Не герой

Посреди парка появилась ледяная стена. Тодороки трясло, но дело было совсем не в холоде. Он выпрямился и посмотрел на тех слабых неудачников, которые предпочли быть мелкими преступниками вместо того, чтобы помогать жителям города. Сейчас они были закованы в лёд и, возможно, думали над своим поведением. Тодороки сделал то, что должен был. — Что ты делаешь?! Мидория тяжело дышал. В его взгляде не было ничего хорошего. Тодороки поёжился — он не думал, что Мидория примчится сюда с другого конца города. Но он был здесь, и Тодороки никогда прежде не видел его таким рассерженным. Тёмно-зелёные волосы были всклокочены больше обычного, лицо и комбинезон перепачканы сажей. Одной перчатки не хватало, и теперь Тодороки видел, как сильно испещрена шрамами его рука от множества старых переломов. Изумрудные глаза пылали. Не яростью — благородным гневом, обжигающе холодным, завораживающе горячим. Тодороки оцепенел, сам не понимая, из-за чего больше: красоты или страха. — То, что должен, — повторил он слова, которыми успокаивал себя уже вторую неделю. Мидория схватил его за грудки. Он был почти на голову ниже Тодороки, но последний по сравнению с ним чувствовал себя ужасно маленьким. — Ты должен быть в академии, — почти по слогам произнёс Мидория. Сердце пропустило удар и замедлилось, покрываясь коркой льда. Слышать это от него было невыносимо больно. Тодороки отвернулся, собираясь с мыслями, но Мидория тряхнул его, заставляя смотреть на себя. — Ты знаешь, что я сильнее многих, кто прошёл. Он говорил твёрдо, с трудом сдерживая слёзы обиды. Его плечи начинали подрагивать. — Я знаю, но это не значит, что ты не можешь пострадать! — Мидория продолжал смотреть прямо в глаза. — Ты не герой, Тодороки. Да, он не герой. Просто потому, что завалил чёртов тест. Шишки из комиссии ничего о нём не знали, в отличие от Мидории. Он должен был понять. Тогда почему?.. Тодороки беспомощно стиснул зубы, проклиная всех на свете. Его мир начал рушиться ещё много лет назад, а теперь от него отвернулся единственный, кто в него верил. Тодороки распахнул глаза. Искалеченные руки крепко прижимали его к себе, мягкие зелёные волосы щекотали шею. — …поэтому ты должен заниматься, чтобы получить эту глупую лицензию, — наконец, закончил он мысль. — А пока позволь мне защищать тебя. Левая половина вспыхнула ярким пламенем, но Мидория не отстранился. Он знал, что Тодороки ему не навредит. Невероятно красивые мягкие пальцы, не тронутые ни единым шрамом, зарылись в непослушные волосы, пахнущие странной смесью пыли и мяты. — Я обещаю получить её как можно скорее. Тодороки смог улыбнуться — впервые за последнее время. Мидория ответил ему улыбкой — широкой и яркой, ничуть не хуже, чем у Всемогущего. Сомневаться в таком герое было бы настоящей глупостью. Мидория смущённо потёр нос, видимо, только осознав, что делал. Тодороки не мог перестать им любоваться. — Так что, пожалуйста, оставь этих хулиганов мне и возвращайся в академию, — Мидория соединил кончики указательных пальцев, пытаясь справиться с неловкостью. — Я никому не скажу, что видел тебя здесь. — Ты зайдёшь ко мне? Тодороки понимал, что не просит ничего сверхъестественного, но не мог утверждать, что в этой на первый взгляд невинной просьбе нет подтекста. Мидория тоже его видел, поэтому ответил не сразу. — Конечно, — он кивнул и охнул, когда сухие губы коснулись его руки. — Я буду ждать. В семь. Тодороки ушёл, чувствуя, как предательски краснеют собственные уши. Нужно было прибраться и найти интересный фильм.