Глава 2. Тобиас
17 ноября 2016 г., 12:18
Когда я, Тобиас Итон, еще был мальчишкой, не мог смотреть на своего отца Маркуса — потомственного военного, дослужившегося до полковника, без восторга и восхищения в глазах. Поэтому угадать, какую профессию для себя выберу, было совсем несложно. Я рвался служить в армии, хотя моя мама очень волновалась по этому поводу, а отец поддерживал мои стремления, хотя меня, как единственного сына, потерять было бы трагедий для них обоих. Но я всегда был упертым, поэтому пошел служить, несмотря ни на что.
Армия была суровым испытанием, которое закалило меня, сделав мое тело и разум крепкими и выносливыми. Я дослужился до капитана и уже рвался в горячие точки, как известие о болезни матери спустило меня на землю.
Я бросил все, уволился и поторопился домой. Отец страшно переживал, не мог смотреть, как угасает мама, поэтому пропадал на работе, пока я ухаживал за ней. Это злило меня, но я старался не вымещать свой гнев на отца в присутствии матери, чтобы не причинять ей еще больше боли. Болезнь быстро забрала ее, скорая смерть дорогого мне человека опустошила меня. Я рвал и метал, ярость застилала мне глаза, потому что я не понимал, почему плохие люди продолжают жить, а моя мама умерла так рано. После ее похорон отец выглядел не лучше чем я, переживая за меня и мое состояние, но на его чувства вины и тревоги мне было плевать.
Отец не знал, что делать, поэтому попросил свою подругу, Джанин Метьюз, помочь мне, и, на удивление, она выполнила его просьбу. Она пригласила меня поработать на нее, потому что ей очень нужны были люди, обладающие военной подготовкой, способные к стрессоустойчивости в любых ситуациях. Я согласился, надеясь заглушить боль потери в работе, так я и оказался в секретной организации, выполняющей нестандартные и опасные задачи. Метьюз лично возглавляет тайное подразделение, которое называется «Дикие волки». Как оказалось, мне предстояло научиться еще очень многому, но мои новые коллеги помогли мне со всем справиться.
Эрик, как и я, был отставным солдатом, его отряд попал под обстрел, и все погибли, кроме него, а он не смог продолжить службу из-за чувства вины. Зик никогда не служил, но был потрясающе подготовлен, он с младшим братом, Юраей, попали к Джанин за другие «заслуги» — они были хорошими махинаторами, проворачивали незаконные дела и попались на глаза правительству. Метьюз предложила братьям выбор: тюрьма, где они никогда больше не увидятся, или помощь их родному государству. Они выбрали правильно, и теперь Юрай, как лучший хакер, отвечает за техническую сторону операций, а я, Зик и Эрик — за все остальное.
Мы не только работаем вместе, но и хорошо дружим. Наша шумная компания в свободные вечера собирается в баре, веселится и расслабляется, как может. Ничего не может встать между нами, хотя некоторые девушки пытались — дамы всегда не дают нам прохода, но для нас дружба важнее.
Я стою около зеркала своей спальни и пытаюсь завязать галстук, но сегодня узел совсем не хочет получаться. Поэтому мне приходится остановиться, выдохнуть и попробовать снова. Когда я, наконец, справляюсь, то выхожу из квартиры.
Эрик уже ждет меня, сидя в своем джипе, который совсем не назовешь неприметным, но друг в своей машине души не чает.
— Привет, — здороваюсь я, и Эрик кивает в ответ, а затем заводит двигатель.
Он довозит меня до офисного здания в центре города и, достав из кармана маленькую коробочку, протягивает мне. Я больше не могу выдержать его молчания, поэтому начинаю разговор сам:
— Дружище, ты все еще злишься за то, что это дело поручили мне?
— Да, потому что именно тебя отправили в логово умопомрачительных красоток! Это лучшее модельное агентство города! — возмущается он.
— Именно поэтому туда иду я. Ты засмотрелся бы на девушек и провалил бы задание, а я сначала сделаю свою работу и только потом дам себе волю, — объясняю блондину.
— Ладно, иди уже. К вечеру подгоню твою машину на стоянку, — говорит друг, а я вставляю микрофон в ухо и выхожу из машины, направляясь к главному входу.
Захожу в лифт и нажимаю кнопку, дверь начинает закрываться, но в последний момент в лифт протискивается стройная блондинка. Она мне мило улыбается и поворачивается спиной. Пользуюсь моментом, чтобы разглядеть ее: черные туфли на высоком каблуке, черные чулки, облегающая попу юбка и блузка из полупрозрачной ткани. Я так засмотрелся на нее, что не обратил внимание, как она оглянулась на меня через плечо, заметив мой интерес к ее персоне. Было понятно, что она польщена, улыбалась, совершенно не сердясь на мою «задумчивость», и, когда лифт приехал на ее этаж, вышла, покачивая бедрами. Блондинка развернулась ко мне лицом, давая мне возможность рассмотреть ее спереди, она стояла пока дверь не закрылась, отделив нас друг от друга.
Ух! Вот это женщина! Меня бросило в жар от этой незнакомки, но я попытался взять себя в руки, потому что, наконец-то, поднялся на последний этаж. После разговора с директором меня провели в кабинет и положили кипу бумаг на стол. Сегодня я прикидываюсь аудитором, но на самом деле моя задача в другом.
В этом агентстве раньше работала одна модель, но потом она вышла замуж за важную политическую шишку. Ее муж попросил уничтожить ее портфолио, но руководство компании отказалось. Поэтому наняли нас, чтобы мы пробрались в фирму и с защищенного сервера удалили эту информацию, а из архива выкрали бумажный вариант документов.
Я выхожу на связь с Юраем, и он говорит мне, что я должен делать, а я выполняю указания. Мы долго взламываем пароль на сервере компании, параллельно с этим Юри подбирает шифр к комнате с архивными данными. Наконец-то, на экране появляется надпись «доступ разрешен», и мы начинаем поиск нужного файла среди сотен папок.
— Сколько же тут красивых женщин! — восхищается друг мне в наушник. — Может, скачаем пару файлов? Так, чисто для того, чтобы иногда глаз порадовать.
— Не вздумай, Джанин тебе потом этот глаз на пятую точку натянет, — смеюсь я и слышу, как он громко сопит. — Я пойду разомнусь, а ты тут не шали.
Я покидаю кабинет и захожу в лифт, чтобы спустится в кафетерий, расположенный в этом же здании. Через пару этажей ко мне присоединяется та же блондинка, что я встретил утром. Только теперь мы становимся лицом друг другу; она, улыбаясь, рассматривает меня тщательно и с интересом. Повисшее между нами молчание только заставляет напряжение нарастать в геометрической прогрессии, но лифт останавливается, и она снова выходит, оглядывается и подмигивает мне. Эта дамочка все больше меня интригует.
К моему возвращению Юрай еще не нашел файл, и мы возимся с этим до вечера. Когда дело сделано, я по лестнице спускаюсь в архив и роюсь в шкафу с папками, но в ячейке с нужным именем документов нет. Осматриваю комнату и нахожу в углу устройство по измельчению бумаги, открываю контейнер и по куче обрывков понимаю, что эта куча бумаги и есть то, что я искал. Странно, что файл все же уничтожили, хотя агентство было против. Неужели передумали?! Но размышлять на эту тему нет времени, я свое дело сделал, пора уходить.
Я выхожу из здания и вижу, как таинственная незнакомка подходит к краю тротуара, чтобы поймать такси, и я, не осознавая, что делаю, иду к ней, словно она притягивает меня, как магнит. Она стоит ко мне спиной и не видит, как я подкрадываюсь, между нами остается не больше метра. Неожиданно ее каблук соскальзывает с бордюра, и она чуть не падает под колеса проезжающей мимо машины. Я только и успеваю притянуть ее к себе за талию, предотвратив несчастный случай.
Она смотрит на меня испуганно, не веря в чудесное спасение, но потом приходит в себя и облегченно выдыхает, а потом расплывается в улыбке. Мне приходится убрать руки с ее талии, она делает шаг назад, но вскрикивает, наступив на ногу.
— Кажется, вы все же пострадали. Позвольте, я посмотрю, — приседаю, аккуратно беру ее за ногу, она опирается о мое плечо. Лодыжка совсем немного припухла, и нужно срочно приложить что-то холодное к месту ушиба, а лучше съездить в больницу. — Вам нужно показаться врачу, чтобы исключить вероятность серьезной травмы.
— Нет, — сразу же перебивает она меня. — Я не поеду в больницу.
— Тогда предлагаю поехать ко мне и приложить лед, — придумываю на ходу еще один вариант, и девушка согласно кивает.
— Меня зовут Трис.
— Тобиас, — отзываюсь я и подхватываю девушку на руки, чтобы донести до машины.
Таким же образом я доставляю ее до дивана в своей гостиной и иду за льдом на кухню. Сажусь на кофейный столик перед диваном и кладу ее ногу к себе на колени, прикладываю холод к ушибу.
— Спасибо, — произносит она и смотрит на меня с благодарностью. — Если бы не вы, я бы так легко не отделалась.
— Предлагаю перейти на «ты». Я рад, что успел вовремя, такой прекрасной девушке приятно помогать, — неожиданно она убирает мою руку и придвигается ко мне ближе.
— Наверно, ты мой ангел-хранитель, — шепчет она в нескольких сантиметрах от моего лица, а потом облизывает пересохшие губы, от чего я вообще готов взорваться.
Я целую ее мягкие губы, и она отвечает, лишь секунду помедлив. Провожу языком по ее нижней губе, и она понимает меня, впускает в свой ротик. Я исследую ее рот своим языком, а руками зарываюсь в ее шелковистые волосы, откидываю их назад. Я пересаживаюсь на диван рядом с ней, чтобы быть еще ближе, поддаюсь желанию прикоснуться губами к нежной коже шеи, веду по ней носом, вдыхая ее дурманящий аромат. Не могу определить, чем она пахнет, но мне этот аромат определенно нравится — парфюм, смешанный с ее собственным запахом, становится головокружительной смесью. Раззадориваю ее поцелуями в шею, и она резко выдыхает. Мои руки сами начинают исследовать ее тело: то гладить, то сминать, изучая реакцию. Ее руки тоже порхают по моим плечам, не отставая, переходят на спину, а потом она впивается ногтями в мои ягодицы. Я очень удивлен ее смелостью и дерзостью, но это заводит только сильнее. Эта девушка явно не будет просто лежать и ждать, когда ей доставят удовольствие — она сама готова брать то, что принадлежит ей, и взамен отдаст с лихвой. Вот это бестия попалась мне!
Она тянется к галстуку и быстро развязывает его, переходит к моей рубашке, а я пересаживаю ее к себе на колени, бесцеремонно задираю ее юбку, сжимаю попку. Она охотно оседлала меня, забыв про лодыжку; мягко заставила отклониться на спинку дивана, быстро справляется с пуговицами и переходит к своей одежде, не дождавшись, что я сниму с нее блузку, расстегивает ее сама. Но я не собираюсь быть ведомым, поэтому перехватываю инициативу; она распалила меня не на шутку. Целую ложбинку между грудей, попутно снимая лямки, и расстегиваю бюстгальтер. Касаюсь руками ее груди, упиваюсь видом, что мне открывается, сжимаю ее соски и припадаю губами сначала к одному, а затем к другому. Она издает поощрительный стон, выгибается навстречу, а потом зарывается пальцами мне в волосы.
Мы помогаем друг другу избавиться от одежды, и меня восхищает каждый участок ее тела, что мне открывается. Я нащупываю презерватив в кармане брюк, расправляюсь с упаковкой и надеваю его, потом продолжаю распалять ее, ласкаю, и она тихо постанывает, и кусает губы. Раскалённая до предела, сама насаживается на мой возбужденный орган, медленно начинает двигаться, мучает нас обоих. Я помогаю ей, приподымая ее за бедра, и снова опускаю, увеличиваю темп, и ее стоны становятся громче, ласкают мой слух. Я чувствую приближение ее оргазма по тому, как сжимается ее нутро, и больше не могу сдерживаться, выхожу за край следом за ней. Она лежит обессиленная на моем плече, и я вожу пальцами по ее спине, а потом опрокидываю нас обоих на диван, укладываю наши сплетенные тела и накрываю их пледом. Заглядываю в ее лицо и вижу довольную улыбку, прикрытые глаза, волосы, прилипшие ко лбу. Я тоже улыбаюсь, прижимаю к себе эту неожиданную знакомую и тоже закрываю глаза.
Я просыпаюсь один на своем диване абсолютно голым и за считанные секунды вспоминаю, почему. Я вчера провел шикарную ночь с очаровательной блондинкой, которую случайно встретил и спас. Мы проспали почти до самого обеда, потому что пару раз просыпались посреди ночи, чтобы снова усмирить страсть, возникающую между нами. Она оказалась ненасытной особой, помимо других ее явных достоинств.
Прислушиваюсь и слышу шум на кухне, встаю, натягиваю трусы и иду в том направлении. Моя новая знакомая стоит у плиты в моей рубашке, завязанной на узел под грудью, и в кружевных трусиках, что-то жарит, не обращая на меня внимания, а я с наслаждением наблюдаю за ней.
Трис поворачивается ко мне, замечает, как я смотрю на нее, и улыбается.
— Я проголодалась и решила воспользоватся твоей кухней, чтобы пополнить запас энергии. Ты не против? — я мотаю головой, давая понять, что совсем не против, подхожу ближе. — Хочешь, я тебе тоже пожарю яичницу? — спрашивает она, но я смотрю на ее губы, давно не вникая в ее речь.
Кровь из головного мозга перекочевала на другой уровень, заставляя меня желать ее прямо сейчас. Я кладу руку на ее спину, притягивая к себе, другой отбираю у нее тарелку и, не глядя, ставлю на стол, а потом кладу на ее попку. Целую ее плечо и выше по шее, и она начинает тяжело дышать. Чувствую ее руки на своих плечах и невольно улыбаюсь. Подбираюсь к ее губам, и блондинка сама тянется ко мне, приоткрывает ротик, приглашая меня, и я углубляю поцелуй. Возбуждение нарастает в наших телах, но мы не торопимся, хотя мне стоит больших трудов не накинуться на нее. Неожиданно на столе начинает вибрировать ее телефон, и она отталкивает меня, а я выпускаю разочарованный вдох.
— Мне уже пора, — говорит Трис, посмотрев на экран телефона, и выходит из кухни.
Я плетусь за ней в гостиную, она собирает вещи с пола и уходит одеваться в ванную. Сажусь на диван и прикрываю глаза, чувствую вокруг себя ее запах, кажется, он впитался в мебель или прочно засел в мозгу. Через двадцать минут Трис выходит полностью собранная, она выглядит прелестно, и мне жаль, что ей нужно уходить, и мы не можем повторить то, что делали ночью, а мне бы определенного этого хотелось. Я иду ее провожать и, когда она уже готова выходить, вопрос сам срывается с губ:
— Мы еще увидимся? — в моем голосе сквозит надежда даже сильнее, чем я хотел бы. Обычно это меня мои любовницы просят о новой встрече, а я размышляю, стоит ли еще встречаться. А теперь я почти умоляю о новом свидании.
— Возможно, — уклончиво отвечает она и смотрит на меня внимательно. Она подходит ко мне в плотную, кладет свою ладонь на мою шею и целует в губы. — Это ночь была великолепна, спасибо за все, — шепчет, немного отстранившись, и выходит за дверь, оставляя меня в коридоре, улыбающимся во весь рот.
