Я помогу тебе

Хосок не переставая трещал о своем подопечном, пока Чимин пытался унять свою все возрастающую зависть и обиду на эдакую несправедливость: Хосок был приставлен к действительно интересному человеку — путешествующему, общительному, разностороннему. Параллельно всплывал образ распластанного тела, и Чимин обреченно вздыхал. Собрание прошло быстро, и хранители стали возвращаться обратно. Приготовившись встретить ту же картину, что и всегда, Чимин был действительно удивлен: Юнги разговаривал по телефону, уже, правда, прощаясь. «Жду тогда тебя.» — Услышал Чимин, после чего Юнги буквально бросился в душ. Выйдя оттуда, переодевшись, он начал убираться в квартире, делая все невероятно энергично. Звонок в дверь, и Юнги идет открывать. На пороге высокий улыбчивый мужчина с пакетом, полным продуктов и парой бутылок вина. А сзади Хосок. Глаза Чимина округляются, особенно после того, как тот налетает на него: — Ooo, так это ты хранитель Юнги! Намджун столько про него говорил! И это так здорово, что они тоже друзья, такое совпадение! — Чимин отступает, слыша, как завязывается беседа между двумя парнями. «Этот Намджун, выходит, близкий друг?» — Мелькает в голове у Чимина, пока они с Хосоком садятся на диван, рядом со своими подопечными. — Так ты недавно вернулся из своего путешествия, Намджун? — Да, несколько дней назад.Но самое удивительное, что меня пригласили теперь в Японию. Полечу через два дня. Кажется, мои книги действительно стоящие. — Улыбнулся парень, разливая вино в бокалы. — Я встретил стольких людей, Юнги. Хочешь, поехали вместе? Я представлю тебя в качестве своего ассистента. Юнги ухмыльнулся и осушил бокал. — Мне теперь ничего не нужно, ты же знаешь. — Ты изменишь свое мнение. Просто. не так много времени еще прошло. Ты же еще очень скучаешь по Хосоку. — Не надо. — Раздраженно прошептал Юнги, и Намджун остановился. Чимин переглянулся с Хосоком: — Я думал, что мое имя очень редкое.-Проговорил Хосок задумчиво. — Видимо, не на столько, на сколько я считал. — Улыбнулся хранитель, вставая вслед за Намджуном. — Наверное, мне пора. Не забивай на себя, Юнги. Знаешь, есть люди, которым не наплевать на тебя. — Удачи в поездке, Нам. — провожая, сказал Юнги. Гость и его хранитель вышли, но перед тем, как захлопнулась дверь, Чимин успел поймать взгляд Хосока, заостренный на синтезаторе. «Кто этот Хосок?» Юнги моет бокалы, убирает продукты, принесенные Намджуном в холодильник и подходит к синтезатору. Там, между ним и стеной, лежит стопка газет и мятых листов, и альбом. Он притягивает к себе край бумаги, на котором крупными буквами написан заголовок: «Водитель мертв, пострадавший в коме.» Чимин не успевает прочитать больше, потому что Юнги запихивает её обратно, стремительно идет выключать свет и ложится спать. Так думал Чимин, однако, через какое — то время он начинает слышать всхлипы: перевернувшись на спину и положив руку на глаза, парень плакал. Слезы лились по его щекам, и вскоре у парня началась истерика: он рыдал, глотая ртом воздух, которого не хватало, шепча периодически его имя. «Кто этот Хосок?» — Задается Чимин еще раз вопросом. Ему жаль парня. Кажется, этот Хосок причиняет ему боль. Проблемы Юнги? Видимо, они в Хосоке. Парень подходит к своему подопечному и, ложась рядом, начинает медленно поглаживать его по голове. Юнги постепенно успокаивается от невидимых прикосновений и погружается в сон, пока Чимин решается узнать как можно больше о Хосоке Юнги.

***

Парень спит целыми днями, а проснувшись, потребляет свои алкогольные запасы. Ничего не ест, и Чимин начинает беспокоиться. «Он же может помереть? Боже, ну за что он мне достался?! Что. мне делать? Будет ли считаться эта ситуация экстренной?» Не находя в себе места, Чимин решается попробовать остановить Юнги. Тот как раз проснулся и потянулся вниз, за очередной бутылкой. Не найдя ни одной полной, парень сел, потягиваясь. Чимин подошел близко и, наклонившись, прошептал парню в ухо: «Хватит уже пить.» Юнги вздрогнул и оглянулся. «Никого. Уже глюки пошли.» — Мелькнуло в голове у парня. Затем Юнги встал и направился на кухню. Чимин приблизился к нему еще раз: «Ты не услышал разве? Сказал же, хватит.» Юнги замер на месте: «Кто ты?» — Шепчет он. «Я — твой внутренний голос. Голос разума.»