Драбблы по "Мстителям"

Тор ест конфеты как ребенок, не пытаясь выбрать разные или одинаковые, просто запихивает их в рот одну за другой, и, через несколько минут, коробка, купленная утром уже пуста. Какао стимулирует выработку эндорфинов, у асов – или, возможно, исключительно у Тора – гораздо сильнее, чем у людей, а судя по рассказам об асгардских пирах, вепрях, целиком вываренных в меду и куропатках, фаршированных виноградом, сладкое любят они все – поэтому Фил Коулсон не может отделаться от мысли о том, что в случае вторжения из Асгарда, ЩИТ устроит ловушку на складе кондитерской фабрики. В случае с Тором это бы сработало. – Завтра принесу еще. Фил может принести еще прямо сейчас, и Тор съест все так же быстро. Он знает, потому, что уже так делал. Еще он знает, что, согласно медобследованию, желудок Тора вмещает добрых три с половиной галлона, а это чертовски много коробок конфет. Даже Вилли Вонка бы разорился подчистую. – Скверно, что я так к этому пристрастился, – Тор старается говорить серьезно, но взгляд у него рассеянный, а губы сами собой складываются в улыбку. – Скажи, нет ли вестей, скоро ли мне будет дозволено покинуть это место? Мне по нраву гостеприимство твоего народа, но я тоскую по воле. Фил может сказать: никогда тебя отсюда не выпустят, это же личное Гитмо ЩИТа, специально для нелегальных иммигрантов из потенциально враждебных миров. Еще он может отправиться к Фьюри, и попытаться узнать, что будет, если однажды Тор попробует проломить ему череп и сбежать – но Фьюри вряд ли ответит. – Когда наступит время. Тор выглядит вполне довольным подобным ответом. Есть что-то бесконечно отвратительное в содержании под замком гордых, сильных существ, накачанных успокоительным, особенно учитывая тот факт, что любой Кинг-Конг рано или поздно сбегает из клетки. До того, как стать фанатом Капитана Америки, Фил был фанатом Кинг-Конга. Фил дотрагивается до тонкой косички, выбившейся из-за уха Тора, осторожно, как до змеи, и повторяет: – Когда наступит время.