Вопрос свободы: Элементы

— Гривус, пройди, пожалуйста, со мной в медбэй, — проговорил Рэтчет, завершив какие-то расчёты на терминале. Автоботский медик выглядел усталым и чем-то немного встревоженным. Бросив напоследок хмурый взгляд на детей, собравшихся у перил смотровой площадки, он утопал в глубину коридора с отсеками. Калиш неохотно вернул лаптоп Рафу и направился следом, недоумевая, зачем он мог понадобиться доку. Когда Гривус перешагнул порог медбэя, Рэтчет, отвернувшись от вопросительного взгляда, просто молча указал ему на ремплатформу. Киборг занял привычное место, улёгся, как во время техосмотров. Однако вместо того, чтобы начать проверку, Рэтчет тяжело опёрся на край стола, рассматривая маленького пациента со странным выражением фейсплейта. — Присядь, — проговорил он после нескольких секунд молчания. — Я позвал тебя поговорить. — О чём? — заинтересованный Гривус принял сидячее положение, скрестив сервотраки. — О тебе, — док шумно продул вентсистемы, кашлянул в кулак. — Надеюсь, ты должен помнить, что Оптимус тебе рассказывал о возможностях твоего нового корпуса. — Да, было такое, — настороженно протянул калиш. Без плаща он отчего-то ощутил себя уязвимым. Особенно под этим синим внимательным взглядом. — Он, надеюсь, просветил тебя по поводу интсистем? — Интсистем?.. — Интсистем. Провода, порты, джампер. — А, это… — Гривус хрипло хмыкнул. — Просветил. — Что именно он тебе рассказал? — вопрос, кажется, Рэтчета волновал преизрядно. Это чувствовалось, хоть док и старательно скрывал, даже рисунки беспокойных полей прятал. — Что у меня есть двенадцать портов по корпусу, столько же штрекеров и джампер. — Гривус с интересом уставился на Рэтчета. — Основной порт изучил? — деловито осведомился Рэтчет. — Он же приёмный шлюз энергона. — В каком смысле? Доктор Рэтчет, я насчитал всего десять портов. И ещё хотел спросить, зачем так много? — Ну-ка, какие? — Рэтч бликнул оптикой. На фейсплейте проявилось заинтересованно-скептическое выражение, с каким обычно глядят на маленьких детей, заявивших, что легко справляются со сложным делом. Гривус прищурился. Или док его реально недооценивает, или он не знает ещё чего-то? Он провёл кончиками когтей по честплейту и бокам, мыслью нащупывая нужные протоколы. Открытие портов требовало определенной концентрации, но не было особо трудным делом. Другое, что системы ощущались крайне уязвимыми, и чувство при их открытии было сродни тому чувству, которое посещает раздевающегося человека перед глазами постороннего. Когда Рэтчет наклонился ближе, рассматривая его, Гривус едва не захлопнул поднятые было пластины обратно, но сдержался. Рэтчет — медик, перед ним… можно. Приподнялись пластины на боках честплейта, брюшины и талии, обнажая поблескивающие хромом и тонким слоем смазки разъёмы различной конфигурации. Последним разложился «воротник», показав порты для медицинских подключений в районе ключиц. — Так, хорошо, — одобрил док, едва заметно заулыбавшись. — Теперь позволь, я расскажу тебе о них поподробнее, — он наклонился ещё ближе, заставив Гривуса чуть отклониться. — Буду признателен, — проворчал генерал, подрагивая задранными вверх пластинками брони. — Вот здесь — медпанель, — не касаясь, Рэтчет обвёл пальцем район шеи. Калиш застыл, удивленно округлил глаза, ощутив вполне осязаемое давление магнитных полей. — Здесь самая тонкая аппаратура. Она следит за состоянием всех твоих систем, принимает и отдаёт слабые и средней силы токи. Они служат для снятия показаний корпуса другого меха или для инфоподключения с партнёром, намного меньше тебя размерами. У каждого порта есть предел адаптации на минимум и максимум. Конкретно вот эти правильнее всего подставлять ремонтникам.  — Я понял, — напряжённо отозвался Гривус, немного отодвигаясь. Рэтчет перевёл кончик пальца ниже, к грудным пластинам, которые сейчас были приподняты, обнажая часть внутренних систем вместе с портами. Верхняя пара находилась там, где у органиков гуманоидного типа обычно находились соски. Генерал даже манипуляторы приподнял в защитном жесте, но Рэтчет их бережным жестом отвёл. — Эти — второй эшелон медицинского обслуживания, — сообщил Рэтчет серьёзно. — Через них можно управлять жизненно важными системами меха. Вентсистема, ти-ког, камера Искры, нейросеть и прочее. Многие их используют, чтобы передать уровень своего доверия. Как инфоразъёмы они передают сенсорную информацию первичного уровня, — он провентилировал. — Это трудно объяснить. Как переселение в тело партнера, при этом оставшись в своём. Проходимость этих каналов ограничена. Энергетические штекеры лучше не совать, велик риск пережечь себе нейросеть. — Так, Рэтчет, стоп, — Гривус поднял манипуляторы над головой. — Ты это говоришь так, словно… — Словно что? — Словно сейчас прям вот пущусь во все тяжкие. Причём ты этого даже не запрещаешь, а скорее… — золотые глаза сердито прищурились. — Готовишь… — Какие такие «тяжкие»? — Рэтчет нахмурился. — Гривус, не выдумывай. Я просто даю тебе ту информацию, которую ты обязан знать, прежде чем столкнёшься с необходимостью в партнёре. — Я не собираюсь искать себе партнёра! — огрызнулся калиш раздражённо. — Знаю. Однако, это не исключает того, что подобная необходимость возникнет! — отбрил док ворчливо. — Не дёргайся. Я продолжаю. Третья пара портов располагалась под ребровидными пластинами, на боках чуть повыше талии — предназначались для прямого доступа к нижней части нейроствола и для снятия самых подробных и точных показаний с камеры Искры. Четвёртая — у брюшных пластин. Контроль служебных жидкостей, резервный контроль и подпитка конденсаторов. Пятая пара, последняя, найденная Гривусом, располагалась на кистях манипуляторов с тыльной стороны. В основном предназначенная для контроля нейросети. Плюс защищённый эшелон прямого обмена сложными информационными пакетами. Одиннадцатый порт, к неудовольствию Гривуса, оказался на затылке. Тоже предназначенный для информационного обмена, но широкополосный, способный передавать терабайты данных в наноклик. С точки зрения генерала подобное расположение столь чувствительной аппаратуры в подобном месте делало его крайне уязвимой точкой. На что Рэтчет возразил, что бронированный затылок Гривуса в представлениях не нуждается, а его знаменитое боевое мастерство никак не позволит врагу добраться до таких уязвимых частей. Гордому калишу ничего не оставалось, как замять возмущение. Остался последний, двенадцатый. Тот самый основной шлюз для энергообмена. — Поищи протоколы и попробуй раскрыть его самостоятельно — дружелюбно предложил док. Гривус в очередной раз дал запрос в системы на поиск конкретного устройства. Ответ… мягко говоря, привёл его в ступор. Приёмный порт, он же топливный шлюз, в количестве одной штуки (хотя по программному регламенту он должен был быть дублированным) располагался чуть ниже джампера и сейчас находился в законсервированном состоянии. Не рассказал бы Рэтчет — сам он не догадался бы. Медик посмотрел в округлившиеся глаза калиша и понял — белковое обнаружило искомый предмет и сразу навесило на него свои глупые белковые штампы. — Рэ-этче-ет!!! — взревел генерал, подрываясь на ноги. — Кимаен, к чему этот крик? — поморщился док, прижимая ладони к антеннкам. — Объяснись, что это за шлак! — Гривус взлетел на верстак с оборудованием вне себя от злости. Если бы его маска могла краснеть, то сейчас её можно было бы использовать вместо сварочного аппарата. — Ты мне сде... сделал…  — Сделал что? — недовольно уставился на него кибертронский медик. — Это!!! — Гривус в полном бешенстве взмахнул манипуляторами, невольно демонстрируя один из страшнейших своих боевых приёмов. — Не хочу даже вслух говорить! На штатном языке в списке оборудования оно значится как «универсальный приёмный шлюз тип микро Эс-А»! — Ну извини, стандарт пока вмонтировать нет технической возможности! — раздражённо-саркастично отрубил медик. — Что тебя не устраивает? Размер? Или пропускная способность? — Его наличие! Убери его из меня!!! Рэтчет посмотрел на генерала в упор. — Он тебе мешает? — Нет, но… — Гривус смешался под слишком пристальным взглядом. — Обьясни мне, Искра моя, — вкрадчиво поинтересовался медик, склонившись над взъерошенным, взбешённо блистающим глазами генералом. — Почему я должен демонтировать у тебя одну из важнейших систем твоего жизнеобеспечения? Я бы ещё отчасти понял такое желание, если бы у тебя функционировал верхний топливоприёмник… Но у тебя его просто нет! А на одном органико-энергонном конвертере ты далеко не уедешь. Полчаса боевого режима и сдуешься, как замороженный скраплет! Это всё равно, что удалить у тебя лёгкие или желудок, смекаешь? Сейчас твои баки почти пусты. В них было немного энергона, который я залил в тебя перед включением. Но ты его почти весь израсходовал в бою с инсектиконами. И часть его постоянно уходит на поддержание систем активными, ведь у тебя нет Искры, только резонирующие контуры, стабилизирующие структуру кибертрониума. Эти контуры считывают твоё биополе и резонируют в той же частоте, в какой бы работала твоя Искра, будь она у тебя. Так вот, довольно скоро наступит такой момент, когда ты должен будешь заправиться. Через этот самый шлюз, — Рэтчет, хмурясь, оперся на стол. — Ты это сможешь сделать самостоятельно, а можешь воспользоваться помощью любого из автоботов базы. Второй способ, не исключено, тебе понравится больше, — док даже позволил себе смягчить выражение фейсплейта. — Выбор только за тобой. — Я не представляю, как это можно сделать самому себе, — с плохо скрываемым отвращением проговорил калиш. Воображение нарисовало ему нечто, напоминающее унизительную медицинскую процедуру. — Ты не мог его вмонтировать… в какое-нибудь другое место? — Прости, но нет, — Рэтчет скрестил манипуляторы, хмурясь. — Во-первых, корпус был выращен. По кибертронскому КНК. Все системы в нём занимают ровно те места, какие положено. Ты же не хочешь себе джампер на лбу, правильно? Генерал издал злобное низкое рычание и закашлялся. Нет, такой радости ему тоже было не нужно. — А во-вторых, заправить тебя очень просто. Через специальный вводный шланг. Да и джампер, в принципе, может переключаться на реверс, — снисходительно добавил док, заставив Гривуса пережить ещё один шокирующий разрыв шаблона. — Как топлива, так и энергии. — Так почему бы не… — начал он, он был перебит. — Потому что оба эти способа долгие, неудобные и могут доставить дискомфорт. Джампер всё-таки инструмент функции вывода, а не ввода, — Рэтчет спокойно рассматривал генерала. — Но, как я понимаю, у тебя проблема скорее психологического плана. Гривус не нашёл, что ответить, и просто кивнул. Ярость ушла, оставив после себя неопределимое послевкусие из смеси стыда и растерянности. Давненько ничего подобного генерал не испытывал, даже ещё будучи командиром повстанцев на Кали. Особенно после того, как док заявил, что рано или поздно придётся заправляться через… это место. С точки зрения нормального биологического существа это звучало как «принимать пищу извращенным способом», но, судя по реакции Рэтчета, способ был самым обычным. — М-да… — док с усилием потёр пластинку на подбородке и надолго замолчал. Жестом показав генералу, чтобы тот вернулся на мед-платформу, Рэтчет некоторое время ходил по медбэю, о чём-то напряженно размышляя. Спустя некоторое время он глубокомысленно изрёк: — Тебе нужен кто-то, кто позволил бы тебе раскрепоститься. Принять себя. Таким, какой есть. Я бы сам тебе попробовал помочь с этим делом, но увы, слишком занят. Да и к тому же не настолько дипломатичен, чтобы оказать тебе реальную психологическую помощь… Гривус угрюмо молчал. — Хм! — док щелкнул пальцами, замерев посреди помещения. Промелькнувшая идея ослепительно блеснула в его воображении белыми полированными боками, обещая убить минимум двух скраплетов одним залпом. — Я знаю, кто сможет тебе помочь. Уилджек. — Уилджек? — переспросил генерал, округляя золотые очи. — Нет, Рэтчет, не стоит. Правда. Не нужно никого привлекать. Если припрёт, я уж лучше приду к тебе, и ты поможешь мне… кхм… заправиться медицинским способом. — Как скажешь, Кимаен, как скажешь, — однако выражение фейсплейта Рэтчета при этом было каким-то подозрительно воодушевлённым. Покидая медбэй, калиш не мог отделаться от ощущения, что кто-то где-то всё-таки уронил мыло.