Волчьи сказки. Самайн.

- Например, в Корнуолле, была такая замечательная традиция: если жителям удавалось поймать ведьму, то в ночь Самайна они сжигали её, освобождая себя и свои земли от дурных влияний на весь следующий год. Лидия презрительно щурится, разглядывая в упор смотрящего на нее с самым невинным выражением лица, Питера. - А оборотней не сжигали? - Ни разу не слышал, чтобы корнуольцам удалось изловить оборотня. Ведьмы они, сама понимаешь, - Хейл сочувственно вздыхает, усмехаясь язвительно и, на взгляд Стайлза, стоящего на пороге комнаты, даже гадко. - А стоило бы, - Лидия чопорно улыбается, поджимая красиво очерченные губы. - Ловить и сжигать. От ведьмы хотя бы в теории может быть польза. - Девочка моя, раз уж мы начали углубляться в теорию, то, поверь, я могу навскидку перечислить тебе десяток недостоверных историй, в которых оборотни были сговорчивее и полезнее ведьм. Стайлз решает, что пора бы дать знать о своем присутствии еще и Лидии - Хейл, понятное дело, учуял его уже давно. На его скромное покашливание в кулак Мартин оборачивается, смеряя Стайлза сердитым взглядом, и выходит из комнаты, гордо вздернув подбородок и не оборачиваясь на вовсе не поверженного оппонента. - Что с ней? - Стилински поднимает с пола книгу, подходя к сидящему на диване оборотню. - Что ты опять ей сказал? - Я ведь не виноват, что в Корнуолле действительно сжигали ведьм в Самайн. Если удавалось словить хоть одну. Стайлз закрывает глаза, мысленно досчитывая до десяти. Абсолютно искренне недоумевающее выражение лица волка никак не вяжется с лукавыми злыми искрами в глубине глаз. - Когда это кончится? - Стайл садится рядом с оборотнем, строго глядя на него. - Второй месяц вы двое никому житья не даете. Я понимаю, она тебе презентовала футболку с Ван Хельсингом, но ты-то ей на день рождения подарил "Молот Ведьм"! Невозможно самодовольная улыбка. Если бы подобные подколы были направлены, допустим, на Джексона, то Стайлз бы поддерживал своего волка изо всех сил, но эти эскапады в отношении несравненной Лидии Мартин... - О нет, - Стилински зажмуривается и внезапно порывисто обнимает мужчину за шею. Оборотень недоуменно косится на него, как и всегда не делая попыток отодвинуться. - Только не говори, что ты ревнуешь, Питер. - Я взрослый мужчина, - с легкой укоризной поясняет Хейл. - Но если ты не перестанешь называть ее несравненной и прекрасной, то на Самайн я ей подарю что-нибудь из инквизиторского набора. "Скрипку сплетниц" например, для начала. - Подари ей те жуткие духи, которые она хочет, - тихонько урчит Стайлз, прижавшись лбом к шее оборотня. - А я буду только тебя называть несравненным и прекрасным.