Записки лучника

Запись Третья. Во время пути сюда, я переживал, что ко мне будут относиться иначе из-за моего происхождения. Я решил не говорить кто мой отец, но понимал, что от этого мало что изменилось, потому что относились ко мне, наверное, чуть лучше чем к скоту. Начнем с того, что ночь я провел на пустой конюшне. Комнату мне не выделили, ночлег предоставили скверный. Я не смел жаловаться и не мог. Мы, эльфы, по природе своей не спим. Вместо снов мы находимся в грезах и удобства нас не должны волновать, но после жизни во дворце на пуховых перинах, сено казалось если не пыткой, то экзотикой. На утро, Эзра принес мне сменную одежду: рубашка из грубой белой ткани и темного цвета брюки. Эзра назвал это все моей новой "броней" и сказал, "на всякий случай", спрятать свою бывшую одежду. Я не знал почему, но сделал это. Моя первая тренировка начиналась на рассвете и, к моему удивлению, встречала меня Тиффа. Мне казалось, будто она еще спит, даже когда я подошел к ней, веки ее были сомкнуты. На мое приветствие она коротко кивнула, не переставая вытягивать шею из всех сил. Тиффа указала мне в сторону небольшого помоста на реке Андуин, так и не открывая глаза. Затем нахмурилась и произнесла: - Ты что ли лук с собой взял? Я был крайне поражен, как она, не раскрывая глаз, подметила это. Она коротко рассмеялась и сказала на первый месяц забыть о нем. Мне было сложно представить, как начнется мое обучения стрельбы из лука без самого лука. Тиффу я не осмелилcя спрашивать. Она создавала образ человека, к которому лезть с вопросами нужно в последнюю очередь. Через некоторое время на помосте появился сам Хорбур. Он не стал меня приветствовать, сразу перешел к делу. - Забудь о том, что ты эльф или кто-либо еще. Гном, человек, эльф, хоббит - разницы нет. Меня это не волнует. Ты не живое существо, не житель Средиземья, ты не камень и не куст. Ты лучник. И только лучник. И начнешь ты им становиться прямо сейчас. Я с детской наивностью и боевой готовностью внимал каждое его слово, мысленно прописывая его в своей душе, стараясь, не терять ни единой запятой. Мне казалось, что нет ничего важнее этого момента. - Твое первое задание, - у меня дыхание перехватило от важности момента, - отодрать помост. Я был озадачен. Мне казалось, что мой слух подвел меня или что я настолько глуп, что не смог понять его слух. - Простите? - Отодри помост. Чистить, - он показал руками действия. - Твои халенные ручки должны привыкнуть к работе, помост - только начало. Он настолько грязен, что на сегодня тебе работы хватит. Эзра принесет тебе ведро и тряпку. Хорбур с легкой усмешкой ушел с этого помоста, оставив меня в полном недоумении вплоть до того момента, как Эзра с улыбкой подошел ко мне и передал мне в руку тряпку и нож. - Это для ракушек и особо твердой грязи. Тогда я осознал, что это вовсе был не розыгрыш. Весь свой первый день обучения я провел за тем, чтобы отодрать палубу к которой, казалось, никто и никогда не прикасался с целью очистить. Во время работы я представлял, как мой отец случайно находит это место и меня за таким вовсе не королевским делом! Это было смешно до абсурда! На какой-то момент я стал подозревать, что на самом деле я нашел не того Хорбура. И чем больше я об этом думал, тем более вероятной мне казалась эта версия. Полуослепший лучник, причем женщина, странный кабак в безлюдной местности, здание которое разваливается и в котором мало кто осмелится жить. В моей душе появилась решимость для того, чтобы явится к гному и напрямую спросить его. Только отбросив тряпку, я услышал короткий свист, а затем, в пару сантиметров от меня оказалась стрела. Тиффа убирала свой лук и ослепшим взором смотрела будто сквозь меня. - Пропустил пятнышко, - коротко ответила она, все также смотря куда-то не туда. Это было возмутительно, что полуослепшая девушка указывает мне на неведомое пятнышко, притом будучи на пятнадцати метров от меня. Но стрела попала точно в это самое пятнышко и с небывалым удивлением перевел взгляд на Тиффу, которая щурилась и крутила головой, будто что-то ища. - Как? - произвольно вырвалось у меня. В ответ Тиффа коснулась пальцем своего виска, обернулась и двинулась вдоль дороги. Я был потрясен. Мои сомнение были развеяны вмиг. Я долго рассматривал с какой точностью была воткнута стрела. Ее можно было легко вытащить, будто ее кто-то легко воткнул, а не выстрелил ею. Именно так "показывают", а не "убивают". После того, как мне пришлось спуститься в реку и буквально заново счищать столбы на которых стоял помост, моя работа была окончена. Солнце давно село за горизонт и если бы не эльфийское зрение, то мне пришлось бы продолжать и завтра, так как в темноте сложно что-либо разглядеть. Я был уставший и вымокший. Сил не хватило даже на то, чтобы переодеться, поэтому я так и пошел в таверну. Эзра молчаливо встретил меня с улыбкой, а вместо приветствия поставил на стол кружку с элем. Я глотнул и поморщился от приторно сладкого вкуса и неприятного ощущения в горле, Эзра лишь рассмеялся. - Как первый день? - его голос тоже был приторно сладким. - Странно, - я не хотел говорить "тяжело", чтобы не вызывать насмешек. Сегодня из посетителей был всего лишь один гном и то, уже давно безмятежно спал за столом. - Многие уходят в первый день. Не понимают стиль Хорбура. Тиф единственная, кто выдержала все круги. - Круги? - Да. Он называет это кругами. Твой первый круг - труд. Он тем самым испытывает твой нрав, насколько целеустремлен и все дела. Я ощутил стыд за свою слабость на помосте, когда думал, что меня обманывают. - Так значит, Тиффа единственная кто закончила курс? Эзра кивнул. - Она здесь уже третий год проводит. А обучение закончилось полгода назад. - Два с половиной года? Но ведь...Мое обучение длиться 77 дней. - У каждого свой срок, - пожал плечами тот. - Вот поэтому она и будет тебя недолюбливать. А если и продержишься эти 77 дней, то вообще возненавидит! - он коротко рассмеялся и с какой-то любовью поправил те жалкие три фиалки на столе. Мне хотелось возразить, ответить, но слова не лезли из меня. - Она добилась всего этого с таким трудом, а тут приходит эльф и делает это с такой легкостью! Этого бы каждого взбесило, Леголас, не обольщайся. Он вообще не плохая. Корчит из себя плохую, а на деле добрейший человек, но думает, что это равнозначно слабости, а она боится слабости. Поэтому и скрывает, что полуослепшая. - Она давно ослепла? - Когда только начиналось ее обучение она прилично видела, теперь же видит все цветными пятнами, как сама сказала. Иногда признается, что видит очертания и мелочи. - Как она может стрелять? Сегодня она попала в пятнышко на помосте... Эзра молча постучал пальцем по виску, растянув губы в загадочной улыбке. - В конце узнаешь. В этот момент, простоватый Эзра показался мне мудрее любого эльфа. Всю следующую ночь я думал о том, насколько удивительными бывают люди со своими погрешностями и недостатками. Даже вульгарное слово "вообще", которое Эзра раздражающе часто использовал, прекрасно дополняло его, заставляло симпатизировать. Эльфы не такие. Они безупречны, манеры их изысканы, говор элегантен. В них не бывают ошибок. Я вспоминал глаза Тиффы, неровные зрачки, некое уродство, которое делает ее притягательной. Я сам испугался этого слова впервые, но не мог подобрать другого. Тиффа со своей слепотой, наигранной сдержанностью, всегда вытянутой шеей завлекает каждого, потому что ее хочется узнавать. Эзра выдает все на духу, про себя, про других, Тиффа прячется, скрывает, таит. Они оба такие разные, но все же они друзья. Все следующие три дня мне приходилось заниматься самой на что есть простой работой, тем, чем мне никогда не приходилось заниматься. Я нашел в этом некую радость, познал прелесть суеты и деятельности руками. В перерывах я наблюдал за Тиффой и за Эзрой, поражаюсь тому, как могла возникнуть дружба меж столь различными людьми. Я замечал, как невольно улыбаюсь, когда они начинают не с того не с сего гоняться за собой, как за маленькими детьми. Люди казались мне чем-то поразительным, далеким от меня и моего народа. Мне хотелось быть как они, хотелось тоже выглядеть глупо, а главное совершать ошибки. Тиффа игнорировала мое присутствие насколько это было возможным, но на четвертый день, когда ее настроение было особенно хорошим, она вмешалась в мою работу. - Драконья мать, что ты делаешь с несчастным поленом? Мне поручили порубить дрова. Эту работу я откладывал как мог, потому что у эльфов всегда было трепетное отношение к природе. Я не мог замахнуться, потому что вспоминал отцовские реплики и писания, хотя и не понимал их смысл. Это было само собой разумеющееся и нарушать я это не смел. - Не волнуйся, это дерево была разрешено срубить. Оно было старым и умирающим, - она провела рукой по моему плечу и обошла кругом. - Но колоть дрова ты не умеешь? Я отрицательно помотал головой, она с какой-то нежностью рассмеялась. - Ты как маленький ребенок, всему приходиться учить, - она закатала рукава своего кафтана и встала на мое место. Она с несвойственной девушкам ловкостью и силой замахнулась и нанесла удар по дереву. Это было так резко и так оглушающе, что я чуть не подпрыгнул. - Слышал звук? Я ориентируюсь по звуку. Становись. Она грубо поправила мои руки, отклонила корпус назад, делала это без всякого стеснения, пока я ощущал, как мои уши и щеки будто горели. Я эльф и я не привык к прикосновением других, тем более девушек, даже если они с поучительной целью. Зная, что это дурно, я был рад, что Тиффа была слепой, иначе бы заметила мое явное смущение. Она стояла с закрытыми глазами рядом со мной и слушала как я колю дрова, иногда кивая, иногда хмурясь. - Уже лучше, - сказала она перед тем как уйти, и я услышал в ее голосе бывалую строгость. - Научишься хотя бы колоть дрова, может так и до лука дойдешь. После того как она ушла, мой разум повторял все ее движения и прикосновения, и я сам бранил себя за это. Это было глупым и непристойным. Я понимал, что со стороны людей, в этом не было ничего особенного. Прикосновения для них обычное дело, в то время, как я не помню ни одного объятия за свою долгую жизнь. Даже когда меня обучали стрельбе, учитель не смел поправлять меня с помощью своих рук, он лишь говорил, как надо, но держался в стороне. Я помнил слова Хорбура - "забудь, что ты эльф", но не мог так быстро это сделать. Эзре, с которым я был знаком всего шесть дней, мне почему-то хотелось все рассказывать. Кажется, он вызывал такое желание у каждого, кто разговаривал с ним. Вечерами, когда он подавал мне ужин, он всегда повествовал мне о каких-то увлекательных историях которые передали ему в свое время посетители. В такие моменты я забывал о себе и об остальном мире в целом. Эзра умел удерживать внимание слушателя и это казалось мне невероятным даром. От рассказа Эзру отвлекла Тиффа, прошедшая рядом и коротко кивнув ему. Эзра усмехнулся и поймал мой настороженный взгляд. Улыбка стал его еще шире и хитрее обычного. - Все нормально? - коротко спросил он. Я кивнул. - Видел как Тиффа учит тебя колоть дрова. Пикантное было зрелище. Я подавился своей кружкой пива, с неким испугом взглянул на довольного Эзру. - Если она смущает тебя, то я поговорю с ней. - Не надо! - с каким-то отчаянием произнес я. - Просто...это было непривычно. Эльфам прикосновения не знакомы. - Несчастные существа, - со вздохом сказал он. - Хорошо, что ты попал к нам, Леголас. Вкусишь жизни в этом мертвом месте. - Оно недолго будет мертвым, - радостно произнесла Тиффа, заходя в таверну. - Кили уже в пути! - она помахала свертком, видимо письмо от того самого Кили. Эзра натянуто улыбнулся и довольно промычал. - Уже интересно, - он обратился ко мне, - Кили это гном, предшествующий ученик Хорбура. Ему оставалось сорок с лишним дней до окончания обучения, когда его вызвал Торин. - Торин? Торин Дубощит? - Тот самый, - с гордость подтвердила Тиффа, наливая себе эля. - Он его племянник. - Видишь, какие здесь королевские крови, Леголас. Я скрыл улыбку за кружкой эля, чтобы не выдать себя. - Завтра начнется физическая часть твоей тренировки, - обратилась ко мне Тиффа. - Пользуйся руками, пока можешь. Я перевел испуганный взгляд на Эзру, тот подмигнул мне. - Лучше иди спать, Леголас. Поверь мне. Я послушался Эзру и вернулся на свою конюшню.