Две стороны риска

      Со вчерашнего дня у меня все валится из рук, и сегодня утро тоже не задалось сразу. Я пыталась сварить себе кофе, но разлила его на столе. Бросаю в лужу кухонное полотенце, выругавшись сквозь зубы. Я чертовски зла на Тобиаса!       Вчера наши интересы столкнулись, и он увел у меня свидетельницу прямо из-под носа. Вот об этом я и говорила, однажды нам придется работать друг против друга. И наши отношения будут мешать этому. Кому-то придется проигрывать и подставлять всю свою команду, а это очень неприятно.       Но больше всего я зла на себя из-за того, что подвела Макса. Он доверил мне это задание, а я не смогла убедить мисс «пустая голова», что ей лучше довериться нам. Я признаю, что и «Дикие волки» профессионалы, они смогут обеспечить ей должную защиту, но и мы бы справились не хуже. Надеюсь, это не подставит под удар всю работу «Ночных ведьм».       Свидетельница досталась им лишь из-за чистого везения, а точнее — смазливой мордашки Фора. Это неудивительно, по Диане Райдер видно, что умом эта Барби обделена, вот и повелась на этого идиота. А Фор и рад стараться. Я уверена, что он стал специально заигрывать с этой дамочкой, чтобы я приревновала. Мне бы хотелось не вестись на его уловки, но не могу.       Я останавливаюсь на минуту, чтобы успокоиться, закрываю глаза и предо мной тут же всплывает картинка того, как Тобиас улыбается Диане, обнимает ее за талию. Я рычу и снова открываю глаза, чтобы отогнать наваждение. Не хочу больше об этом думать!       Прихожу в офис, заглядываю в гостиную в поиске подруг и замираю на месте. Картина, открывающаяся мне, похожа на мираж: Зик лежит, развалившись на диване, и его голова покоится на коленях Шоны, которая перебирает его волосы; в кресле сидит Эрик, а на его коленях сидит Кристина, которую он придерживает за поясницу, периодически поглаживая; Юрай сидит в другом кресле в обнимку с Марлен и что-то нашёптывает блондинке на ухо. Они приветствуют меня так, будто ничего не происходит, и продолжают заниматься своими делами. Что все это значит?!       Как «Волки» снова оказались в нашем офисе? Я думала, после того скандала наши команды расторгли договор о сотрудничестве. Делаю шаг назад, но натыкаюсь на кого-то спиной.       — Привет, — говорит бархатный голос, и мои мурашки тут же просыпаются ото сна.       Я поворачиваюсь и вижу Фора с широкой улыбкой на лице. Он отпивает кофе из своей кружки, не отрывая свой взгляд от меня. Я не знаю, как реагировать, но мои губы сами собой растягиваются в ответной улыбке. Несмотря на то, что я все еще злюсь, все равно рада его видеть.       Я уже хочу сказать ему об этом, но из-за спины Тобиаса выходит Диана и встает с ним рядом, бросает на него томные взгляды. На ней и сейчас минимум одежды, если короткую футболку и джинсовые шортики вообще можно назвать одеждой. Моя улыбка тут же гаснет, а к горлу подступает тошнота от ее сладкой улыбочки.       — Привет, Трис, рада познакомиться с тобой снова. Тобиас мне рассказывал про тебя много хорошего, — нараспев болтает эта кукла, а мое лицо непроизвольно кривится.       — Может мне кто-нибудь объяснит, что происходит? — спрашиваю у присутствующих, чтобы не продолжать беседу с Райдер.       — Защита Дианы важна для обеих наших команд, ее шансы на выживание будут выше, если «волки» и «ведьмы» объединятся для ее охраны. Макс и Джанин сейчас это и обсуждают, — говорит Фор, и мне снова приходится к нему повернуться.       — Вчера киллер приходил к нам в отель, но Тобиас смог его обхитрить и спас меня, — опять начинает тараторить блондинка. — Нам пришлось переночевать в квартире Тобиаса, потому что там было безопаснее всего.       Я больше не могу выносить ее трескотню, бросаю на Фора злобный взгляд и ухожу наверх, чтобы скрыться в своей комнате от этой «парочки». Но стоит мне подняться на нужный этаж и почти дойти до комнаты, Фор догоняет меня, берет за руку и разворачивает к себе лицом.       — В чем дело, Трис? — вглядывается он в мое лицо, а я всеми силами хочу казаться ему равнодушной, но не могу. Мне как будто забивают в голову гвозди, стоит мне даже на секунду допустить, что он спал с этой Барби.       — Ничего, я в порядке. Надеюсь, и ты тоже хорошо развлекся с мисс Райдер, — выпаливаю зло, хотя я совсем не хотела этого говорить.       Лицо Тобиаса перекашивается от гнева, он толкает меня к стене, и я больно ударяюсь лопатками. Он сжимает мои предплечья, и я морщусь.       — Я не спал с ней, если ты об этом. Я устал повторять, что ты единственная женщина, с которой я хотел бы спать, а ты отталкиваешь меня с упорством ослицы! — я открываю рот, чтобы ответить, собираюсь заставить забрать это оскорбление назад. Но он продолжает: — Даже не думай прицепиться к слову «ослица», тут главное то, что я всегда хочу только тебя, — шепчет он более нежно.       Я замираю от этих слов и смотрю в его карие глаза, что сейчас прожигают меня насквозь. Его губы в нескольких сантиметрах от моих, приближаются чертовски медленно, и мне хочется его поторопить, мое сердце умоляет об этом поцелуе. Сейчас мне нужно почувствовать вкус его губ, чтобы убедиться в правдивости его слов. Но в конце коридора появляется Кристина:       — Ребят, извините, что помешала, но Макс и Джанин ждут всех на совещание.       Я выдыхаю, отталкиваю его и иду за Кристиной, слышу за спиной шаги Фора и его тихую ругань.       На совещании Макс и Джанин рассказывают нам, что теперь киллер по имени Шон Честер, нанятый бывшим дружком Дианы, возьмется за ее убийство с большим энтузиазмом. Он не ошибается дважды и будет более изобретателен. А значит — своего добьется.       — Нам нужен чертовски хороший план, — подытоживает Джанин.       В кабинете повисает молчание, все сосредоточенно думают.       — Ну же! Хоть какие-то идеи есть? — спрашивает Макс через некоторое время.       — Может устроим маскарад? — предлагает Кристина, хитро улыбаясь…       День судебного разбирательства, на котором у Дианы должны взять свидетельские показания, наступил очень быстро. Все это время она жила у нас в офисе и порядком надоела мне своей непроходимой глупостью, но еще больше тем, что ходила за Фором как приклеенная. Нам из-за нее так и не удалось поговорить. Лишь мимолетные взгляды давали понять, что нам этот разговор необходим.       Спускаюсь по лестнице и оказываюсь в холле, где меня уже все ждут. В супер коротком розовом платье, лишь немного ниже моей попы, и на высоких каблуках я выгляжу как дорогая проститутка.       Я вообще не понимаю, как согласилась на это?! Точнее, меня не спрашивали, а поставили перед фактом. Просто я подошла на роль Райдер как никто другой, а выдумывать план получше не было времени. Поэтому сейчас я одета как эта пустоголовая Барби.       Диана стоит в холле в моей одежде с брезгливой физиономией, и мне стоит больших усилий не ударить ее. Как же эта девица меня раздражает! Я встаю рядом с ней, и Джанин нас внимательно разглядывает:       — Вы очень похожи по комплекции. Думаю, когда Трис наденет шляпу и шубу, вас будет трудно отличить.       Киваю ей, и она уходит, а я осматриваю парней. Они будут меня сопровождать и прикрывать, когда повезут под видом Райдер на заседание суда. В костюмах они выглядят очень серьезно и представительно. Зик и Эрик прощаются с девочками, которые сидят в гостиной, и уходят; Кристина, Шона и Диана будут выезжать на полчаса позже нас.       Бросаю взгляд на Тобиаса: он стоит, прислонившись к стене, и внимательно меня рассматривает. Он выглядит сногсшибательно в белой рубашке, черных брюках и галстуке, пистолет, висящий на кобуре у него под рукой, лишь еще больше придает ему мужественности.       — Трис, как ты можешь так скучно одеваться? — хнычет Диана, отвлекая меня от Фора. Ей явно непривычно выглядеть так скромно, хотя на ней хорошо сидят мои брюки, блузка и кожаная куртка.       — Мне тоже не в радость выглядеть как элитный эскорт, поэтому давай не будем развивать эту тему. Мне не нужны твои советы по стилю, — осаждаю ее резко. Я и так волнуюсь из-за операции, а ее капризы меня раздражают еще больше.       Райдер смотрит на Тобиаса, ища в нем поддержку, но он не отводит от меня взгляда. Девушка морщится и уходит в гостиную, так и не добившись его внимания.       Я снова смотрю на Фора, он — на меня, кажется, что сейчас по его подбородку потечет слюна, а в своей голове он, наверняка, давно меня раздел. Я откашливаюсь, пытаясь прервать его похотливые мысли, и он нехотя возвращается в реальность, ухмыляется и берет в руки меховую накидку Дианы. Я медленно подхожу к нему, мне бы хотелось стереть эту улыбочку с его лица, но в глубине души мне приятно, что я вызываю в нем такую реакцию. Тобиас держит розовую шубу для меня, чтобы помочь ее надеть, и когда я просовываю руки в рукава, шепчет:       — Ты умопомрачительно выглядишь, — он прихватывает мочку губами, и я чувствую мурашки на своей коже. — Не переживай, все пройдет хорошо. Я все время буду рядом.       Его слова поддержки успокаивают мое волнение, вселяют в меня уверенность. Я надеваю шляпу и надвигаю ее на лицо, выхожу за Тобиасом. Эрик и Зик ожидают нас на улице. Мы садимся в тонированный джип и выезжаем на оживленную улицу. Через некоторое время мы подъезжаем к зданию суда, и нашу машину обступают журналисты. Они, как пираньи, пытаются урвать кусок повкусней и стать первыми, кто опубликует эксклюзивные новости.       — Ты готова? — спрашивает Фор, прежде чем открыть дверь, и когда я киваю, выходит из машины. Он расталкивает людей, помогает мне выйти, я опускаю голову ниже, прячусь за широкими спинами «Волков», пытаясь протолкнуться ко входу.       Журналисты наперебой задают мне вопросы, щелкают затворами камер и слепят фотовспышками, но Фор лишь повторяет: «без комментариев». Он ведет меня через толпу, придерживая за талию. Дальше в здание суда этих гиен не пускают, и в коридоре относительно тихо и пусто.       — Кристина и Шона привезли Диану Райдер. Через двадцать минут ее вызовут для дачи показаний, — докладывает Марлен мне в наушник.       Я присаживаюсь на лавочку неподалеку, парни стоят рядом, осматриваются, готовые среагировать в случае нападения. Вдруг срабатывает пожарная сигнализация, голос из динамика под потолком оповещает о том, что нужно покинуть здание, и люди спешат на выход.       — Это он, — говорит Эрик, и мы понимаем, что Честер уже в здании. — Надо увести Трис в безопасное место.       Коридор быстро заполняется дымом, и я начинаю кашлять. Тобиас говорит парням приготовиться, проверить все входы, и они тут же пропадают в дыму, а сам поднимает меня и толкает дверь, ведущую в другой коридор. Мы выходим и тут же понимаем, что здесь мы как на ладони, и нас специально сюда заманили. Дым понемногу начинает проникать сюда, но уходить уже поздно — нам навстречу выходит мужчина с пистолетом. Я только успеваю вскрикнуть, как пуля попадает в грудь Тобиасу, и он на моих глазах падает на пол, а затем и я чувствую боль в области груди, падаю рядом с ним. От боли трудно сделать вдох, и я просто закрываю глаза. Вдруг я чувствую, как Тобиас берет меня за руку и несильно сжимает мои пальцы. Это успокаивает меня, и я, наконец-то, набираю воздух в легкие. Со мной рядом человек, который мне действительно очень нужен. Почему я понимаю это только сейчас?!       Слышу, что в коридор врываются полицейские, Эрик и Зик. Они окружили Шона Честера, но он пытается отстреливаться. Его быстро обезвреживают и надевают наручники.       Когда дым рассеивается, Фор встает и помогает подняться мне, а челюсть у киллера отпадает при виде нас.       Я снимаю шляпу и широко ему улыбаюсь:       — Диана Райдер уже дает показания, — я расстегиваю шубу и демонстрирую бронежилет, надетый поверх платья. — Уведите его.       — Ты в порядке? — спрашивает меня Фор, обнимая за талию, и я просто киваю, довольная тем, что все закончилось. Я смотрю на него, провожу рукой по груди, затянутой бронежилетом, в котором застряла пуля, и радуюсь, что он тоже невредим.       Я хочу сказать ему об этом, но к нам подходят наши команды, отвлекая друг от друга. Подруги уводят меня, чтобы врачи на всякий случай осмотрели меня, и я вообще теряю Тобиаса из виду. Мы с девочками возвращаемся в офис, и Макс говорит нам, что Диана дала показания, и ее дружка упекут в тюрьму. Он поздравляет нас с успешной операцией и дает нам выходной на завтра. Парней мы после задержания Честера не видели, скорее всего они вернулись в свой офис, отчитаться перед Джанин.       Я возвращаюсь домой, когда за окнами уже темно. Принимаю душ, надеваю шелковую сорочку и ложусь в постель, но глубокие раздумья меня не покидают, и сон никак не приходит, поэтому выхожу на балкон, чтобы проветрить голову. Луна освещает улицу, серебрит верхушки деревьев, и по коже бегут мурашки от ее холодных прикосновений, обнимаю себя за плечи. Снова возвращаюсь мыслями к Тобиасу. С ним я чувствую себя как никогда счастливой, но сомнения гложут и разрывают на части. Я решаю позвонить Кристине, она берет не сразу, и я понимаю, что побеспокоила ее, но все же она выслушивает меня.       — Знаешь, подруга, они не такие уж и напыщенные кобели, как я думала в начале. Сейчас Эрик мне даже очень нравится, еще я вижу, как Зик смотрит на Шону, а она на него. Такая же ситуация между Марлен и Юраей, — говорит Кристина. — Возможно, нашим боссам не понравится то, что мы разбились по парам, решив, что это поставит под угрозу нашу работу. Но пока они не знают, почему бы не насладиться моментом?! Вы же с ума друг по другу сходите!       — Не знаю, — вырывается из меня. — Все слишком сложно! Меня все это настораживает. Сегодня мы работаем вместе, завтра друг против друга. А в случае, если какая-то команда облажается на задании, эту группу могут расформировать или вообще ликвидировать. Мы ходим по лезвию и трудно сказать, когда сорвемся вниз, — делюсь с ней своими страхами, а она вздыхает, понимая, что я в чем-то права. — Если позволю себе эту слабость, а потом у нас ничего не получится, я не смогу больше без него!       — Просто доверься своему сердцу, — просит подруга. — Прости, мне уже пора… Эрик, подожди, дай договорить! — бурчит Крис, а потом звонок прерывается.       Она в чем-то права — я трачу слишком много сил на то, чтобы держать дистанцию. В моей руке неожиданно начинает звонить мобильный, вижу, что это Тобиас, и на секунду сомневаюсь, брать ли трубку. Но потом посылаю все к черту и нажимаю «принять вызов».       — Ты не спишь? — слышу его голос. — Я не мог уснуть и решил тебе позвонить. С сегодняшнего дня мы можем с тобой отмечать свое второе рождение, не часто нас «убивают» на заданиях, — шутит он, а потом продолжает уже серьезно: — Сегодня я понял, что жизнь очень коротка, и если мы хотим быть вместе, то все возможно…       Как же он прав! Я хочу быть с ним несмотря ни на что, и пусть мир катится в тартарары!       — Приезжай… — только и могу сказать я.       — Если честно, я уже у тебя под окнами…       Через несколько минут он стучит в дверь, и я спешу ему открыть. Он заходит в квартиру, подходит вплотную ко мне, проводит рукой по распущенным волосам, гладит щеку. Я замираю и, кажется, не дышу. Он смотрит на меня с такой нежностью, что сердце неистово колотится в груди. Я не могу отвести свой взгляд, его карие глаза будто загипнотизировали меня.       — Трис, я больше не могу и не хочу бороться ни с тобой, ни с собой. Мы обманываем себя, утверждая, что мы могли бы быть друзьями. Без тебя моя реальность не имеет цвета. И к черту мир, в котором нет тебя, зачем мне жизнь, в которой ты не моя. Ты нужна мне рядом всегда! Я люблю тебя! — говорит он. От его искреннего признания у меня бегут мурашки и пересыхает во рту.       — Я тоже тебя люблю, — шепчу пересохшими губами, и он мне по-мальчишески улыбается. Он целует меня так жадно, что я готова упасть в обморок, но его руки придерживают меня. Его горячий язык сводит с ума, заставляет комкать его футболку на плечах.       Его поцелуй как будто оживляет меня. Раньше я столько сил тратила на то, чтобы не подпускать его к себе, убегать и отталкивать, а самое главное — не подходить самой, что внутри образовалась пустота, которую я даже не замечала. Оказалось, что это он заставляет меня хотеть большего, чувствовать себя понятой и принятой, прогоняет мое одиночество.       Я тяну его в сторону спальни, и мы, не разрывая поцелуя, добираемся до комнаты. Его пальцы порхают вверх по моему телу, стягивают лямки моей ночной сорочки, и она соскальзывает с моего тела, оголяя перед ним. Он отстраняется, чтобы разглядеть мое обнаженное тело в свете луны, и, кажется, в его глазах отражается ее мягкое сияние. Он осторожно укладывает меня на постель, медленно целует и ласкает каждый миллиметр моего тела, возбуждая меня. Я трепещу в его руках, наслаждаясь ласками. У нас давно не было близости, и я скучала по его запаху, умелым рукам, по чувству наполненности им, по связи, что возникает между нами в такие моменты.       Мы без устали занимаемся любовью, пока над горизонтом не показываются первые лучи солнца. Я лежу на его груди, а он обвил меня руками и положил подбородок на мою макушку. Мне сейчас так хорошо, что хочется задержать мгновение и растянуть его в вечности. В его объятиях спокойно и уютно.       — Мы теперь вместе, но не думаю, что нашим боссам стоит об этом знать, — говорю ему. — Не думаю, что связь между сотрудниками разных организаций допустима.       — Согласен, что нам, как и остальным, лучше пока держать наши отношения при себе, — вторит он. — Но как же мне будет трудно держать свои руки подальше от тебя!       — Раньше у тебя это получалось довольно хорошо, — ухмыляюсь.       — О, ты не знаешь, насколько это трудно! Придется сейчас все наверстать… — игриво тянет он, подминает меня под себя и накрывает нас простыней с головой.