Короче, я Мери Сью

      На город наползала ночь. По полутёмной улочке, освещённой лишь неверным светом редких фонарей, шёл подросток. На нём были надеты узкие чёрные джинсы, идеально белая, если не считать двух весьма эстетичных кроваво-красных пятен, толстовка и чёрные кеды с белоснежными мысами. Чёрные веки подчеркивали белизну кожи, на щеках красовались два ровных надреза в виде улыбки. В руке парень сжимал довольно большой кухонный нож, тоже окровавленный. Вдруг раздался чей-то вопль:       - Вааааа, это Джефф Убийца, охренеть!       К маньяку подбежала девушка. Она была одета в чёрную мини-юбку с цепочкой на поясе, чулки в чёрно-белую полоску, короткую белую майку с такими же, как у Джеффа, кровавыми пятнами на груди, и обута в красные туфли на двадцатисантиметровой шпильке. На вид ей было около тринадцати, однако она была довольно аккуратно накрашена - "смоки айз" и ярко-красные губки, а чёрные волосы с красной прядью на виске были красиво завиты.       Девчонка буквально повисла на руке убийцы, не переставая верещать.       - Ты ведь Джефф, да?! А я Мисаки Джульетта Катрин Фредерика Александра Саманта Хуао Чен Ын, я из России!! А возьми меня в Крипипасту! Ну позяязя!! Я тоже хочу людей убивать!       Но ведь Джефф всё же псих. Поэтому он стряхнул с себя руку девочки, ударил её ножом (лезвие пришлось по цепочке*, и Мисаки Джульетта Катрин Фредерика Александра Саманта Хуао Чен Ын не пострадала) и заорал:       - Иди в жопу!!! Никуда я тебя не возьму!!!**       Однако Мисаки Джульетта Катрин Фредерика Александра Саманта Хуао Чен Ын не растерялась.       - А если я докажу, что способна убивать?!       - Тогда ок.       Мисаки Джульетта Катрин Фредерика Александра Саманта Хуао Чен Ын увидела в ста метрах какого-то дядьку и побежала к нему, цокая своими двадцатисантиметровыми шпильками. Тот обернулся на звук и закричал, но через секунду крик оборвался, потому что Мисаки Джульетта Катрин Фредерика Александра Саманта Хуао Чен Ын полоснула его наманикюренными ногтями по горлу. Кровь брызнула фонтаном, украсив майку ещё одним пятном. Девчонка засмеялась и вприпрыжку вернулась к Джеффу.       Маньяк был очарован. Он моментально упал перед ней на колени и стал слёзно молить о прощении. Через час извинений Мисаки Джульетта Катрин Фредерика Александра Саманта Хуао Чен Ын всё же смилостивилась, и они пошли к особняку, разумеется, под офигенную музыку.