Даварг.

      Ралок резко открыл глаза и сел на постели, устало вытер стекающий пот с лица и вздохнул. Вот уже несколько недель они летят к Земным колониям, чтобы забрать десять человек, дань землян за их источник энергии. Десять человек, которых они увезут с собой на свою планету, Даварг, в качестве супругов.       Их огромная, зеленая планета, их родной дом, оказалась не так щедра к своим детям– даваргам, как к остальным обитателям. Если к флоре и фауне она была добра, как может быть добра самая заботливая мать, то к даваргам она оказалась сурова и безжалостна. Многие столетия закрытая внешнему миру планета, жестоко платила своим детям за их погоню за „чистотой крови“. Если все остальные расы, населявшие их великую галактику, уже давно успели смешаться, размывая границы и смешивая гены представителей различных рас, то даварги, всегда стремившиеся постичь идеальную чистоту своей расы, жестоко платили за это. Ученые планеты вовремя успели заметить вырождение расы и забили тревогу. Но правительство, под натиском „блюстителей чистоты крови“ и высшими представителями расы, не желало воспринимать опасения ученых мужей всерьоз и границы планеты оставались закрыты для других рас, как и оставались под запретом межрасовые браки. Но когда из ста оплодотворенных яиц вылуплялось лишь с десяток, а из этих вылупившихся выживало в лучшем случае половина, высшие чины схватились за головы и стали искать выход. Вот тогда-то ученым и пришла в голову идея „влить свежую кровь“ в расу даваргов. После тщательного расследования, проведенным „блюстителями чистоты крови“ и проверки-перепроверки всех возможных вариантов, было дано добро на межрасовые браки. И тут уже политики вступили в игру. Во все части галактики были разосланы договора. В каждом из которых Даварг предлагал другой стороне одно из самых больших богатств своей планеты: источник энергии, а в замен другая сторона отдавала десять своих молодых, физически здоровых, особей в качестве супругов. Когда на кону стояло существование их расы, цена значения не имела, поэтому расам, так сильно ломтящим за этот источник энергии, хрупкие кристаллы, произрастающие лишь на территории Даварга, была дана возможность получить желаемое. Естественно, что мало кто отказался от подобного дара судьбы.       И вот, после заключения договоров, несколько огромных военных кораблей летят в различные точки галактики, везя на своем борту по сотне лучших даваргов, сильных воинов, тех кто способен передать будущему поколению сильное ДНК. Они прошли специальный отбор, негодных жестко отсеивали еще в начальных турах. Выдержали множество тестов: на чистоту крови, физическое и психическое здоровье, чтобы попасть на эти корабли. Они оказались надеждой их расы.       Ралок сердито сдернул тонкое одеяло и потянулся с хрустом. Стоило ему только ступить на корабль и кошмары вновь стали его мучать.       Даварги была одна из тех рас, которые предпочитали оставаться на своей планете. Не то чтобы они боялись летать, просто холод космоса, его безмолвная и черная пропасть очень сильно давила на психику даваргов, проникая в самую их душу, вледеняя ее, обхватывая сердце своими холодными щупальцами и сжимая: до боли, до удушья, до темных кругов перед глазами. Сильные, могучие воины, доказавшие не раз всей галактике свое бесстрашие, силу и храбрость, оказались бессильны перед одиночеством космоса. Жизненный уклад расы даваргов был одной из причин этому. Эта раса жила огромными семьями-колониями или кланами, где каждый член семьи был на виду, рядом. Их дома простирались на огромные расстояния, напоминали бесконечные лабиринты, в которых можно было заблудиться. Родители с трепетом и любовью растили своих чад, ведь дети были самым большим богатством кланов. А те в свою очередь, обзаводясь семьей, пристраивали свой дом к уже имеющемуся, постепенно добавляя к нему все больше и больше комнат. Вот так и получались небольшие городки-домики, где каждый член клана, будь то даже седьмая вода на киселе, находил приют и подслон. Естественно, что в таких домах невозможно было остаться надолго самому, да и даварги не горели желанием быть в одиночестве. К тому же флора, и фауна планеты не предрасполагала к одиночным прогулкам. С самых ранних лет они старались как можно сильнее и прочнее привязать к себе : своих детей, партнеров и родных. В ход шло все: будь то запах, вкус, прикосновения, чувство комфорта и защиты. Поэтому то и не любили летать даварги в космосе, ведь это надо всю родню до десятого колена с собой тащить, а редко кто из даваргов может решиться на путешествие, предпочитая защиту стен родового дома, опастностям дорог.       Многие же, кто все же решался покинуть стены дома, чтобы не сойти с ума от одиночества, заводили себе домашних любимцев. Те же, кто по какой-то причине не мог этого сделать, предпочитал искать общество, или других разумных или же себе подобных. Хотя даварги и жили большими семьями, они редко подпускали кого-нибудь не из семьи достаточно близко к себе, поэтому и случаются нервные срывы у таких особей от тактильного голода. Ведь для даварга невозможность коснуться другого близкого ему существа, вдохнуть его запах, почувствовать биение его сердца, его вкус, его тепло - это самая страшная пытка. Поэтому в основном в космос летят всей семьей или уже устоявшимися парами, чья связь очень крепка.        Но не и в этот раз. В этот раз корабль полон одиночек, сотня воинов летит в надежде найти свою вторую половину. Сотня. Из них только у десятерых есть шанс вернуться домой с супругом. У остальных, лишь призрачная надежда на то, что тактильный голод не сведет их с ума раньше, чем они вернуться на свою планету.       Ралок был как раз одним из этой сотни. После немыслимых испытаний, множественных тестов, его кандидатура на роль жениха была одобрена.Но Ралок не питал особенных надежд, он был уже не в том возрасте, чтобы верить в чудо. На этом корабле было слишком много других: более привлекательных воинов, более молодых и сильных. Не ему, прошедшему огонь Межгалактической войны, видавшему ее неприглядную сторону, тягаться с ними. Хотя никому не говорили как будет проходить выбор супругов, но Ралок знал, что если у людей будет право самим выбирать, то определенно выбор не упадет на него. Еще до войны он не был красавцем, а после нее и говорить не о чем. Множество шрамов никого не украшают, а Ралок может похвастаться лишь ими, да медалями полученными на войне.       Даварг быстро оделся и вышел из каюты, сегодня ему уже не уснуть. Медленно бродя по коридорам корабля, он сам того не желая, очутился на смотровой площадке. Перед его взором предстал бескрайний космос, поблескивающий сиянием безразличных, ко всему живому, звезд. Ралок вздрогнул и поежился, мысленно ругая сам себя. Именно здесь одиночество ощущалось сильнее всего и тактильный голод дал о себе знать, выкручивая суставы и пробираясь до самых костей, заставляя мелко дрожать и задыхаться. Необходимость от присутствия живого существа отозвалась тупой болью в теле, затуманивая сознание и рисуя причудливые миражи. Ралок из последних сил развернулся и не помня себя, ринулся прочь от холодного сияния звезд.       Не разбирая дороги он несся вперед и вперед.Тяжело толкнул дверь и ввалился в просторное помещение столовой, где были такие же как и он, даварги, которые почувствовали необходимость от присутствия другого живого существа рядом. Они стояли сбившись в кучку и стыдливо пряча глаза, грели озябшие руки о дымящиеся чашки с горячим отваром. Сильные и смелые воины не могли признаться перед собой в своей слабости, и в надежде отогреть горячим напитком замерзающие, без присутствия близкого им существа, души, толпились в столовой. Ралок мысленно подобрался и выбрав чай из автомата, с независимым видом сел немного в стороне ото всех. Нечего давать этим сосункам повод посмеяться над ним, они и так недоумевают, почему он здесь.       Наконец-то их корабль достиг цели и после стыковки корабля с одной из орбитальных станций Земли, после двухчасовой проверки, им позволили покинуть его. Земля уже давно была закрыта для посещений, да и кто в здравом уме захочет посетить планету на которой идут кислотные дожди, а лучи Солнца настолько губительны, что сжигают все живое. Поэтому люди уже давно покинули свою планету и заселились в ее многочисленных колониях и орбитальных станциях.        Посольство даваргов, состоящее из двух послов и сотни женихов, встречали двое людей в коричневой робе на отдельной платформе, огороженной от основного зала прочным стеклом, способным выдержать не один удар лазера. Двое встречающих представились как Сик и Ленз, проводили их в специально отведенную для этого случая комнату, в которой сидели десять человек плотно укутанных в серые балахоны, скрывающие их от макушки до пяток. – Почему вы их скрываете?- строго спросил на всеобщем седовласый даварг, являющийся первым послом.– Хотите подсунуть нам негодных? –Нет, нет! Что, вы?- залебезил невысокий, тучный посол Сик, нервно бегая глазами.- Просто явно им еще не сказали, что они могут уже их снять.- подбежал и что-то тихо зашипел людям, те вздрогнули и нехотя сбросили балахоны.              Десять молодых юношей, в возрасте от восемнадцати до двадцати двух лет, крепкие, стройные, красивые предстали перед даваргами. – Вот их карты. Можете убедиться, что они полностью здоровы.- облизнул губы земной посол, протягивая планшет с данными даваргу. Тот взял его и принялся тщательно изучать отчет даваргских врачей о здоровье людей. Ведь это был один из пунктов договора, если даваргский врач не одобрит кандидатуру, то договор будет расторгнут, даваргам были не нужны больные и калеки. Только после тщательного изучения их карт посол позволил впустить воинов, стоящих под дверью, внутрь.       Люди, увидев такое множество инорасников, побледнели, кто-то тихо упал в обморок, а кто-то с силой вцепился в своего товарища по несчастью в попытке совладать со своим страхом.       Анико недовольно скривился, когда рука соседа с силой сжалась на его запястье и стал во все глаза рассматривать вошедших. Ну, что он мог сказать? Даварги, как даварги: все высокие, не меньше 190 см.; широкоплечие; поджатые; смуглокожие; узколицые; с тонкими ноздрями и бледными губами; острыми прижатыми к голове ушами; длинными волосами заплетенными в множество косичек; подвижным как кнут хвостом; и с мощными руками, украшеными черными когтями. Анико видел зверей и пострашнее даваргов, даже на их небольшой планетке-колонии №А 36, есть особи по-опасней этих воинов. Хотя он очень радовался, что его сестра Атала не видела их, она бы точно в обморок упала. Хорошо, что земляне не отдали девушек, уж очень ценились земные женщины людьми, мало их в последнее время рождалось. Его сердце сжала тоска по сестре и он грустно вздохнул, мотнул головой отгоняя образ Аталы, его близнеца.       Когда на их планету пришла весть о заключенном договоре с Даваргом и о необходимой плате, за такой нужный землянам, а точнее ее политикам, источник этергии, Анико лишь презрительно хмыкнул на это. Ему и в голову не могло прийти, что он будет одним из тех несчастных, которые будут разменной монетой в этой сделке. Анико уверенный, что это не коснется его мира и его самого, продолжал вести свою размеренную жизнь: как обыкновенно выходил на охоту, а долгими вечерами мечтал, как соберет достаточно жетонов и сделает предложение красавице Лоре, по которой сохло половина парней их городка.Поэтому, когда в их дом постучал судебный исполнитель с конвоем, парень никак не мог поверить, что судьба так жестоко посмеялась над ним. Естественно его родителям был предложен выход из ситуации, но у них не было столько жетонов, чтобы выкупить жизнь их сына и вот поэтому Анико сейчас здесь, среди других, таких же как и он несчастных, отданных на милость даваргов.       Анико всегда был не в меру любопытным, поэтому когда в новостях только заговорили о даваргах, он стал рыться в сети в поисках инфорцации об этой довольно закрытой расе, жадно поглощая и те малые крохи информации, которые успел найти. Сейчас же парень с замирающим сердцем смотрел на тех о ком он читал легенды. – Канг, как определим кто кого получит?- шепотом спросил молодой даварг более опытного. – Жребием, Зугар! Жребием!- устало вздохнул старый посол и принялся рыться в своем планшете.– Значит так!- обратился он уже к остальным.– Здесь занесены все ваши имена,– и показал планшет,– каждый человек по очереди будет подходить ко мне и нажимать на красную кнопку. Система в это время будет перемешивать имена, на каком имени остановиться, тот и получит человека, так у всех есть равный шанс.- сказал Канг и нажал ярко красную кнопку, мигающую на весь экран планшета, затем повернулся и протянул его первому человеку.– Когда решишь, жми! Невысокий, светлокожий паренек испуганно бросил взгляд на своих товарищей. – Долго мне еще ждать?- резко спросил Канг.– Поторопись, ты тут не один такой! Парень вздрогнув и зажмурив глаза, ткнул наугад. Посол повернул планшет к себе и громко зачитал имя. От воинов отделился один из даваргов и подошел к пареньку, несмело улыбнулся, обнажая два ряда острых клыков. Паренек испуганно сжался и икнул. – Отойдите в сторону и не мешайте остальным!- строго отчитал их Канг. Даварг молниеносно схватил того за руку и утащил в сторону ото всех. – Следующий!- с ленцой сказал посол, протягивая планшет очередному человеку.              Наконец подошла очередь и Анико нажимать на кнопку. Мысленно помолившись всем существующим и выдуманным богам, он нажал. – Ралок из клана Серебристых.- безразличным голосом возвестил посол. А Анико уставился во все глаза на своего даварга. О! У него было на, что посмотреть: чуть шире остальных в плечах, высокий, с легким серебром седины в волосах, никак его не портившим; возле иссиня-черных глаз, без белка, с тонким, вертикальным, красным зрачком, пробегал ряд мелких чешуек, с серебристым отливом. С кривыми шрамами пересекающими вдоль и поперек лицо воина. Он был прекрасен какой-то дикой, первобытной красотой. Анико нервно сглотнул ком, ставший в его горле, стоило ему только увидеть экономную, плавную походку первозданного хищника. Руки парня зачесались, так хотелось дотронуться до этого создания, пощупать, потискать, убедиться, что он не мираж, что Анико с трудом себя сдерживал.О, если бы он был на охоте, то парень с удовольствием бы „поохотился“ за ним, ведь такой трофей будет гордостью для любого охотника, а Анико был им до мозга костей.       Ралок вздрогнул от неожиданности, когда услышал свое имя и никак не мог поверить своей удаче. Неужели Великий Космос решил смилостивиться над ним и вознаградить его за все страдания и боль, полученные во время войны. Он шел медленно, осторожно, словно крался к своей добыче, боясь спугнуть человека и в тоже время желая получше рассмотреть нежданый подарок судьбы. Даварг жадно обводил взглядом стройную, гибкую фигуру парня, подмечая: и длинные ноги, узкую талию, и широкие плечи, и тонкие запястья и овальное лицо в обрамлении непослушных, кудрявых волос, цвета лучей Солнца землян, и лучистые карие глаза, заинтерисованный взгляд и пухлые, ярко-красные губы. Поистине прекрасный подарок! И что самое интересное не боится ведь, не дрожит, не бледнеет от страха, а открыто смотрит, с любопытством, словно ласкает взглядом, словно хочет отложить его образ в памяти, запечатать. Остановился рядом с парнем Ралок, хищно носом воздух втянул, чтобы запах его почувствовать. Нежным ароматом цветов с легким привкусом пота и мускуса повеяло от человека. Довольно рыкнул Ралок, ему нравиться, что человек его не боится, что не идет от него удушливый запах страха, как от остальных людей. Сильно сжал руки даварг, сдерживая себя, чтобы не схватить резко парня, не вжать его в себя, не хотел он пугать человека. „ Терпи, Ралок! Покажи свою выдержку!- твердил сам себе на ум даварг.- Войну прошел! Неужели до ночи дотерпеть не сможешь?!“ И терпел Ралок, зубами скрипел, пока других выбирали, пока послы друг перед дружкой кланялись. Хотелось дотронуться до человека, погладить, потрогать, да сдерживался Ралок, не хотел он свое чудо потерять. „Если надо зубами и когтями извоюет свое счастье Ралок! Никому не отдаст!“- так он решил, на парня искоса поглядывая.       Наконец-то пришла и ночь, послы давно уже подписали все бумажки, даварги давно успели вернуться на корабль, вместе с людьми. Канг обвенчал парочки по традиции даваргов, смешивая кровь молодых с медовым вином и давая испить им чашу. Не поморщился Анико: ни когда его руку тонким ножом резали, ни когда из чаши пил. Не долог был их праздник, быстро ушли новобрачные в свои покои, не желая глаза мусолить одиночкам. Когда пришла очередь уходить, подхватил под локоть Ралок парня и нежно повел его в сторону каюты, тут неожидано отделился от толпы одиночек один из воинов и грозно шипя бросился на Ралока с обнаженным кхопешем(1). Если бы не ловкость и военный опыт даварга, то упал бы трупом он к ногам человека. Да вот успел, увернулся воин от подлого удара, толкнул Анико к стене из-под удара уводя, сам перекувыркнулся, встал в стойку, обнажил кинжалы и острые зубы в хищном оскале и зашипел, почище гадюки. Дернулся от неожиданности его противник, да не собирался отступать, описал восьмерку оружием, красуясь и когда уже было хотел кинуться на Ралока, подхватили его двое под руки и уволокли, упирающегося в карцере закрыли, от греха подальше. Зугар и Канг лично подошли и извинились перед человеком, пожал плечами Анико, принимая их извинения, да и спрятал незаметно свой охотничий нож, который вытащил во время заварушки. Но Ралок успел это заметить, еще он увидел, что нож человека куда шире их тонких кинжалов, куда массивнее. Понравилось даваргу, что его супруг не из трусливых, не убежал, а возле него встал, нож обнажил, с таким мужем можно спина к спине драться, никакие враги не страшны будут. Довольно улыбнулся воин и хвостом вильнул, ласково по спине мужа им повел, да и в каюту его свою затащил побыстрее, а то мало ли, вдруг еще кто-то захочет его „добычу“ отобрать.       Огляделся Анико, понравилось ему в каюте, ничего, что тесновата. „ В тесноте, да не в обиде!“- подумал парень, да и плюхнулся на узкую койку, довольно вздохнул, на локтях приподнялся и посмотрел на мнущегося в дверях даварга. А Ралок стоит ни живой ни мёртвый, смотрит на свое сокровище и вздохнуть боится, вдруг испугает, вдруг поранит, или обидит. „ " Надо было что-нибудь про людей прочитать!“- думал даварг, с ноги на ногу переминаясь. – Ну, давай знакомиться!- весело сказал парень даваргу.- Меня зовут Анико! – Ралок!- тихо ответил воин. – И чем займемся, Ралок?- хитро спросил парень. – А чем хочешь?- пожал плечами даварг, неторопливо подходя к кровати и садясь на самый ее краешек. – Сядь поближе!- бросив хитрый взгляд из-под ресниц сказал Анико.- Или боишься, что укушу? – Не укусишь!-ответил тихо Ралок.- У тебя зубы короткие! Откинул голову Анико и заливисто засмеялся. – Надо же и зубы мои успел увидеть!- удивился он.- Что еще успел? – - Много чего!- пожал плечами даварг, незаметно, как ему казалось, подсаживаясь к человеку. Скосил хитро глаза на даварга парень, заметил его маневр и когда воин подобрался достаточно близко, резко прижался к нему и поцеловал его в губы. Удивился Ралок, захотелось ему сжать в объятьях парня, сильно сжать, да никуда не отпускать, так сильно было это желание, что испугался даварг его. Он, Ралок, ого-го какой, в нем силы не меряно, может голыми руками на пополам противника разорвать или хребет переломать, он с многими расами воевал и многих убивал, разрывая на части когтями, и враги его были по-крупнее и по-сильнее Анико. Испугался даварг, что может навредить супругу нечаянно, не привыкли его руки к нежности, не умеют ее дарить, да и учиться наверное уже поздно, и осторожно оттолкнул его, а сам опрометью бросился вон из каюты. Удивленно посмотрел Анико в след убегающему воину, да и пожал плечами: кто их знает инопланетников, может он сделал, что-нибудь запрещеное по их меркам? Встал с кровати и стал обустраиваться на ночлег, справедливо рассудив, что никуда от него его воин не денется, а когда тот вернется, то он успеет его обо всем расспросить подробно, а сейчас лучше всего ему лечь спать, день все же был тяжелым.