Поцелованная огнем.

Они тренировались подальше от остальных. Профессор захотел посмотреть их потенциальные возможности и позвал к себе сразу же после обеда. Ее и Брана, которого принесла Мира. Эта темнокудрая вечно ходила в зеленой одежде и приняла на себя заботу о Бране, когда остальные не могли. Они таскала его носилки, несмотря на его протесты, развлекала разговорами и делала все, чтобы он остался ею доволен. Тому явно льстило внимание девушки, но он старался этого не показывать. Но Санса знала, что он ненавидит самого себя за свое увечье, и потому помощь и забота Миры усугубляли это его чувство. Он поинтресовался у профессора, есть ли возможность на его выздоровление, и тот отправил его к Хэнку, который сказал, что возможность есть, так как сохранилась частичная мышечная иннервация ног и спинного мозга, и пообещал над этим хорошенько подумать. А Рейвен предложила ему одно из кресел профессора, который сам страдал таким же недугом. И теперь Бран мог почти самостоятельно передвигаться по Лагерю, управляя креслом при помощи кнопок на подлокотниках. Но Мира все равно от него не отставала. Весть о том, что Санса, Джон, Бран и Арья оказались братьями и сестрами, разлетелась со скоростью света. Их товарищи сначала потеряли дар речи, и потом стали наперебой поздравлять со счастливым воссоединением. А вот Джон ходил хмурым. Санса догадывалась из-за чего, и подходить к нему не спешила, так как посчитала, что подходить должен он – ведь это он испытывал к ней совсем не братские чувства! А пока что она тренировалась с Браном, поражала огневыми шарами все мишени без промаха, регулировала температуру и поджигала различные предметы, на которые ей указывал профессор. Остальные подходили и смотрели на них, но Рейвен их отгоняла. С этой девушкой Санса сдружилась быстро. Оказалось, что она – метаморфиня. Может применять различные образы и до неузнаваемости менять внешность. Правда, ее несколько жесткий характер отпугивал девушку, но Санса надеялась, что это будет только поначалу. Чарльз погонял их почти до сумерек, а потом отпустил на ужин. - Следующая тренировка будет не скоро, - сказал он напоследок, - мы планируем переезжать, и завтра с утра трогаемся в путь. Выспитесь хорошенько. Они подошли к костру, за которым сидели их товарищи: - О, наши особенные! – расплылся в ядовитой ухмылке Джоффри, - как потренировались? - Нормально, - не поддался на провокацию Бран и устроил свое кресло между Джоном и Эддом. Санса промолчала и села рядом с Маргери. Арья передала ей миску с гречневой кашей с тушеным мясом. Она неуклюже поблагодарила сестру. После того, как они узнали, что они сестры, и Арья и Санса поняли, что им пора переосмысливать свои отношения. Раньше они всегда были по разным сторонам и держались порознь, так как были полными противоположностями друг другу. Теперь же им пришлось налаживать более тесное общение, с чем обе плохо справлялись. - Вы знаете, мы завтра уезжаем? – спросил Бран. - Да, - ответил Сэм, - нам уже это сказали. Только куда – нет. - Наверное, в их какое-то Убежище, - предположил Минхо, нагибаясь к огню, чтобы вылить в него остатки из своей миски, - о нем все вокруг говорят. - Мы здесь и так задержались, - произнесла Мира, - слишком много к нам пришло подростков из Лабиринтов, слишком много мы спасли их сами, плюс наши люди. Все устали и хотят домой. - А где находится это ваше Убежище? – спросил Джон. - Далеко, - ответила та, - но ты сам увидишь. Профессор уже предупредил Карлика. Он вышлет нам на встречу планолеты. - А кто такой Карлик? – поинтересовалась Санса, отхлебывая из кружки. Ей хотелось побольше узнать о жизни этих людей. Мира улыбнулась: - Один из Командоров Убежища. Весьма интересный человек, если хорошенько приглянуться…. Впрочем, сами все увидите. - Поскорее бы, - вздохнул Эдд, - надоело бегать! - Не говори! - поддержал его Ньют, - все время убегаем от чего-то. Хочется отдохнуть. - И забыть все это, - согласно кивнул Фрайпан. - К черту Порок! – поднял кружку с чаем Томас, - За счастливое будущее! - За счастливое будущее! – хором протянули все и опорожнили кружки. На несколько секунд воцарилась тишина, а потом Санса сказала: - Вот бы так каждый день….. - Что каждый день? – с интересом посмотрел на нее Сэм. - Сидеть тесным кружком у костра, говорить тосты и верить в счастливое будущее, - улыбнулась она. Остальные заулыбались в ответ: - Да-а, - протянула Арья, расслабленно растягиваясь возле нее, - и смотреть на звездное небо, зная, что за тобой никто не гонится…. Красота! - Жаль, Алби этого не видит, - вдруг печально сказал Ньют. - И Уинстон, - подхватил Фрайпан. - И Чак, - закончил Томас с грустью в голосе. Воцарилось молчание. Каждый вспоминал павших, которых когда-либо знали. Санса помнила многих. Златокудрого Лораса и его вечного дружка Ренли, гиганта Ходора, который выговаривал только свое имя, язвительную и быструю на язык Алис, дикую и верную Ошу, и еще многих других, чьи имена каленым железом были выжжены в ее памяти. И если, она снова попадет к Пороку, что, в принципе, уже невозможно, то ему не удастся заставить ее забыть эти имена. Эти ребята погибли по злой воле Порока и подарили своей смертью им возможность выжить и жить дальше…. - А где Тереза? – внезапно спросил Томас, поднимая голову. Ему ответил один Сэм. Он махнул рукой в сторону, чуть повыше. - Она там. Томас отправился в указанном направлении, а Санса проследила за ним взглядом. Тереза стояла одинокой фигуркой на утесе и смотрела вдаль, словно размышляя о чем-то. «Какая она грустная и одинокая», - подумала Санса. И она решила как-нибудь поговорить с ней с глазу на глаз. Может, ей получиться узнать, что с ней такое творится? Наверное, лучше это сделать завтра. Когда они поедут в Убежище.