялся на что-то полегче. Но то, что случилось не забыть. «Понимаешь, я не уверен ни в чём. Мне нужно время. Я позвоню тебе потом, ладно?» Такая легко кинутая фраза, которая перевернула весь мой мир с ног на голову, перечеркнула время, что я считал лучшим в своей жизни. А теперь здесь только я и серые стены. По груди стекают алые следы. Рядом валяется раскаленный нож. Короткое написанное у сердца «Дима». Hurt/comfort: — все ещё не можешь забыть этого Бориса? — на этот раз без усмешки спросил Юра, понимая, что его оппонент весьма подавлен. История с нейробиологом долго не могла покинуть сознание критика. Он молча сидел и смотрел в чёрный экран телевизора. — Он - предатель. — Сказал Ларин в пустоту, сильнее надавливая на пульт, он продолжил: — можешь радоваться, Юра, твой чародей кровоточит. — почти безэмоционально прокартавил Дима. — Ну ты чего? — Хованский прижал критика к себе, поглаживая по голове: — Мне больше нравится, когда ты улыбаешься. Пойдём в парк что ли прогуляемся? Или Ларин против? — Я не против. Юмор: Хованский долго корчил рожи, имитируя наступающий оргазм: — «Милый, а это правда, что яд надо отсасывать?» — спросил Юра писклявым женским голосом: «Да, Зина, да…» — Не смешно. Лучше снимай шаверма-патруль. — А может я лучше сниму с тебя трусы? — Бадум тцсс. Романтика: Что может быть романтичнее Ларина, который играет песню из группы «Руки вверх» под твоим окном? Психология: Просто Николай Соболев- мразь. Мразь которая привыкла получать своё. Вещь это или человек, не так уж важно. Просто, Дима до сих пор подрывается ночью с криком в холодном поту, вспоминая до нельзя противные прикосновения скользящие по его коже, требовательные и грубые поцелуи. Просто это забывается когда его обнимают со спины, прижимая к себе. Просто, он знает, что Юра не сделает ему больно. — Все хорошо. Это позади. Я здесь. Просто, этого хватит, чтобы Ларин мог спать спокойно оставшуюся ночь.