Трансформеры: Месть десептикона

      — Да ёжкин через твою тележку, — прошипел Сэм. Здесь я его не поняла. Причём тут телега, и по какому поводу приятель опять ругается? Ан нет, выяснилось довольно быстро. Мистера Уитвики-младшего всего лишь не устраивало то, что я подъехала к его дому на своей машине. Его предки пришли в поросячий восторг при виде «самой крутой в мире тачки», а друг разве что не изображал жест «рука-лицо». В какой-то степени его можно понять, потому что наивные родаки не знают, кто именно скрывается в моём гараже. Слава Всевышнему, что они быстро свалили и не стали мешать нашему разговору. Я же больше ждала сигнала от Блэкаута, нежели слушала, что мне втирают в очередной раз. Наверняка опять то же самое, что и раньше. Пока мы с Сэмом в очередной раз спорили по поводу того, на кой ляд нам лётчики с собой, и нужны ли десептиконы в помощь военным и автоботам, завибрировал его мобильник. Пронесло, всего лишь смс-ка от Микаэлы. Но потом случилось кое-что не очень хорошее, из-за чего мы с лучшим другом чуть не разругались навсегда в пух и прах. — Моджо, иди домой. Но разве ж этому мелкому кто указ? Не поймите неправильно, я очень люблю собак и даже купила бы себе здорового дога, но куда мне домашнее животное с нынешним образом жизни? Вот именно, что никуда, так что я довольствовалась тем, что периодически тискала этого чихуахуа, который любил всех, кто берёт его на руки. Вот и сейчас собачка выбежала на улицу поразмяться, набегалась, а потом… Правильно, кое-кому опять не повезло. — Нет, Моджо! — завопил Сэм, благо вокруг нас никого не было. — Нельзя туда писать! Нет, слышишь? Только не на эту машину! Не на робота! Моджо, нет! Не на Баррикейда! Фу!!! — Гадость, — прошипело радио. Я не удержалась от фырка. Смешно смотреть, как Уитвики вытаскивает собаку из-под десептикона и пулей бежит в сторону дома, чтобы спрятать свою животинку от гнева гиганта. Представив себе фейсплет боевого товарища, я снова хихикнула, чем вызвала злобный рык двигателя. Да знаю я, что неприятно, когда на тебя делают свои дела. Но это животное, оно не понимает, что на транспорт писать плохо. Мог бы и скидочку на это сделать. И да, тебе опять придётся потерпеть, пока тебя почистят. А если будешь ворчать, то устрою автомойку прямо здесь, чтобы ты вообще ничего сказать не смог! — Он облил своей смазкой мое колёсо, — прорычал десептикон, еле удерживаясь от того, чтобы не превратиться из авто в робота. — А ты чего там встал? — прыснула я, представив себе, как бы мог выглядеть этот кибертронец, будь он человеком, которого пометили. — Моджо просто тебя пометил. — Плохой Моджо! — крикнул Сэм напоследок и вернулся к нам, не забыв запереть дверь дома, чтобы зверёк снова к нам не выбежал. — Забей, ничего ему не сделается. — Это уж точно, — пробурчал парень, скрещивая руки. Когда Леннокс в подробностях озвучил план операции, я слегка прибалдела, потому что никоим образом не представляла себе десептиконов и автоботов, которые работают вместе. Оно и понятно, слишком много обид нанесли друг другу обе стороны. Плюс, ещё мужчина попросил оставить Баррикейда дома, а не брать с собой. Я не поняла, почему, но военный сказал, что Мегатрон сразу узнает своего последователя, приедь он с нами. Почему только лётчики? Им проще спрятаться в небесах, сигнал не сможет точно определить, кто это там летает. На мой саркастический вопрос, в чём разница между десептиконом в виде авто и десептиконом в виде летательного аппарата, Леннокс что-то промычал, но не ответил. Видимо, боялся, что «полицейский» испортит всю малину. Признаюсь, я не особо верила в то, что нам рассказали. А вот Блэкаут, похоже, поверил. Да, где он сам? Почему не звонит? Да, ещё нюанс. Сейчас вроде бы сентябрь, и мы должны быть в колледже. Ладно я, поговорила с отцом и решила, что в колледж поеду на следующий год, а вот почему Сэм сейчас здесь? А, пардон, мне уже сказали, что его сдёрнули прямо с занятий, потому что на него напал один из вражеских разведчиков, чтобы выкачать из его головы информацию. Баррикейд фыркнул, что было бы что выкачивать, на что получил от меня пинка в то самое многострадальное колесо. И нечего возмущаться, сам виноват. — Я, блин, только два дня проучился, а тут всё сначала, — простонал Сэм, щуря глаза от солнечного света. — Ну почему всё сваливается на наши головы в лучшие времена? — Потому что это мы. — Отличный ответ, — Уитвики изобразил пальцами кавычки. — Ну и где твой дружок с пропеллером? — Жду. — Да гонит твой вертолётчик. Гонит и всё. — Он позвонит. — Я по-прежнему верила, что Блэкаут выйдет на связь. — Я уверена в том, что он позвонит. Неа, он не позвонил. Всё случилось намного быстрее. Сначала Бамблби завопил: — «Хьюстон, у нас проблемы!» Сэм в панике побежал к своей тачке и начал умолять, чтобы автобот выключил радио. «Камаро» отрубился, зато эстафету на себя принял мой охранник, открывая заднюю дверь, изображая голографического копа за рулём и говоря, что у нас беда. Я пулей нырнула в салон и шустро пристегнулась, потому что знала – Баррикейд никогда просто так вести себя не будет. И если он «сажает» водилу, то реально что-то случилось. Тем временем Уитвики одновременно пытался выяснить, что происходит, достать мобильник и высунуть голову на улицу, дабы доораться до меня, потому что десептикон гнал чуть ли не во всю скорость, не давая мне таким образом сблизиться с жёлтым авто. Будучи вынужденными встать на одном из перекрёстков, я наконец-то сумела получить от Сэма внятный ответ. Тот заявил, что Леннокс написал ему, что ситуация несколько изменилась за эти прошедшие четыре дня, и что мы должны немедленно прибыть на базу. Понятно, чего наши «тачки» так всполошились, но неужели нельзя было сразу сказать, что происходит? Леннокс написать написал, а мы теперь сиди и гадай, не наступает ли конец света раньше времени. Хотя, кто его знает. Как выяснилось, в этом мире всё реально, даже апокалипсис. Который может в скором времени наступить, если мы ничего не предпримем. Как только пробка рассосалась, Баррикейд газанул с новыми силами, как и Бамблби. Правда, сейчас им пришлось немного поумерить свой пыл, потому что мы въехали на те дороги, по которым ездило большинство водителей. Невольно я подумала, что было бы проще, если бы нас перенесли по воздуху, но, опять же, Сэм ни за какие коврижки не сядет в кабину к моим лётчикам. Тем более что один из них пообещал ему скорую расправу за плен и бомбу в голове. И снова повезло, машин и здесь оказалось не так много, как ожидалось. На базу нас доставили гораздо быстрее, чем мы предполагали. — Что стряслось? — крикнула я, выскакивая из салона и едва завидев майора. — Наши планы изменились, — последовал ответ. — Мы выступаем прямо сейчас.

***

      — Не могу поверить, что я это сделал. — Однако ты здесь. И ты определенно это сделал, — парировала я. Одновременно с этим я проверила карманы, желая убедиться, что мобильный полностью заряжен, и к нему подключены работающие наушники. Для чего мне это с собой? Да потому что я не выдержу, если Сэмюэл Джеймс Уитвики будет всю дорогу компостировать мой мозг. Если что-то не нравится, то взял бы и ушёл к Ленноксу. Но Сэм решительно заявил, что он меня в беде не оставит. Ау, дружище, тут у всех нас будет ОЧЕНЬ большая беда, если мы не перестанем цапаться и не сосредоточимся на деле. И нынешний твой выпендрёж уж никак к делу не относится. — Не могу поверить, что я сел в этот вертолёт, — ворчал Сэм. — Вообще-то он всё слышит, — тонко намекаю на то, что Блэкаут всё понимает. — Не могу поверить, что кто-то из твоих оказался с мозгами, — на этот раз друг перешёл на шепот. Но, как чуть позже выяснилось, лётчик и так всё услышал. Просто сделал вид, что сфокусирован на дороге. Да, возможно, это не то, о чём вы подумали. Майор Леннокс перед отправлением изъявил желание поговорить с десептиконами наедине. Автоботы выполнили его просьбу, и сразу вышли из ангара. Немного погодя выехал и Баррикейд, не забыв толкнуть Мадфлэпа под задний бампер и тут же отъехать в сторону. Я, Сэм и десептиконские лётчики остались наедине. Блэкаут, как и сказал, попытался со мной связаться и дать своё согласие. Но по ошибке он неправильно настроил передачу сигнала и попал аккурат к Ленноксу с помощью Скальпеля, которого я в очередной раз забыла в кабине. Радуясь, что мелкий не натворил никаких бед, я задумалась над следующим: почему вертолётчик всё-таки решился отправиться с нами? Старскрим – отдельная песня, у него нет выбора, а этот-то чего? И самое удивительное – Сэм САМ изъявил желание полететь в его кабине. Я-то думала, что он всю дорогу будет капать на мозги Ленноксу и Эппсу, что меня надо держать подальше от десептиконов. Хотя я бы сейчас с большей радостью полетела одна, нежели смотрела на кислую физиономию Уитвики. Если сел, то сиди нормально, а не пытайся втолкнуть в мою голову навязчивую идею, что все десептиконы – зло. На мой вопрос, почему Блэкаут вдруг присоединился к группе, вертолётчик сказал следующее: он случайно услышал разговор Демолишера и Скорпонока. Первый сомневался, что Мегатрон мог предать своих же и ещё покушаться на них. Своими сомнениями он поделился со вторым. На что Скорпонок сказал, что так же склонен подвергать сомнению слова какого-то человечишки, который якшается с автоботами за компанию с мальчишкой. Но после этих слов он добавил, что даже автоботы не стали бы так суетиться на пустом месте, и что дыма без огня не бывает. «Экскаватор» согласился с известным утверждением, но сказал, что против повелителя выступать не будет. Потом спросил, что об этом думают остальные. Скорпонок ответил, что Скальпеля не видел уже лет сто (— И слава Кибертрону! — добавил робот). Саундвейв и Сайдвейз тоже не подавали признаков жизни, а потом и вовсе куда-то исчезли пару дней назад. Что до Броула, то он просто отсиживался в своём отделе и много думал. Но видно было, что всех, так или иначе, терзают сомнения. Что до самого Блэкаута, то он решил связаться со мной и ещё раз уточнить, что конкретно мне сказали автоботы. Скальпель вызвался настроить связь… и ошибся, попав прямо в мобильник Леннокса. Который сразу схватил быка за рога, сообразив, кто на связи. И, хвала небесам, оба выслушали майора до конца. И уже после этого, что у мелкого, что у крупного не осталось никаких сомнений. — Я помню эту разведчицу, — пророкотал Блэкаут. — Как-то раз я перевозил её в своей кабине. — И что было потом? — рискнул поинтересовался Уитвики. — Потом была грязная донельзя кабина, — прорычал вертолёт. — Так что не рекомендую тут сорить, белковые, если жить хотите. Сэм по привычке дёрнулся, а я закатила глаза в духе «Опять за своё». Опять же, именно во время отправления вскрылась причина, по которой Ленноксу понадобились именно лётчики. Я вспомнила свой самый первый разгаданный ребус с Кибертрона, который вывел меня на Египет. Нет, туда мы не летели. Конечной точкой стала Иордания, где по предварительным данным могла находиться Матрица Всевластия. Получив приблизительные координаты расположения артефакта, военный кинулся обзванивать всех, кого касалась эта операция. И это как раз совпало со звонком Блэкаута. А никто из десептиконов, кроме лётчиков, быстро на другой континент попасть не мог. Плюс ко всему, Леннокс рассчитывал на благоразумие Старскрима. Но кто знает, не взбрыкнет ли истребитель, и не придётся ли убирать его прямо на месте. Я понадеялась, чтобы майор нигде не ошибся, иначе… Иначе страшно представить, что будет. Так, стоп! Что это? Почему нас так резко тряхануло? Чёрт побери, я вываливаюсь! Фух, пронесло, показалось. Просто Блэкаут резко перевернулся в воздухе, уворачиваясь от пущенного в него снаряда. И нет, его пустил не Старскрим. Наоборот, я успела увидеть краем глаза, как этот суровый и мрачный десептикон делает бочку, уворачиваясь от точно такой же бомбочки. Вырвавшись в безопасную зону, Страскрим выпускает короткую очередь и передаёт Блэкауту, чтобы тот улетал от греха подальше. Подозреваю, что именно это он и хотел сделать, но не успел – в хвост вертолёта попало что-то такое, что мешало ему работать. Моё сердце ухнуло в пятки, когда я поняла, что мы сейчас упадём на землю с огромной высоты. Господи, пусть это будет самая быстрая и безболезненная смерть. Почти рухнув на песок, Блэкаут умудрился завершить процесс трансформации, попутно ловя меня и орущего в голос Сэма себе в манипуляторы и приземляясь как нельзя лучше. Впрочем, это не помогло, очередная тряска уронила нас на песок. Вокруг вздымалась пыль, лишая меня возможности увидеть хоть что-нибудь, где-то неподалеку вопил Сэм, что он ничего не видит, и что мы все сейчас умрём… Что говорить, я сама испугалась того, что закончу свои дни именно в этой пустыне. Представила себе папино горе, когда он осознает, что его любимого и единственного ребёнка больше нет, что у его дочки даже могилы не будет. Как-то сразу расхотелось умирать. Я вскочила на ноги и побежала в первую попавшуюся сторону. Очередной взрыв бросил меня ничком, вследствие чего я чуть не наглоталась песка. Где-то в гуще борьбы звучали голоса автоботов и десептиконов, но я не могла определить, откуда, кто говорит. Надежда на благополучный исход всё таяла и таяла… — Быстро внутрь! — рявкнул знакомый голос. Не веря своим ушам, я подняла голову и увидела знакомое авто. Неужели… — Поторопись! — рявкнул Баррикейд, трогаясь с места, едва я схватилась за ремень безопасности. — Надо выбираться отсюда! — Что происходит? Не обращая на меня внимания, «полицейский» газанул так, как не газовал на моей памяти ещё никогда. Так, стоп кран! Как он попал сюда? Насколько помню, я оставила его перед базой, куда он приехал. Как. Он. Попал. Сюда??? — Не думаешь ли ты, белковая, что я настолько глуп, чтобы остаться среди тех, кто покровительствует нашим врагам? — заявил робот. — Я убедился, что никто из вашей кучки на меня не смотрит и заехал внутрь другого лётного средства. — Интересно, почему тебя не выкинули оттуда? — я не удержалась от колкости. Нет, правда, почему его не только не выгнали, но и взяли с собой? Насколько помню, почти все военные, за исключением Леннокса и Эппса, шарахались от десептиконов. Что сейчас-то изменилось? Ах да, у нас же вроде как конец света наступает, и мы рады любой поддержке. Впервые в жизни я обрадовалась, что меня не послушали. Если бы не мой друг, валяться бы мне в песочке в виде трупика. — Держись крепче, — скомандовал Баррикейд, заходя на резкий поворот. Так, подведём итоги. Что я имею? Кучу пыли, причём такую, через которую ни зги не видно. Сэма я из виду потеряла, сквозь такой грохот до него не доораться, всё равно не услышит. Молясь за то, чтобы Уитвики подхватил хоть кто-нибудь (неважно, автобот или десептикон, просто подхватил и вытащил подальше от этой заварушки), я задала самый главный вопрос: Что вообще тут происходит, и с какого перепугу Старскрим резко открыл огонь? — Не верю, что говорю это, но я раньше должен был догадаться! Должен был! — прорычал в бешенстве «полицейский». Мне показалось или… Нет, мне не показалось. Происходит именно то, что я вижу. И Баррикейд действительно сказал, что он ещё раньше мог бы догадаться, что всё так и будет. Что была куча предпосылок, но никто не верил. Но теперь, когда он собственными окулярами увидел, как по Старскриму открыли огонь, он понял, во что чуть не влип. — Дай угадаю, это был Мегатрон? — спрашиваю с насмешкой, потому что уже знаю правду. Ответом послужило гробовое молчание. Что и требовалось доказать, предательство налицо. Убедившись, что нас не преследуют, Баррикейд довёз меня до крупных камней и, не особо церемонясь, выбросил из салона без страховки. Понимая, что сейчас не до аккуратности, я шустро поползла прятаться, успев увидеть, как десептикон на ходу превращается. Столкнувшись с майором, я чуть не заорала от неожиданности, но вовремя прикусила язык, сообразив, что нас тут же найдут, если услышат хоть один звук. Хотя какое услышат сквозь такой лязг-то? Мне скоро понадобятся новые барабанные перепонки. — Ты в порядке? — крикнул Леннокс, поднимаясь, стреляя над камнем из автомата и тут же прячась. Я закивала. И тут же спросила о Сэме. Слава Всевышнему, его подобрали почти сразу после падения, никто из людей не пострадал. Но что случилось? — Случилось, — выдохнул военный. — Будь прокляты эти радиоволны. Майор что-то втирал, а я не слушала. Как только он сказал слово «радиоволны», я снова поняла, что они забыли их заблокировать. Конечно, блин, они забыли, а мы расплачивайся. Так, Джиллиан, успокойся, это не ты… Да какое спокойствие, дьявол раздери?! Нас вот-вот грохнет самый опасный враг в мире! Мы все умрём!!! — Вижу объект. Веду преследование, — прохрипела рация. — Спасибо, — ответил мужчина, выпуская ещё одну очередь. — Доложите обстановку! Но на этом диалог был прерван, так как очередной разрывной снаряд угодил именно туда, куда мы прятались. Всех тех, кто там был, раскидало в стороны. И не просто раскидало, а швырнуло на солидное расстояние друг от друга. Не знаю, что там происходило с остальными, но мне снова не повезло больше всех. Проплевавшись и протерев глаза, я сразу поняла, куда меня закинуло. Сложно было не понять, кто стоит перед тобой со вскинутой пушкой. Нет, это не Айронхайд с его фирменными стволами. И даже не Броул, которого здесь нет. Да, по закону подлости взрывная волна бросила меня аккурат в поле зрения Мегатрона. Во свезло-то! Мегатрон шёл ко мне неспешной походкой, а я уже второй раз за эти сутки мысленно прощалась со всеми, кого знала и любила. Если в первый раз мне повезло, то сейчас мне точно не выбраться. Я уже успела узнать, на что способен этот безжалостный гигант. Он никого не пощадит, если кому не повезёт не вовремя оказаться на его пути. Что ж, на этот раз не повезло мне. Теперь я знаю, как выглядит моя смерть. Жаль, что я не дожила всего пару месяцев до своего восемнадцатилетия, но, видимо, так на моём роду написано. Почувствовав, как по щекам текут слезинки, я мысленно сказала папе, что очень его люблю и хочу, чтобы он жил счастливо. Чтобы, несмотря на мою кончину, он продолжал жить. Что я буду навещать его во сне, чтобы ему не было так одиноко. Папа, я очень тебя люблю. Прощай и прости, что я ввязалась во все это… Раз, два, три… Я приоткрыла один глаз. Я ждала выстрела, но его не последовало! И вообще, куда Мегатрон вдруг свернул? С чего это он поменял свой курс и побежал совершенно в другую сторону? Что его могло отвлечь от желания отомстить белковой девчонке, которая не только раскрыла его планы, но и навела врага на след? Ответ я получила, опять же, от Леннокса. Но лучше бы не получала. Со слов майора, Мегатрон хотел в меня стрелять, чтобы уж наверняка, но внезапно опустил пушку и побежал в противоположную сторону. И пока я стояла столбом, ожидая собственной гибели, злодей жаждал разобраться кое с кем другим. Тот грохот, что донёсся до моих ушей, был не чем иным, как ещё одной схваткой. Сердце забилось с утроенной силой. Такое обычно происходит, когда случается что-то плохое, что касается меня напрямую. Стараясь не думать об этом, я на ватных ногах пошла за военным. Леннокс говорил, что мне лучше бы пройти к десептиконам и спрятаться в кабине одного из них, чтобы улететь в случае чего, но я пошла, невзирая на предупреждение. И поняла, что зря не улетела. Потому что случилось то, чего я так боялась. Вначале я увидела толпу из людей и автоботов, которые разом повернулись в мою сторону, едва Леннокс сказал, что это мы. С каждым шагом было идти сложнее и сложнее, но я шла, потому что хотела понять, что произошло такого, что все на меня так смотрят. Не желая думать о плохом, я кое-как протолкалась, хоть меня и не хотели пускать. И… И моё сердце рухнуло вниз, я упала на колени, а слёзы покатились по щекам ещё сильнее. Хотелось кричать в голос, бить всех, кто попадётся под руку, даже роботов. И неважно, что они из железа и больше меня в несколько раз. Хотелось просто отключиться и больше никогда не приходить в себя. Что-то говорил подбежавший Сэм, пытаясь поставить меня на ноги. Что-то говорил Леннокс, положивший руку мне на плечо, но в итоге получивший по ней же. Что-то говорили автоботы, что-то говорили другие боевики… Да только это всё уже неважно. Глядя на трупы погибших в этой схватке, я понимала, что без жертв мы бы в любом случае не обошлись. Но я не могла и не хотела, чтобы всё закончилось именно так. Я не могла и не хотела переставать плакать. Я хотела кричать во всю глотку, лишь бы эта боль ушла. Но ничего уже не изменить. Знакомая лисья башка, которую я в шутку не раз грозилась закрасить из баллончика. Знакомая надпись "Карать и порабощать…" на покорёженном крыле. Хочу отвернуться и не видеть этого, но не могу. Не могу, потому что надеюсь, что это только сон. Увы, это реальность, когда ты ничем не можешь помочь. — Я знаю, тебе больно, — доносился эхом голос Леннокса. — Но мы должны сражаться дальше. Должны ради наших близких. — Джилл, ты слышишь? Джилл!!! — вопил Сэм Уитвики, испугавшись за меня до полусмерти. Но я не реагировала на слова, которые звучали приглушённо и отдалённо. Я просто стояла и смотрела на лисью голову сквозь слезы. Пусть говорят, что хотят, мне уже всё равно. Правду говорят, ты чувствуешь, как сердце разрывается, когда теряешь кого-то близкого. Я не думала, что это коснётся меня, но это случилось. Кто-то что-то говорит, меня куда-то ведут, но мне плевать. Меня сажают в чью-то кабину, а мне всё равно. Для меня всё рухнуло в тот миг, когда я поняла, что Баррикейда больше нет.