Кукла

      Искусственный свет и отсутствие макияжа не лучшим образом влияли на лицо: делали кожу мертвенно-бледной, а взгляд безмерно уставшим. Джой Беннет подступила ближе к зеркалу и наклонила голову к плечу. Она понимала, что сейчас выглядит странно.       «Красавица!», «Какая хорошенькая!», «Ангелочек!» — эхом зазвучали в мыслях разрозненные голоса одноклассников мужского пола. Видели бы они её сейчас: ухоженные, тёмно-каштановые с лиловым оттенком локоны почти распрямились, на крыле носа прыщик, под глазами синеватые круги. Красавица. Джой подержала на лице натянутую улыбку и почти сразу смахнула её.       От зеркала взгляд метнулся к нескончаемым полкам и вешалкам, заполняющим гардеробную. Шёлк, шифон, гипюр, кашемир, натуральная кожа, лак, кристаллы Swarovski; одежда, обувь и аксессуары на все случаи жизни, всё разложено по цветам и материалам. Она так любила эти вещи, их сочетания, их прикосновение к телу…       И тут в голове раздался ещё один голос — на этот раз женский, хрипловатый и насмешливый: «Бесполезная кукла».       Джой прижалась виском к холодной поверхности зеркала и закрыла глаза, обнимая собственные покрытые мурашками плечи. Можно ли было предположить, как нелепо всё выйдет? Прошло всего две недели… Две? Во всяком случае, не больше. Две недели назад она и представить себе не могла, что вскоре почувствует такое отвращение к себе и собственному гардеробу, который они вместе с мамой так тщательно составляли.       Это очень напоминает судьбу, ведь всё решилось за одно мгновение: просто закончился очередной учебный день, просто Джой спустилась в холл, просто случайно оказалась рядом Ханна Финч и бросила своё «мне всегда было интересно, как богачи живут» — и просто Джой пригласила её к себе. Она до сих пор не поняла, что её подтолкнуло в тот момент — у неё никогда не было подруг и не возникало желания звать кого-то в гости. Но так случилось. Может, из-за искреннего интереса в глазах Ханны, а может, из-за самой Ханны, которая, в отличие от большинства девушек из параллели, никогда не называла Джой выскочкой и не демонстрировала зависть к богатству её родителей.       Было так странно и страшно сидеть рядом с Ханной на заднем сиденье автомобиля, проходить с ней в дом, подниматься в лифте, показывать квартиру… Джой не сдержала улыбки, вспомнив, как забавно Ханна удивлялась, рассматривая детали интерьера и новейшую технику, которых, наверное, не бывает в обычных домах — для неё это было ново. А для Джой было ново видеть почти незнакомую, высокую, спортивного вида девушку с нагловатыми, но не отталкивающими манерами на своей кухне. Сейчас кажется, что это было ужасно давно…       А с какими глазами Ханна вошла в гардеробную! Её восторженное «чтоб меня, это всё твоё?!» никогда не забудется. Было весело наблюдать за тем, как гостья неумело роется в одежде, вертит в руках шляпы, ремни и заколки.       Джой бездумно коснулась пальцами полей графитово-серой фетровой шляпы и зажмурилась, вспоминая. Та самая? Да, та самая… ~~~       — Почему нет?       — Потому что ты долбоёб. — Ханна Финч отняла у Чарли Крауна сигарету и затянулась. Парень попытался обнять её за талию, но был решительно отстранён. Он недоумённо нахмурил густые брови.       — Идиотка ты. Серьёзно тебе говорю, лучше меня не найдёшь. Подумай хоть.       — Отвянь.       — Ой, да пошла ты, — скривился он и расстроенно откинулся на спинку скамьи. — Не думал, что ты такая недотрога.       — Заткнись уже, заебал нудить, — закатила глаза она и отдала ему сигарету. Этот диалог заставил её отвлечься от общего разговора, который вёлся в компании, и когда она вновь повернула голову к остальным, раздалась возмущённая реплика Эшли Янг:       — Вы видели вчера эту выскочку Беннет? С ума сойти, опять в новом платье! Это уже какое-то издевательство! Сколько у неё нарядов, миллион? Это просто невозможно!       — Она наверняка выкидывает старые вещи, — отмахнулась Тайра Милн. — А новые ей сразу покупают папочка с мамочкой.       — Ужас, сколько всего пропадает! Это страшно неэкономно!       — А зачем экономить? Денег у них прорва, вот и тратят их, как хотят.       — Ну не до такой же степени доводить… Может, ещё отдельную квартиру купить для нарядов, или даже дом?..       Ханна вновь вырвала сигарету из пальцев Чарли.       Конечно, с квартирой они погорячились. Гардеробная Джой Беннет хоть и просторная, но не до такой степени, просто там всё размещено компактно. Вспомнив шелест дорогих тканей, Ханна мечтательно выпустила в стылый воздух облако дыма. У Джой много красивых и со вкусом подобранных вещей. А ещё она умеет сочетать их так, что наряд кажется новым, даже если в нём нет ни одного нового элемента. Пожалуй, это талант.       «Хочешь примерить?» — раздался в её голове застенчивый голос, и Ханна словно вновь ощутила прикосновение той чёрной шляпы к своим волосам. Она никогда не носила такое, даже не собиралась — но смотрелось неплохо, да и богачке Беннет было словно в радость поделиться своей вещью. Позже, осмелев, она вилась вокруг Ханны, будто продавец-консультант, обслуживающий клиента, обматывала её шею шарфами, предлагала пиджаки (или как их там? жакеты), придирчиво осматривала дело своих рук и снова что-то меняла. Раньше с Ханной никто не обращался так, это было странно, но забавно, тем более, что она такого совсем не ожидала. Всё вообще было очень неожиданно…       Сейчас Ханна сама не понимала, зачем влезла во всё это. Просто так получилось. Кто знает, почему ей тогда взбрело в голову навязаться Джой. Нет, она не соврала тогда, было действительно любопытно хотя бы одним глазом увидеть роскошь, в которой, по слухам, живут Беннеты. Квартира и правда оказалась роскошной — но совсем не такой, как Ханна ожидала. Впрочем, то же самое можно было сказать и о Джой…       Вдруг в груди неприятно кольнуло, и она с досадой отшвырнула сигарету. Чарли поморщился.       — Сволочь ты, — пробурчал он и взъерошил Ханне волосы. Выругавшись, она пригладила пряди и неожиданно вспомнила прикосновение другой руки. Джой восхищалась её густыми волосами — хотя они были незамысловато подстрижены до плеч и секлись на концах из-за некачественного осветления. Куда там до сияющих локонов выскочки Беннет… ~~~       «Маленький баклажан», — кажется, так сказала Ханна, небрежно потрепав её по волосам? На самом деле оттенок у них совсем другой, но прозвучало очень остроумно. И было неожиданно услышать это на четвертый день… знакомства? общения? дружбы? Ни одно из этих слов не подходит. Просто провожая гостью, Джой робко (хотя ей казалось, что смело) предложила заходить, если захочется; и через пару дней Ханна действительно пришла.       Девушке явно нравилось у Беннетов, и Джой было приятно это видеть. Ханна Финч насмешливо заявляла, что их квартира для неё как бесплатный музей, и если сначала эта фраза с непривычки ошарашила, то потом стала восприниматься как должное. Так же получилось и с самой Ханной — Джой удивительно быстро смирилась и с её бесцеремонностью, и с крепкими словечками, и с малопонятными, но очевидно грубоватыми шутками. Это здорово скрашивало однообразную жизнь, которую прежде разбавляли только шопинг и салоны красоты. Кто бы подумал, что общение может стать приключением…       Через щель под дверью в гардеробную прорвался сквозняк, и по ногам, снизу вверх, пробежал холодок — на Джой были лишь простая белая майка и трусики. Сдёрнув с вешалки объёмный шерстяной кардиган, она завернулась в него, как в плед, после чего снова потянулась к графитовой шляпе.       На подкладке обнаружился белёсый волос. Зажав его в пальцах, Джой с размаха насадила шляпу на голову и долго смотрела в зеркало пустым взглядом. И как она раньше не замечала, насколько нелепо выглядит в ней? Несмотря на то, что Ханна предпочитает спортивный стиль, ей это идёт гораздо больше. Вот в этом кардигане и этой шляпе она выглядела замечательно, хотя фыркала и говорила, что это всё ерунда… зато не сопротивлялась, когда Джой, увлёкшись, начала подбирать для неё разные образы, впервые в жизни делая это не для себя, а для кого-то другого. Это оказалось так захватывающе…       «Тебе бы в дизайнеры», — сказала тогда Ханна, с усмешкой косясь на зеркало. Да, Джой мечтала именно о такой работе, ни на что другое она была неспособна.       Неспособна…       «Кукла».       Рука сбила шляпу на пол и безвольно повисла; другая всё ещё была сжата в кулак.       В зеркале действительно отражается кукла: милое бессмысленное личико, тупые, широко распахнутые глаза, безмолвные приоткрытые губы. Глаза, правда, с каждой секундой блестят всё ярче и наполняются влагой…       Закусив губу, Джой снова зажмурилась изо всех сил. Глупо, как же глупо… Почему на ум сейчас приходит только плохое? Почему невозможно сосредоточиться на хорошем? Например, вспоминать, как впервые сама хлопотала на кухне, заваривая чай для Ханны, и как та смеялась над неловкостью «хозяйки». Это ведь было правда смешно. Так хотелось всё сделать самой, а в итоге чашки искали вдвоём по всей кухне. Еле нашли… ~~~       — Ты чего такая?       — Отвянь, сказала же.       — Ушла в себя и не вернулась?       — Заткнись. Пиво осталось?       — Ты меня обобрала сегодня. Но так и быть, бери. Видишь, какой я добрый? Моей девушкой быть круто, отвечаю.       Не обращая внимания на болтовню Чарли, Ханна хлебнула пива — оно было холодное и мерзкое на вкус, но жутко хотелось пить, а ничего другого под рукой не оказалось. С куда большим удовольствием она бы сейчас глотнула чая… Например, того, молочного, который впервые попробовала у Джой.       Ханна усмехнулась, вспомнив богачку Беннет взволнованно мечущейся по кухне. У бедняжки было такое напряжённое лицо, что она перестала напоминать фарфоровую статуэтку и стала похожа на нормального человека. Не привыкла принимать гостей, но, надо отдать ей должное, старалась изо всех сил. Смешная.       Джой вообще часто делала вещи, которых не ожидаешь от девушки её круга. Общаться с ней было не всегда легко, она плохо понимала сленг и только глазами хлопала, услышав незнакомое слово — зато когда ей объясняли значение, смущённо хихикала. Пару раз Ханна пыталась заставить её произнести одно из таких слов (любопытно, как бы оно прозвучало в исполнении «выскочки»), но Беннет проявила неожиданную стойкость и отказалась. Зато Ханне она никогда ничего не запрещала и мораль не читала, и это было здорово.       К вещам Джой тоже не была привязана: даже когда Ханна случайно разбила какую-то стеклянную штуку в прихожей, не завопила о её бешеной стоимости, только плечами пожала.       А одежда…       — Меня бесят её блузки, особенно белые. Я такие по всему городу искала и не нашла.       — Откуда тебе знать, что на заказ не шьют?       — Ну это как-то слишком…       Да, блузки у Джой умопомрачительные. Сжав пальцы, Ханна будто снова почувствовала шёлковую нежность ткани, к которой совсем недавно прикасалась. Одну из рубашек даже удалось примерить… Неловко вспоминать.       «Ну пожалуйста! Я уверена, тебе пойдёт» — «Я ещё не спятила» — «Она мне великовата, думаю, тебе будет как раз» — «Да пошла ты! С чего мне это надевать?»       И ведь уговорила, баклажан-недомерок.       Ханна стиснула зубы, вспоминая, как странно было в течение нескольких секунд щеголять перед Джой Беннет в нижнем белье и какими огромными были у той глаза, когда её взгляд скользнул по чужим загорелым плечам и груди. Рубашка и правда пришлась Ханне впору, разве что слишком облегала.       «Я похожа на секретаршу-проститутку» — «Нет, ты очень красивая».       Красивая, как же. Ханна впервые слышала такое о себе, а из уст девушки это звучало тем более странно. Странно, но искренне.       По спине пробежали мурашки, словно пальцы Джой снова расправляли мелкие складки рубашки. Богачке действительно было не жаль своих вещей, наоборот, наряжать Ханну, словно огромную куклу, доставляло ей удовольствие…       Куклу? Чёрт.       — Да чего ты? — пробормотал ошарашенный Чарли, заметив, как сжались кулаки девушки.       — Если не заткнёшься, я тебе врежу.       Тогда у неё были такие глаза… ~~~       Вот это пальто Ханне очень шло. Впрочем, как и это. И в этом наряде она была хороша. Жаль, что не удалось увидеть её в платье (да и платье в любом случае не подошло бы по размеру), но Джой была уверена, что длинное платье на высокой девушке смотрелось бы куда лучше, чем на ней. Ханна могла бы носить абсолютно любую одежду, а не только излюбленные джинсы и толстовки, и во всём выглядела бы великолепно…       Взгляд наткнулся на тонкую белую рубашку, которой недавно удалось коснуться плеч Ханны Финч. Джой сдёрнула её с вешалки, сунула руки в рукава, но, помедлив, положила на полку и надела только после того, как стянула с себя майку. Ткань холодила кожу. Джой застегнула рубашку на все пуговицы. Так и есть — на ней это смотрится нелепо, а Ханна была очень красива, хоть и отрицала это.       Ханна многое отрицала и в ответ на восхищённые реплики в свой адрес, которые порой вырывались у Джой, лишь презрительно фыркала и закатывала глаза, но и в этом этом проявлялась её неординарность. Она казалась пришельцем из другого мира, живущего по иным законам.       Удивительнее всего в Ханне была сила, как физическая, так и духовная. Она была человеком, способным подчинять себе обстоятельства и преодолевать любые трудности, это проявлялось в каждом движении и слове. Джой, изнеженная заботой родителей и слишком привыкшая к комфорту и безмятежности, порой ловила себя на том, что смотрит на Ханну во все глаза. Вот бы стать хоть немного на неё похожей…       Джой машинально расправила рубашку на плечах. В зеркале она теперь видела не себя, а усмешку Ханны. Здесь и правда есть над чем посмеяться.       Невероятно, сколько глупостей она совершила за эти две недели. Запуталась, потеряла голову от захватывающего чувства новизны, ни с того ни с сего доверилась незнакомому человеку и наделала кучу ошибок.       Вот например, кто её просил приходить на баскетбольный матч, где играла женская команда школы под предводительством Ханны Финч? Поддалась искушению, пришла в очередной раз полюбоваться силой, хотя раньше никогда не ходила на игры и знала, что смотреть будут косо. А Ханна и вовсе ни разу не взглянула в её сторону… Неудивительно, в школе они по-прежнему даже не разговаривали. Никто не просил Джой соваться туда. Сунулась, наивно решила, что имеет право. Дура.       А кулон? Это вообще был верх идиотизма, ведь его подарила мама — увидела на витрине во время очередного похода по магазинам и купила, зная, что Джой нравятся такие вещи. Ничего особенного, маленький серебряный кулон на тонкой цепочке, отделанный крохотными голубыми топазами. На ладони Ханны он выглядел ещё меньше.       «Прикалываешься, что ли? — захохотала она тогда. — На х… фига он мне?»       «Ну возьми, пожалуйста, — упрашивала Джой, охваченная необъяснимым порывом. — Даже если не будешь носить, просто… просто возьми».       «Чудачка, — буркнула Ханна, но опустила кулон в карман. — Довольна?»       «Да, спасибо».       Конечно, она не носит его, такие вещи не в её стиле. Скорее всего, она просто выбросила безделушку — такую же бесполезную, как и та, кто её подарил. Особенно после вчерашнего разговора… ~~~       — Дай ещё сигу.       — Спятила? Ты у меня всю пачку скуришь! С какой радости ты сегодня так дымишь?       — Просто дай, пока в глаз не получил.       — А если не дам? — Тон Чарли стал игривым, но когда Ханна взглянула на него в упор, он потупился и молча протянул ей пачку. Не то чтобы курить хотелось сильно, но без сигареты как-то совсем тошно.       Поправляя воротник куртки, она задела пальцем цепочку на шее и машинально опустила руку, нащупывая скрытый под футболкой маленький кулон. Вот же глупость… Вещичка не в её вкусе, да и если бы кто увидел — засмеяли бы, но Ханна всё-таки приняла от Джой этот неожиданный подарок. Она сама не знала, зачем сделала это и, тем более, зачем стала его носить. Ерунда же. Но Беннет так мило настаивала…       Зря девчонки зовут её «выскочкой», она совсем не такая. Глуповатая, но добродушная, забавная, не зануда, однако при этом очень странная. Взять хотя бы случай с кулоном или тот день, когда она ни с того ни с сего заявилась на баскетбольный матч. Как только в голову пришло? Не сообразила, как это будет выглядеть? Конечно, не сообразила. Ханна так и не смогла заставить себя посмотреть на трибуны, где сидела Джой, хотя ощущала её взгляд каждой клеткой тела и чувствовала себя при этом полной дурой.       Да нет, это, конечно, Джой Беннет дура — вернее, маленькая, нежная, хрупкая дурочка. В раннем детстве Ханна лишилась матери и воспитывалась под жёстким контролем отца. Привычка к спорту закалила её характер, заставила гордиться собой и презирать таких, как богачка Беннет — но когда Ханна оказывалась в квартире Джой, рассматривала и примеряла её наряды, в глубине души шевелилась смутная тоска. Кто знает, может, и Ханне Финч вполне подошла бы роль принцессы…       Она с досадой швырнула недокуренную сигарету на асфальт и придавила тяжёлым ботинком.       — Какая-то ты злая сегодня, — настороженно заметил Чарли.       — А я вообще не добрая.       В мыслях возникло бледное лицо Джой и её огромные ошарашенные глаза — воспоминание о вчерашнем вечере. Внутри всё противно сжалось. Но она же была права, она наконец высказала всё, что думала на самом деле. Они с Джой не подруги, у них нет никаких взаимных обязательств, и, в конце концов, вся эта нелепая игра слишком затянулась.       Ну почему же сейчас так паршиво-то?! ~~~       Колени ослабели так, что ноги уже не держали, и Джой беззвучно опустилась на пол, отвернувшись от зеркала. В голове не осталось ничего, кроме голоса Ханны, и все сказанные вчера слова хаотично всплывали на поверхность памяти.       «Посмотри на себя. Разве это жизнь? Ты живёшь как в картонной коробке!»       «Тряпки, тряпки, тряпки… Тебя хоть что-нибудь интересует, кроме них?»       «Серьёзно, нельзя так».       «Всегда будешь надеяться на папочку с мамочкой? Сама-то ни на что не способна?»       «Ты смазливая, вот и всё. Просто бесполезная кукла. И похоже, ничего уже не изменится».       Бесполезная кукла. Да, так и есть. Она действительно ни на что не способна, родители всегда ограждали дочь от любых проблем и делали всё за неё. Единственный её навык — выбирать и сочетать предметы гардероба, но разве этого достаточно? Раньше Джой казалось, что да, но слова Ханны открыли ей глаза на собственную ничтожность, о которой она никогда не задумывалась. Бесполезная кукла, бесполезная кукла…       Неизвестно, что было больнее: открыть истину или узнать настоящее отношение Ханны к себе. Джой думала, что её симпатия к Ханне взаимна, но, как выяснилось, Ханна испытывала лишь презрение. И правильно. Джой Беннет ничем не заслужила уважения.       Но тогда зачем Ханна Финч приходила к ней всё это время? Поиздеваться? Примерить красивые наряды? А может, украсть? Прерывисто вздохнув, Джой вцепилась пальцами в собственные волосы, еле сдерживая поток чёрных мыслей и подступающие слёзы. Нет, Ханна не могла так поступить. И примерять одежду Джой предложила сама и сама же пригласила Ханну в гости, хотя могла бы не делать этого. Во всём, что произошло, виновата только она.       Джой не поняла, как оказалась на ногах. В глаза бросилось что-то яркое, рука потянулась сама собой — вешалка оборвалась, и модное ультрамариновое пальто полетело на пол. Пару секунд Джой невидяще рассматривала бесформенный комок ткани. И правда как тряпка. Всё это никому не нужные тряпки.       В голове будто вспыхнул свет. Рассмеявшись, Джой стала срывать одежду с вешалок и сметать с полок аксессуары. Тяжёлая пряжка ремня больно ударила по босой ступне, но это только раззадорило. Закусив губу от усердия, она без устали громила собственную гардеробную до тех пор, пока всё, что её заполняло, не оказалось на полу. Сердце бешено колотилось от восторга и злости. Перед глазами стояло лицо Ханны — сильной, уверенной в себе, красивой Ханны Финч, — которая спрашивала:       «Тебе правда нужен весь этот хлам?»       — Нет, мне больше ничего не нужно, — ответила Джой в пустоту и стала переносить вещи в комнату. ~~~       Её глаза… Почему Джой Беннет не заплакала, когда её назвали куклой? Это было бы вполне естественно, да и Ханна не чувствовала бы сейчас такой странной пустоты внутри, вспоминая о вчерашнем. Джой ничего не ответила ей, просто стояла и смотрела в упор, а Ханна развернулась и ушла — практически сбежала, не зная, что делать дальше. Тогда она злилась и думала, что права; сейчас уже так не казалось…       — Наверняка она впала бы в депрессию, если бы на каком-нибудь платье возникло пятно! — врезался в ухо звонкий издевательский смех Эшли.       — Ну что ты, какая депрессия, сразу самоубийство! — вторила ей Тайра.       — Точно! А как иначе, если весь смысл её жизни в тряпках…       — Заткнитесь!!!       Болтуньи резко замолчали. Вскочившая на ноги Ханна притянула к себе недоумённые взгляды всей компании, но она едва замечала это: в глазах было темно от бешеной злости.       — Ты чего это?.. — пробормотала Тайра.       — Ничего! Мусолите одну и ту же тему, не надоело ещё? Хотя о чём я, конечно, не надоело, что ещё вам обсуждать, кроме чужих тряпок, тупые завистливые суки!       — Ты спятила, что ли?!       — Раз не можете платьице купить, как у Беннет — значит, это Беннет виновата, да? А вот ей как раз плевать, прикиньте? Ей хватает того, что у неё есть, в отличие от вас!       — Откуда тебе знать? — выпалила Эшли.       — Оттуда! Она так же виновата в том, что у неё богатые родители, как вы в том, что у вас не такие! Круто? Так что заткнитесь уже, блевать тянет от ваших разговоров! — сквозь зубы бросила Ханна.       — С чего это ты стала защищать её?!       — С того, что она человек, а вы — куклы пустоголовые!       — Что ты несёшь? Ненормальная!       Ханна могла бы ещё многое добавить, но отвращение пересилило: сунув руки в карманы, она развернулась и быстро двинулась прочь под недоумённые выкрики бывших друзей.       Тошно — только не от идиоток, которые, скорее всего, даже не поняли смысла её слов, а от самой себя. ~~~       Рухнувший карниз больно ударил в плечо, но Джой едва заметила это — потёрла ноющее место и торопливо принялась разворачивать штору на полу и складывать на неё вещи; потом то же самое проделала со второй шторой. Получилось два огромных мешка, забитых одеждой и аксессуарами. Чтобы они не разваливались, Джой завязала их сверху ремнями. Замечательно. Теперь от всего этого можно избавиться.       Сидя на полу, она протянула руку к одному из мешков и застыла. «Ничего уже не изменится», — сказала Ханна в её голове. Энтузиазм, наполнявший Джой до этой минуты, иссяк так же быстро, как появился. Она растерянно подняла глаза и увидела лоскут ткани, видневшийся между складками шторы. Лёгкий сарафан, белый, с узором из мелких цветов; его подарила мама на день рождения в прошлом году, и Джой проходила в нём почти всё лето — так сильно он ей нравился. Кукольное платье…       Перед внутренним взором возникло лицо Ханны Финч, которое заслонило собой все остальные мысли.       Пальцы сомкнулись на ткани с узором и потянули, платье легко выскользнуло из мешка, и Джой отправилась с ним в гардеробную. Через полчаса в зеркале отразилась невысокая стройная девушка в воздушном белом сарафане, с блестящими лиловато-каштановыми локонами и безупречным макияжем на красивом, но совершенно пустом лице. Вот теперь — кукла. Разве что глаза блестят слишком ярко для стеклянных.       Вернувшись в комнату, Джой взялась за один из импровизированных мешков, с трудом взвалила его на подоконник и толкнула, предварительно убедившись, что под окнами никто не проходит. Тяжёлый ворох ткани с лёгким шелестом свалился вниз. Та же участь постигла вещи, упакованные в ткань второй шторы. Джой провожала их глазами и — как странно — не испытывала сожаления. Ей было всё равно.       Босые ступни коснулись холодного подоконника. Джой выпрямилась, держась за раму, и взглянула на город с высоты девятнадцатого этажа. По лицу, открытым плечам, ногам хлестнуло мелкой крошкой измороси, и кожа покрылась мурашками.       Уже совсем стемнело. Вокруг плескалось море чёрного и золотого, далеко под ногами сновали суетливые огни автомобильных фар. Джой глубоко вздохнула и вспомнила, как несколько дней назад любовалась этой картиной, стоя здесь рядом с Ханной, так близко, что их плечи соприкасались. Тогда она чувствовала себя так спокойно и защищённо, как никогда в жизни…       Хватит. Картонная коробка порвалась, куклу пора выкинуть — она не нужна ни Ханне, ни самой Джой.       Она посмотрела вниз. В горле застрял тугой ком, сердце колотилось в затылке, руки тряслись; но один вдох — и страх чудесным образом рассеялся. Лицо Джой разгладилось, на губах появилась лёгкая улыбка. Закрыв глаза, она прошептала: «Спасибо», — и разжала пальцы. ~~~       Ханна почти бежала по улице, то и дело натыкаясь на прохожих. Впервые за много лет она готова была разрыдаться, как маленькая девочка, и сдерживалась только усилием воли. Слова Эшли и Тайры крутились в голове, накладываясь на её собственные слова, сказанные в адрес Джой, и с болью приходило осознание: хотя сейчас она поставила их на место, она ничуть не лучше, чем они. Ханна тоже завидовала, тоже втайне мечтала приобщиться к закрытому для неё миру роскоши, поэтому и напросилась в гости к Беннет, хотя тогда и не осознавала причин. И ей нравилось ощущать себя частью этого мира, пусть всего лишь несколько часов.       Она врала всем: врала Джой, что не интересуется её нарядами, скрывала от своей компании, что общается с «выскочкой»… и врала самой себе, что это общение не приносит ей удовольствия. Лицемерила, пряталась от себя и других, а когда прятаться стало уже негде — струсила, потому и сорвалась на Джой. Она, Ханна Финч, всю жизнь уверявшая всех, что ничего не боится, струсила.       — Блять, — вырвалось у неё на ходу. Глаза жгло от стыда, и Ханна неловко вытерла их рукавом. Почему понадобилось выслушивать чужой трёп, чтобы разобраться в самой себе? Почему нельзя было сделать этого раньше?       А теперь что? Когда она уходила от Джой, ей казалось, что с нелепой ситуацией покончено и теперь она сможет вздохнуть в облегчением, но это не так. Что теперь?       — Куда прёшь?! — Тяжёлая рука шлёпнулась Ханне на плечо, и она только теперь заметила, что светофор за пешеходным переходом горит красным. Дёрнув плечом, она буркнула себе под нос слова благодарности, дождалась зелёного и перешла дорогу.       Огни ночного города резали воспалённые глаза. Почему-то вспомнилось, как всё это выглядело сверху, из окна квартиры Беннетов. Перед глазами возникло красивое лицо Джой, озарённое изменчивым светом далёких фонарей, и её улыбка. Она была довольна, что гостье нравится вид из окна…       Нужно извиниться. Ханна подойдёт к ней завтра в школе, и плевать, как на это посмотрят окружающие. Может, ещё есть шанс что-то исправить и, возможно, обрести нечто важное…       На душе стало немного легче, однако успокоиться до конца не удавалось. В глаза бросилась табличка с названием улицы, и Ханна замедлила шаг. Если вернуться назад метров на десять, свернуть направо и идти вдоль трассы, то минут за тридцать можно дойти до дома Джой. А добежать — за двадцать.       Сердце пропустило удар. Круто развернувшись, Ханна бросилась в обратную сторону.