You dead to me ... or no?

      Де­ло бы­ло сту­ден­чески­ми буд­ня­ми, мы с Габ­ри­елем в оче­ред­ной раз бре­ли на па­ры, взяв­шись за ру­ки и бол­та­ли о вся­ком. Что ж, нач­ну сначала, ме­ня зо­вут У­иль­ям, мне 17 лет, в от­ли­чие от сво­их ро­вес­ни­ков — омег, я бо­лее под­тя­нут и спор­ти­вен, нет, вы не по­думай­те, что я хвас­та­юсь, прос­то, смот­ря на этих не­женок, ста­новит­ся, их нем­но­го жаль. Пред­по­ложим, идё­те вы поз­дним ве­чером один, без сво­его аль­фы, а тут к вам прис­та­ёт на­силь­ник, а то ху­же, убий­ца, и как быть? Убе­гая от не­го, спус­тя нес­коль­ко мет­ров не из­бе­жать от­дышки, а пос­ле из­на­сило­вания или да­же смер­ти. По­это­му мы с Габ­ри­елем сов­мес­тно по­сеща­ем спор­тивный зал, для под­держа­ния фор­мы. Что ж, я нем­но­го ото­шёл от те­мы, про­дол­жим, у ме­ня свет­лые во­лосы цве­та чис­то­го пляж­но­го пес­ка, дос­та­ющие мне до ло­паток, но на дан­ный мо­мент за­вязан­ные в вы­сокий хвост и гла­за цве­та ста­ли. У Габ­ри­еля же ко­рот­кие тем­ные во­лосы цве­та но­чи, а гла­за, как изум­руд, свер­ка­ющий на сол­нце и иде­аль­ное креп­кое те­ло — меч­та каж­до­го оме­ги. Вхо­дя на тер­ри­торию на­шего учеб­но­го за­веде­ния, нам от­кры­ва­ет­ся вид на наш кол­ледж, пе­ред ним рас­прос­тёрся не­боль­шой га­зон, на ко­тором мож­но во вре­мя обе­да соб­рать­ся с друзь­ями или у­еди­нить­ся где-ни­будь со сво­им лю­бимым. С вхо­да мож­но раз­гля­деть боль­шие ок­на зак­ры­того спор­тза­ла, чуть по­одаль, ле­вее мож­но уви­деть от­кры­тый ста­ди­он для за­бегов, спра­ва же на­ходить­ся сам кол­ледж. С ви­ду он ка­жет­ся не осо­бо боль­шим, но внут­ри он по­хож на дво­рец. По­ка мы си­дели на пред­послед­ней па­ре, Габ­ри­елю взду­малось по­кидать­ся в нас с Эд­ди, мо­им дру­гом, лю­бов­ны­ми пись­ма­ми о том, как он ме­ня лю­бит. Эд­ди так гром­ко уми­лял­ся, что нам сде­лали за­меча­ние, ну спа­сибо, лю­бимый… Ко­рот­ко рас­ска­жу об Эд­ди, он так же оме­га, как и я, у не­го го­лубые гла­за, на­поми­на­ющие чис­тое не­бо, во­лосы тем­ные, поч­ти чер­ные, сред­ней дли­ны, дос­та­ющие до пле­ча. Ког­да я, на­конец-то, дож­дался кон­ца па­ры, не­годуя и ис­пе­пеляя взгля­дом, по­дошел к сво­ему аль­фе и про­читал гнев­ную ти­раду о том, что так нель­зя и как он по­том бу­дет сда­вать сес­сию.  — Ты хоть по­нима­ешь, что бу­дет, ес­ли ты не бу­дешь за­писы­вать, то ты не сдашь сес­сию и… — тут мой взгляд упал на его ми­лую сос­тро­ен­ную мор­дочку, а-ля «прос­ти, я боль­ше так не бу­ду». Ну и как пос­ле это­го на не­го злить­ся? Я об­нял свое бес­толко­вое го­ре, Эд­ди, как всег­да, рас­та­ял и твер­дил, как же мне по­вез­ло, а мы пош­ли на сле­ду­ющую, пос­леднюю па­ру. Так как вре­мя бли­зилось к зи­ме, тем­не­ло ра­но, пос­ле то­го как за­кон­чи­лись па­ры бы­ла уже ночь, а до мо­его до­ма то­пать да­леко, а дет­ский страх тем­но­ты не хо­тел ме­ня от­пускать, все благодаря лю­бимо­му де­душ­ке. До­бежать до до­ма то­же не ва­ри­ант, так как я, ка­жет­ся, клю­чи за­был до­ма. Есть ва­ри­ант пе­рено­чевать у Габ­ри, все рав­но зав­тра вы­ход­ной. При­цепив­шись к его ру­ке, сос­тро­ил глаз­ки, на­мекая на то, что­бы пе­рено­чевать у не­го.  — Что та­кое? — спра­шива­ет он, об­ра­щая на ме­ня взгляд.  — Ты зна­ешь, — от­ве­чаю я.  — Ну лад­но, пош­ли, — взды­хая, сог­ла­ша­ет­ся он. По­ка мы шли до его до­ма, я за­метил, что Габ­ри как-то стран­но улы­ба­ет­ся, по­думал, что на мне что-то есть и ос­мотрел­ся, а по­том спро­сил.  — Что-то слу­чилось? — нем­но­го встре­вожен­но по­ин­те­ресо­вал­ся я.  — А? Эмм… Нет, что ты, все хо­рошо, — и всё-та­ки что-то не так. Ког­да мы под­хо­дили к его до­му я, как всег­да, по­ражал­ся, насколько же тут кра­сиво.  — Ты го­лоден? — спро­сил он, от­кры­вая дверь и приг­ла­шая ме­ня вой­ти пер­вым.  — Глу­пый воп­рос, ко­неч­но да, что на ужин? — сни­мая кур­тку и ве­шая на крю­чок, ин­те­ресу­юсь.  — Ско­ро уз­на­ешь, — и с за­гадоч­ной улыб­кой ухо­дит на кух­ню. Тем вре­менем, все еще по­доз­ре­вая, что что-то не так, бре­ду в ван­ную, что­бы умыть­ся. Поз­же, воз­вра­ща­ясь на кух­ню, ви­жу ши­кар­но нак­ры­тый стол и, сто­яще­го око­ло сто­ла и ши­роко улы­ба­юще­гося, до­воль­но­го мо­ей ре­ак­ци­ей, аль­фу.  — Вау… — все, что смог вы­мол­вить в этот мо­мент я, да­же не за­метив, ког­да он ус­пел вклю­чить лег­кую му­зыку. Тра­пез­ни­чали мы до­воль­но дол­го, но из-за сто­ла выш­ли сы­тые и до­воль­ные, ду­маю, с нас по­том три шкуры в спор­тза­ле по­том сго­нят, ес­ли уз­на­ют чем и сколь­ко мы пи­тались. Поз­же, пос­ле по­сиде­лок пе­ред те­леви­зором, мы пош­ли, при­няли ван­ну, иг­ра­ясь как де­ти, и улег­лись в кро­вать. Наб­лю­дая за звез­да­ми, че­рез по­толок-па­нора­му, нас пос­те­пен­но одо­лел сон. Прос­нулся я один, раз­ва­лив­шись пос­ре­ди кро­вати и от­кля­чив зад. Спус­тившись на пер­вый этаж, я по­шел за при­тяга­тель­ный за­пах го­товя­щей­ся еды. По­дой­дя к кух­не, мне от­кры­лась кар­ти­на, как Габ­ри­эль, стоя ко мне спи­ной, го­товит вкус­ный и по за­паху, до­воль­но ка­лорий­ный зав­трак. Ми­нуты че­рез 2 он при­нюхал­ся и обер­нулся, улы­ба­ясь.  — Уже прос­нулся? — он по­дошел ко мне, по­цело­вал в ви­сок и вер­нулся об­ратно к пли­те. — доб­рое ут­ро.  — Доб­рое, что на зав­трак? — зе­вая, при­сажи­ва­юсь за стол.  — Ду­маю, тре­нер нам это­го не прос­тит, но на зав­трак у нас я­ич­ни­ца, — обо­рачи­ва­ет­ся и не­сет ско­вород­ку с под­став­кой к сто­лу.  — Да уж, те­перь нам точ­но не от­вертеть­ся, за­то вкус­но и сыт­но, — встаю из-за сто­ла, что­бы взять вил­ки, но ме­ня ос­та­нав­ли­ва­ют, демонстрируя в кар­ма­не за­ранее взя­тые вил­ки. И как я их не за­метил? Пос­ле зав­тра­ка мы ре­шили нем­но­го по­сидеть пе­ред те­леви­зором, а пос­ле чуть-чуть про­бежать­ся. Но на­шим пла­нам суж­де­но бы­ло не сбыть­ся, так как Бри по­ленил­ся, от­не­кива­ясь тем, что се­год­ня вы­ход­ной, и вмес­то про­беж­ки у нас по­лучи­лась прос­то про­гул­ка в пар­ке. По­ка мы си­дели на ска­мей­ке, ми­мо про­бежал маль­чик, судя по за­паху, аль­фа, а за ним, ско­рее все­го, его брат — омеж­ка, на вид им бы­ло 8 и 5 лет, не­ожи­дан­но омеж­ка спот­кнул­ся о раз­вя­зав­ши­еся шнур­ки, упал и на­чал пла­кать, а вто­рой не за­метив сво­ей про­пажи, по­бежал даль­ше. Тут ви­димо сра­ботал ма­терин­ский ин­стинкт, и я под­бе­жал к ма­лень­ко­му чу­ду, под­нял его на нож­ки, от­ряхнул и за­вязал на­до­ед­ли­вые шнур­ки. Но омеж­ка, ви­димо, по­чу­яв неж­ный за­пах взрос­ло­го оме­ги, при­жал­ся ко мне, про­сясь на ру­ки, ну что ж, де­лать не­чего, я под­нял его и спро­сил.  — Ма­лыш, где твои ро­дите­ли, да­вай я те­бя от­ве­ду к ним? — неж­но про­шеп­тал я, ус­по­ка­ивая его. Ког­да он ус­по­ко­ил­ся, то отор­вался от мо­его пле­ча, ос­мотрел­ся и по­казал где его ро­дите­ли. С ним на ру­ках, по­шел в ука­зан­ном нап­равле­нии, иног­да спра­шивая, уз­наёт ли он ко­го-ни­будь, от­че­го по­лучал от­ри­цатель­ное мы­чание в от­вет. Но спус­тя еще пять ми­нут блуж­да­ний по пар­ку, ко мне под­бе­жал брат это­го чу­да и зак­ри­чал на весь парк.  — Па­па, отец, он тут! Тут! — я да­же ог­лох на од­но ухо, да и Бри по­хоже то­же. Тут к нам под­бе­жали до­воль­но мо­лодая и взвол­но­ван­ная па­ра.  — Ой, спа­сибо вам боль­шое, как мне вас от­бла­года­рить? — сра­зу же за­тара­торил оме­га.  — Что вы, не сто­ит, — зас­му­щал­ся я.  — Нет-нет, пой­дем­те, я вас хоть мо­роже­ным уго­щу, — я не­охот­но кив­нул, взял за ру­ку Габ­ри, и мы поб­ре­ли за па­рой. Мы по­дош­ли к од­ной из ка­фешек, и заш­ли ту­да, внут­ри бы­ло очень у­ют­но, тут бы­ли и па­роч­ки, и де­ти, и их ро­дите­ли. Мы по­дош­ли к сво­бод­но­му сто­лику и се­ли за не­го, а де­ти же пош­ли рез­вить­ся с дру­гими. Тем вре­менем к нам уже по­дошел офи­ци­ант и спро­сил, выб­ра­ли ли мы что-ни­будь.  — Да, нам, по­жалуй­ста, 2 клуб­ничных ша­рика, 2 шо­колад­ных и… ДЕ­ТИ, Сэм, Вилл, иди­те сю­да! При­мите у них по­ка что — оме­га ука­зал на нас с Бри, и мы за­каза­ли по од­но­му клуб­нично­му и фис­ташко­вому ша­рику и как раз при­бежа­ли их де­ти.  — Да, пап? — за­пыхав­шись, спро­сил стар­ший.  — Ка­кое мо­роже­ное бу­дете?  — Я вот это бу­ду, — ука­зывая на шо­колад­ное мо­роже­ное и обо­рачи­ва­ясь к бра­ту — а ты?  — Это, — вто­рой же ука­зал на обыч­ное ва­ниль­ное мо­роже­ное и до­бавил — с си­ропом. Офи­ци­ант же, уми­ля­ясь и улы­ба­ясь этой кар­ти­не, за­писы­вал все в блок­нот и де­лови­то спро­сил. — А си­роп ка­кой?  — Квуб­нить­ный, — от­ве­тил Сэм и по­бежал сле­дом за бра­том.  — Де­ти, они та­кие де­ти… — за­меч­тался я и не за­метил взгля­да но­вого зна­комо­го — а, мы ведь так и не поз­на­коми­лись, я У­иль­ям, а это Габ­ри­эль — пред­став­ля­юсь и про­тяги­ваю ру­ку вмес­те с Бри, и нам от­ве­ча­ют вза­им­ностью.  — Я Мал­кольм, а это Джу­ли­ан, — од­на­ко за­водить но­вых дру­зей очень да­же при­ят­но. Пос­ле то­го как мы по­ели мо­роже­ного и мо­его уми­ления над деть­ми Мал­колма, и рас­счи­тав­шись, мы поб­ла­года­рили ра­бот­ни­ков ка­фе и выш­ли на ули­цу, бы­ло до­воль­но тем­но, рас­про­щав­шись и об­ме­няв­шись но­мера­ми с Мал­колмом и Джу­ли­аном, мы из­да­лека слы­шали.  — Пап, а мы ещё встре­тим дя­дю У­ил­ла и дя­дю Габ­ри­эля? — и в от­вет ему пос­ле­дова­ло  — Не знаю, сы­нок, дя­дя У­илл и дя­дя Габ­ри­эль учат­ся, мо­жет быть в вы­ход­ные. Я пос­мотрел на Бри и, ка­жет­ся, он ме­ня по­нял.  — Опять ко мне? — в от­вет ут­верди­тель­ный ки­вок — о­оох…  — Не взды­хай так, как буд­то… Да ну те­бя — я, су­дя по смеш­ку Бри, смеш­но по­мор­щил нос и чуть убе­жал впе­ред, но че­рез не­кото­рое вре­мя он по­рав­нялся со мной. Та­кие до­гонял­ки прод­ли­лись до са­мого до­ма. Пос­ле то­го, как мы про­вели ночь пе­ред пос­ледним вы­ход­ным, прош­ло око­ло по­луго­да, мне ис­полни­лось 18, а Бри 19, и мы еще не раз встре­чались с Мал­ькольмом, Джу­ли­аном и их де­тиш­ка­ми. Вот, нас­та­ла по­ра за­щиты на­ших дип­ло­мов и не знаю как Габ­ри­эль, а я го­тов как ни­ког­да. Прош­ло око­ло де­сяти ми­нут и я, си­яя, вы­хожу из ка­бине­та. Все сра­зу ин­те­ресу­ют­ся, что мне, я с гор­дым ви­дом от­ве­чаю, что от­лично и под­хо­жу к Габ­ри­элю. Тол­каю его к две­ри ка­бине­та и по­казы­ваю боль­шой па­лец, а-ля «все от­лично, ты спра­вишь­ся», он вздох­нул, пос­ту­чал в ка­бинет и за­шел. Прош­ло ми­нут де­сять, его нет. Прош­ло еще столь­ко же вре­мени, и я на­чал уже вол­но­вать­ся, но он вы­ходит, и я мо­мен­таль­но под­бе­гаю к не­му.  — Ну, сдал? — ут­верди­тель­ный ки­вок — от­лично? — еще один ут­верди­тель­ный ки­вок и я наб­ра­сыва­юсь на не­го с объ­яти­ями — мо­лодец! От­ме­тим? — еще ки­вок и мы идем за го­рячи­тель­ной жид­костью. Вот мы уже си­дим на кух­не пь­ем са­мый до­рогой ал­ко­голь и за­кусы­ва­ем изыс­канны­ми за­кус­ка­ми. По­ка мы си­дели и об­сужда­ли весь этот год и не за­мети­ли, как у нас кон­чился ал­ко­голь, так же, как и я не за­метил пош­лые взгля­ды Габ­ри­эля и спро­сил зап­ле­та­ющим­ся язы­ком.  — Что-то не так? — от­ри­цатель­ный ки­вок.  — Я ни­ког­да не за­мечал, ка­кой же у те­бя при­тяга­тель­ный за­пах, — так е зап­ле­та­ющим­ся язы­ком от­ве­тил Бри. Сна­чала я не по­нял о чем речь, но по­том я по­чувс­тво­вал жже­ние вни­зу жи­вота и мок­рое чувс­тво меж­ду ног и тут, до ме­ня дош­ло, что у ме­ня на­чалась теч­ка, как же вов­ре­мя! Кра­ем гла­за я за­метил, что Габ­ри­эль под­нялся со сво­его мес­та и нап­ра­вил­ся ко мне, пос­те­пен­но ме­ня одо­лева­ло же­лание и, ког­да он до­шел до ме­ня, я уже вов­сю ело­зил на сту­ле, умо­ляя не тя­нуть. Габ­ри­эль под­хва­тил ме­ня на ру­ки и по­нес в свою спаль­ню. Там он в по­рыве страс­ти ки­нул ме­ня на кро­вать, но, ус­лы­шав мой бо­лез­ненный вскрик, по­нял, что про­мах­нулся. На­дол­го ду­мая и рас­смат­ри­вая ме­ня, он под­нял и пе­рело­жил ме­ня на кро­вать. Он смот­рел на ме­ня за­тума­нен­ным от же­лания взгля­дом. Ды­шал он тя­жело, как буд­то он сдер­жи­вал­ся из пос­ледних сил. Я ле­жал под ним и умо­лял его не тя­нуть, а он про­дол­жал наб­лю­дать за мо­ими стра­дани­ями. Спус­тя не­кото­рое вре­мя он по­цело­вал ме­ня, раз­де­вая по­оче­ред­но нас обо­их. Не­дол­го ду­мая, Габ­ри­эль рез­ко во­шел. Ка­залось, я зас­то­нал так гром­ко, что ус­лы­шали все со­седи. Поз­же Бри так силь­но и быс­тро тол­кался в ме­ня, что, я ду­мал, кро­вать не вы­дер­жит и рух­нет. По­том я по­чувс­тво­вал, что он на­чал пос­те­пен­но за­мед­лять­ся, а по­том он за­пол­нил мое нут­ро сво­им се­менем и не ус­пел я опом­нить­ся, как мы уже ле­жали сце­пив­шись. Я счи­тал, что го­тов об­за­вес­тись семь­ей, но судь­ба ре­шила рас­по­рядить­ся ина­че. На сле­ду­ющий день я прос­нулся с силь­ной го­лов­ной болью и жут­ким суш­ня­ком, а еще с очень стран­ным чувс­твом в зад­ни­це. Ког­да вспом­нил, что же вче­ра про­изош­ло, то по­дор­вался с кро­вати и по­бежал в ван­ную. Пос­ле то­го, как я умыл­ся, на­писал за­пис­ку Габ­ри­элю и при­лепил ее на хо­лодиль­ник, со всех ног бро­сил­ся бе­жать до­мой и пе­режи­дать теч­ку там. Мо­ей ра­дос­ти не бы­ло пре­дела, ког­да я осоз­нал, что сей­час ран­нее ут­ро и весь го­род спит, и ник­то не учу­ет теч­но­го оме­гу без мет­ки. Я был прос­то уве­рен, что ро­дите­ли бы­ли до­ма, так как, под­бе­гая к до­му, уви­дел их ма­шину. Я ти­хо проб­рался в свою ком­на­ту и, свер­нувшись клу­боч­ком на кро­вати, от­ды­шал­ся и лег спать. Че­рез не­делю я ре­шил, все-та­ки, про­верить се­бя на бе­ремен­ность и по­шел в ап­те­ку за тес­та­ми. Ког­да при­шел до­мой, сре­зу же по­бежал в ту­алет и ис­поль­зо­вал все тес­ты. Все по­каза­ли по­ложи­тель­ный ре­зуль­тат, я был так рад, что по­бежал к Габ­ри­элю, что­бы рас­ска­зать эту ра­дос­тную но­вость. Пос­ле то­го как я по­делил­ся с ним этой но­востью, он толь­ко хму­ро взгля­нул на ме­ня.  — Как ты мо­жешь это­му ра­довать­ся? Мы, на­вер­ня­ка, оба бы­ли пь­яны и это все чис­тая слу­чай­ность, вот дер­жи, сде­ла­ешь аборт, — он вру­чил мне ог­ромную пач­ку де­нег.  — Но, это же наш ре­бенок, за­чем де­лать аборт? Мож­но ведь по­женить­ся, прав­да? — умо­лял я, но он опять толь­ко зло взгля­нул на ме­ня и от­ве­тил.  — Нет, я еще не го­тов к та­кому, прос­ти, но нам луч­ше сто­ит рас­стать­ся. Мои гла­за на­пол­ни­лись сле­зами и, с кам­нем на сер­дце, я поп­лелся до­мой. По пу­ти мне, сла­ва бо­гу, не по­пал­ся ник­то из зна­комых или дру­зей, осо­бен­но Эд­ди, он точ­но бы расс­тро­ил­ся. Ког­да я по­дошел к до­му, там сто­яла по­лицей­ский пат­руль, про­ходя ми­мо них, мен ок­ликну­ли.  — Эй, па­рень, это ты У­иль­ям Рей­бер? — я кив­нул — что ж, тог­да у ме­ня для те­бя пе­чаль­ные но­вос­ти, твои ро­дите­ли по­пали в ав­то­катас­тро­фу и по­гиб­ли на мес­те, со­чувс­твую.  — Спа­сибо, что ска­зали офи­цер, все­го хо­роше­го, — се­год­ня всё и вся про­тив ме­ня. Уже ве­чер, я как овощ си­жу на ди­ване в гос­ти­ной с то­го са­мого мо­мен­та, как мне со­об­щи­ли что мо­их ро­дите­лей боль­ше нет. Лю­бимо­го че­лове­ка то­же нет. Мо­ей преж­ней жиз­ни и по­дав­но. Бе­ру те­лефон в ру­ку и на­бираю Эд­ди. Сна­чала он дол­го не от­ве­чал, но ког­да я хо­тел сбро­сить, от­ве­тил.  — Ал­ло?  — При­вет, да­вай встре­тим­ся в пар­ке? — нот­ки ра­зоча­рова­ния все еще есть в мо­ем го­лосе.  — Что-то слу­чилось? — за­метил все-та­ки.  — Рас­ска­жу на мес­те, под­хо­ди к пар­ку.  — Лад­но, до встре­чи. Ког­да я по­дошел к вход­ной ар­ке в парк, Эд­ди си­дел на ска­мей­ке не­пода­леку и ждал ме­ня. Под­хо­жу к не­му и са­жусь ря­дом, тут же воп­рос.  — Так что слу­чилось? Не­кото­рое вре­мя я не от­ве­чал, ког­да Эд хо­тел пе­рес­про­сить, я от­ве­тил.  — Я пе­ре­ез­жаю — ¬схо­ду вы­палил я и наб­лю­дал за его ре­ак­ци­ей, он ок­руглил гла­за.  — В смыс­ле пе­ре­ез­жа­ешь, а как же Габ­ри­эль? — прос­ти Эд­ди.  — Мы рас­ста­лись, — он расс­тро­ил­ся.  — По­чему? — смо­жешь ли ты ме­ня по­нять?  — Ког­да мы от­ме­чали, у ме­ня на­чалась теч­ка, но я это­го сна­чала не по­нял, а ког­да до ме­ня дош­ло, мы уже сце­пились. Че­рез не­делю я ре­шил про­верить­ся, ку­пил нес­коль­ко тес­тов и все он по­казы­вали 2 по­лос­ки… — не­боль­шая па­уза — а ког­да я при­шел к Габ­ри­элю и ска­зал ему, он вру­чил мне пач­ку де­нег и ска­зал, что­бы я сде­лал аборт… — сно­ва на гла­за на­вер­ну­лись сле­зы. Я гля­нул на Эд­ди, он был расс­тро­ен, как я и ожи­дал, но он не зна­ет са­мого глав­но­го.  — В на­чале не­дели, ког­да родители опять у­еха­ли, ко мне при­еха­ла по­лиция, они ска­зали, что мои ро­дите­ли по­пали в ава­рию и по­гиб­ли на мес­те… — шо­киро­ван­ный и со­чувс­тву­ющий взгляд Эд­ди.  — Ты ведь еще при­едешь? — с на­деж­дой спра­шива­ет он.  — Я не знаю, мо­жет быть. На вы­ходе из пар­ка, я об­нял луч­ше­го дру­га, и мы ра­зош­лись по до­мам. Я ре­шил про­дать ро­дитель­ский дом и пе­ре­ехать ку­да-ни­будь по­даль­ше, соз­дать свой биз­нес, вы­рас­тить сво­его ре­бен­ка и жить счас­тли­во, в кон­це кон­цов, жизнь толь­ко на­чина­ет­ся!