Мой любимый учитель

Женя открыл дверь своей квартиры. Брр, ну и холодно же! Зайдя внутрь, он закрыл входную дверь и снял верхнюю одежду. Пройдясь по комнатам, он не нашёл Киры. И лишь спустя десять секунд его осенило, что она может быть в спальне. Медленно открывая дверь, тот застал приятную для глаз картину: девочка лежит на кровати спиной, закинув одну ногу на другую, согнув при этом ноги в колене, руки она "растопырила в разные стороны", сама же она была одета в длинную зеленую, в чёрную клетку, рубашку, которая была как раз-таки Евгения. Увидев, что мужчина открыл дверь, та потянулась, отчего её грудь поднялась вверх, сама она изогнулась в спине, что выглядело довольно привлекательно. – Что-то ты… уф. Что-то ты долго. – сказала Кира, пропыхтевшись после потягиваний. – Раньше ведь ты не замечала мой график работы, а теперь замечаешь. И сейчас ты заметишь мой отдых. Новый отдых. Женя подошёл к девочке, расслабляя галстук и снимая пиджак. Он устроился над ней, опираясь на кровать, и они слились в поцелуе, которого Кира так ждала. Руки мужчины как будто были самостоятельны. Левой рукой он опирался на кровать, а правой рукой – исследовал шею, а затем голую грудь девушки. Из губ Киры вылился первый стон. Хоть они делали это который раз, для нее каждое повторение этого – полное наслаждение, как будто новое. Рука уже продолжала свой путь чуть ниже. И тут у Киры почувствовался прилив бешеной страсти. Открыв глаза и положив Женю на кровать, та, присев на его бёдра, начала двигаться взад-вперёд. Продолжая движение, она поцеловала Евгения, но на этот раз нежнее и сочнее. Дойдя до полного удовлетворения, та сняла с него штаны. *** Стоны девочки, да и мужчины тем более, залили всю комнату. Женя хотел доставить удовольствие Кире как можно продолжительнее и как можно лучше. Последний рывок и… не распространяющееся тепло наконец-то заполняет хотя бы часть тела Киры, которому она довольствовалась. Спустя все позы, которые они использовали, она никогда не радовалась такому концу. Женя лёг рядом с ней, интенсивно и глубоко дыша. Кире всегда нравилось его дыхание, будь оно тяжелым, будь оно легким. – Так… я прощён? – запыхавшись, спросил Евгений. – В каком смысле? – Ты в последнее время на меня в обиде, как я понял. Надеюсь, что ты меня простила. – Женя, я… – у девушки пролились слезы. – У тебя… есть другая? Евгений вопросительно посмотрел на Киру и, закрыв лицо руками, засмеялся в голос. Она же опёрлась на свой локоть, немного привстав, и посмотрела на лицо Жени. – Кира, я же тебе говорил, что у меня никого и нет, кроме тебя. Тут Кира подумала, что он врёт. Она еле-еле встала на ноги, повернулась к Евгению и сказала: – Если ты хочешь идти к ней, иди. – Кира. – Женя взял Киру на руки и обнял на весу. – Эх, неугомонная. С чего ты взяла, что у меня есть кто-то ещё? Никто даже на меня внимания не обращает. – девочка посмотрела на него взглядом "ну коннееечно", не улыбаясь. – Что ж, конечно, женщин у меня на хвосте ещё много, но я с ними никаких отношений, тем более дружеских, не имею. Только коллеги. – Тогда откуда у тебя этот женский трехлитровый шампунь, кое-где женская одежда и ещё женские штучки?! – Ты рылась в моем шкафу? – … – Я хотел… сделать тебе приятно и по дороге домой покупал женскую одежду и шампунь, чтобы ты почувствовала себя как дома, хоть и непродолжительное время. – А как же тот звонок? – Это из школы, не женщина. Девочка расплакалась на плече у мужчины. Ей стало стыдно, ведь все это время она винила его ни в чем, когда он старался ходить в школе как будто ничего и не было, с таким же невозмутимым, временами угрюмым и задумчивым лицом. Какой же камень с упал с её плеч, но какой же осадок оставил её поступок после этого. Женя прижал её к себе еще сильнее. Затем Евгений взял её ноги, и она приняла позу сидя, смотря на его лицо. Прижав её к стенке (а она это очень любит), Женя нежно поцеловал её шею, а та обвила его шею руками. – Я люблю тебя. – нежно прошептала Кира. Евгений промолчал, тяжело вздохнув и вдыхая приятный аромат её длинных волос. *** – Евгений Олегович! Погодите, Евгений Олегович! – Женя обернулся. По коридору шла Инна Николаевна с бумагами, которые, по всей вероятности, он принёс во время её беседы с Сашей. – Эти бумаги… они прошлогодние, даже есть бумаги той давности, когда меня здесь не было. – Я принёс все бумаги, которые Вам адресовали, Инна Николаевна. – голос Жени ничем не перебьешь или перекричишь. Он всегда был звучен, даже при гуле учеников и многократном "Здравствуйте". – Что же… тогда ладно. – она посмотрела на него, усмехнувшись, и ушла, странно и непривычно виляя тазом. Евгений это заметил, но особого внимания не обращал. Прозвенел звонок на урок. Он вспоминал, как Кира только недавно опасалась даже простого разговора между завучем и ученицей, а сейчас уже в таких близких отношениях. Сомнения нарастали. Может ли быть такое, что её родители не примут его? Может ли быть такое, что ей потом надоест Женя? Эти мысли не покидали его до тех пор, пока его снова не окликнули. Это была ученица, судя по голосу. – Евгений Олегович. Вы идёте на урок? – послышался голос сзади. – Конечно, погодите минуту. Я сейчас приду. Евгений смотрел все время "диалога" в расписание, на адресанта этих слов он не смотрел. Но, обернувшись, он сильно был удивлён – это была Кира, в новом одеянии, котором ему купил Женя. – Ты что здесь делаешь? – Я… учиться хочу. Будет подозрительно, если меня не увидят в школе. – Чего такого-то? – Просто.. просто надо. – Ну ладно. Кира ушла. Евгений немного засуетился, ведь она говорила ему, что пока родители не приедут, она прикинется больной (мол, она до этого кашляла при них). Тут к мужчине поступило сообщение от директрисы. "Будьте добры провести конференцию среди учеников на "Самого лучшего учителя" гимназии. Спасибо." Отлично. Евгению Олеговичу есть чем заняться в школе. *** – Итак. Добрый день, дорогие гимназисты. – Евгений был как всегда в своём репертуаре. Среди учеников он был строг, но при этом очень добр, всегда с серьёзным видом, но любовью к своим ученикам, да и не только. Ребят было пруд пруди. Около четыреста, а может быть и больше человек. И все смотрели на него, даже учителя других сфер. – Сегодня я хочу провести среди вас небольшую конференцию. Она не будет затянутой, но и короткой мы её делать не будем, да? Так вот. Желающие будут рассказывать про своего любимого учителя. И тот, кто наберёт, так скажем, больше голосов, будет самым лучшим учителем этой гимназии. Кто желает? Руку поднял человек почти из самой дали. Тот пригласил его к сцене. Это была Кира. Удивившись, он улыбнулся, поправив галстук. Та встала к стойке, на которую можно было положить бумаги, но сегодня Кире они не были нужны. Ей надо говорить все от сердца. – По правде говоря, я люблю всех наших учителей. Каждый старается донести до нас какие-то действительно важные и нужные знания, которые нам отныне и впредь пригодятся в жизни. Но, пожалуй, буду говорить о более родном предмете. – все затаили дыхание. Кира всегда была мастером речей, отчего хотелось просто сесть и слушать её. – С самых первых, даже нулевых лет в этой гимназии моими любимыми предметами, с которыми я действительно хочу связать свою жизнь, это русский язык и литература. Конечно, алгебра, физика, химия, биология и география мне тоже понадобятся, ведь всегда нужно иметь какую-то базу во всех вещах, но именно эти предметы возбудили во мне желание стремиться к идеалу. Всегда интересовалась тем, что является обыденностью для некоторых писателей и их "детей поэм", также мне безумно интересно правописание и грамотность речи, ведь как бы я сейчас излагала свои мысли? Что же, ближе к делу. За все те труды, которые были проделаны все мои девять лет, я бы хотела поблагодарить Евгения… Олеговича. Именно этот учитель – человек с огромной душой – смог передать мне эту искру, эту изюминку в этих предметах. Благодаря Вам, Же… Благодаря же Вам я, Евгений Олегович, стою перед Вами и говорю эти слова благодарности. Вы достойны звания "лучшего учителя", на мой взгляд. Аплодисменты слышались почти со всех учеников и учителей, только Женя стоял в ступоре от неимоверного шока. Его душа учителя и душа влюблённого мужчины перемешались, отчего хотелось поблагодарить от души, поставив неимоверное количество пятёрок, и в то же время хотелось обнять. Так он и сделал. Это выглядело мило, по-учительски мило со стороны учеников. Вот только учительницы были немного смущены, ведь… это неприлично обнимать мужчине пятнадцатилетнюю девочку. Один Саша просто сидел на стуле, в то время как все стояли, отчего вид был загорожен телами людей. Он продумывал свой хитрый план о разоблачении Евгения и полной его ликвидации.