Возвращение из тьмы

Эта ночь была по-особенному холодной и темной. Густые сумерки опустились на город. Небо заволокла пелена из черных непроглядных туч. Шквалистый ветер с дикой ярость и злобой рвал ветви деревьев. Их стволы прогибались дугой в безмолвном молчании, словно кланялись незваному гостю. Сорванные листья кружились в воздухе в своем печальном вальсе. Падая на мертвенно-ледяной асфальт, они затихали навсегда. Все живое как будто испарилось, ожидая чего-то плохого. Надвигалась буря. Не смотря на вой ветра, в воздухе стояла угнетающая тишина. Посреди дороги на мокром асфальте лежала Кэтрин Пирс. Она была белее первого снега в декабре. Ее кожа была мертвенно-бледной и ледяной словно фарфор. Лицо брюнетки обрамляли густые темные кудри, раскинувшиеся по асфальту. Побелевшие губы были слегка приоткрыты, а глаза сомкнуты, будто она уснула. На ней были одеты какие-то потрепанные лохмотья, что даже одеждой назвать было трудно. Весь вид девушки давал понять, что она мертва, но только слабое, еле слышное дыхание выдавало её. Кленовый лист, кружась в воздухе, бесшумно упал ей на лицо. И в тот же миг Кэтрин резко сделала вдох. Дыхание было прерывистым и сбивчивым. Внутри слышались хрипы с каждым ее новым вздохом. Она попыталась успокоиться и собраться с мыслями, но у нее это плохо получалось. Немного придя в себя и успокоившись, Кэтрин с трудом, но все же открыла глаза. Сначала у нее все плыло перед глазами и казалось, что ее окружает лишь кромешная тьма, но вскоре она уже могла увидеть ночное небо, покрытое тучами, заслонявшими собой яркие звезды. В воздухе пахло дождем. Кругом была тишина, но все же где-то раздавались отдаленные крики птиц. Всем телом она ощущала леденящий холод. Прощупав под собой поверхность, она поняла, что, скорее всего, лежит на холодном асфальте. Что-то капнуло сверху на нее. Потом еще раз, и еще. Заморосил мелкий дождь. Кэтрин съежилась от холодных прикосновений. Она попыталась встать, но у нее не получилось. Все тело жутко болело, будто все кости ломали раз за разом. Со второй попытки ей все же удалось сесть. Это было для нее уже победой. Девушка огляделась вокруг и поняла, что раньше она никогда не была здесь. Но тут Кэтрин охватил ужас. Она не помнит не только это место, она не помнит ничего вообще. Ни как тут оказалась, ни своего прошлого, ни кто она сама. Паника с молниеносной скоростью накрыла ее. Полный провал в памяти, делал ее уязвимой, заставляя с ужасом сжиматься от каждого звука и шороха. Девушка решила, что если немного пройдется, то может быть вспомнит хоть что-то. Кое-как встав, Кэтрин пошла вдоль дороги. Она то и дело спотыкалась и чуть не падала. Её всю трясло от холода и страха. Босые ноги не уверенно наступали на мокрую поверхность. С каждым шагом боль только нарастала. Девушка больше не могла терпеть и решила осмотреть себя. На ней был одет какой-то очень старый кусок ткани, покрывающий все ее тело до пят. Ткань быстро промокала и впитывала в себя влагу. Кэтрин засучила мокрый рукав и только сейчас заметила, что вся ее рука была покрыта глубокими порезами, которые к тому же кровоточили. То же самое было и на другой руке. Все её тело ныло от боли и многочисленных кровоподтеков. К горлу подступила тошнота, и она не заметила, как наступила на что-то острое. От боли девушка пошатнулась и, не удержав равновесие, упала. Тут же что-то в районе живота с нарастающей силой заболело. Девушка вскрикнула от нахлынувшей боли внутри нее. Она медленно порвала клочок ткани и ощупала кожу вокруг живота. Глубокий порез кровоточил с левой стороны. Что-то мелькнуло в подсознании девушки. Всплыли забытые воспоминания. Родное лицо до боли знакомое. Поцелуй. И нож, вонзившийся в нее. — Стефан, — вымолвила девушка охрипшим голосом. И тут же вспомнила все. Вспомнила кто она. Она — Кэтрин Пирс, и она выживает любой ценой, даже если ей придется пойти по трупам. Она вспомнила и последнее, что видела, как тьма забрала ее. Теперь все складывалось в определенную картинку. Она в аду. И все это уже с ней происходило. Раз за разом. Менялась лишь обстановка, а все остальное оставалось прежним. Весь её ад состоял из бесконечных жутких иллюзий, где каждый пытался сделать ей как можно больнее. И всегда они были настолько реальны, что она действительно верила в них, но в конечном итоге она ошибалась и проваливалась в новую иллюзию. То, что ей казалось таким настоящим, рушилось в одно мгновение. Стефан, Деймон, Елена, Клаус, Элайджа, Надя и даже ее родители преследовали ее повсюду, мучили ее морально, заставляя ее страдать снова и снова. Это продолжалось, как казалось бесконечно. Иногда она даже верила, что все закончилось, и она вернулась обратно, но все ее надежды рушились как карточный домик. Временами она хотела забыть себя, кто она такая и что с ней случилось, но воспоминания возвращались вновь и вновь, истязая ее. Вот и сейчас находясь черт, знает где, Кэтрин понимала, что это все — очередная иллюзия, в которой кто-нибудь причинит ей боль, а когда она не сможет больше терпеть, иллюзия разрушится и ее сменит новая, более ужасающая, чем предыдущая. Но в этой иллюзии было, что-то не так. Никто не пытался причинить ей боль, да и дождя и ветра никогда не было в ее иллюзиях. Лишь опустошающий, ледяной мрак. Она все чувствовала и ощущала как-то по-другому. Ее телесные ранения болели так, словно она была человеком. В иллюзиях такого никогда не было, все физические пытки ощущались ей скорее больше морально, чем физически. Словно кто-то вонзал нож в ее душу, а не в тело. Кэтрин не могла понять, что не так. Вдруг к ней подбежала промокшая до дрожи бездомная собака. Она жалобно скулила и смотрела на Кэтрин, прося еду. В ее глубоких черных глазах Пирс видела отражение себя. Такая же жалкая, одинокая, ни кому не нужная, как эта собака. К глазам быстро подступили слезы. И Кэтрин не могла больше сдерживаться. Все, что она так долго держала в себе, обрушилось на нее. И уже не было смысла притворяться и лгать самой себе. Она проиграла. Проиграла своему двойнику, проиграла своим врагам, проиграла смерти. Она так долго боролась, лгала, убегала, обходя смерть. Все было зря. В конечном итоге, она лишилась всего. Потеряла саму себя, став монстром, не заслуживающим прощения и покоя. Она уничтожила все хорошее, что у нее было. Её единственная дочь умерла из-за нее, пока она пыталась добиться любви Стефана. А все ради чего? Чтобы быть любимой им? Или осознание того, что он никогда ее по настоящему не любил, уязвляло ее эго? Как бы там ни было, она сама все разрушила между ними и теперь осталась совершенно одна. Она потеряла даже свою жалкую жизнь из-за зависти к своему двойнику. Теперь она ничто и никто, и за все свои ошибки она будет вечно гореть в этом аду. Ведь, в конце концов, за все приходится платить. Кэтрин лежала на мокром асфальте и тихо плакала. Внезапно появился луч света. Он медленно приближался к Кэтрин. Петрова зажмурилась от яркого света. Где-то в глубине ее прогнившей души появилась надежда. Надежда, что возможно, она сможет все-таки обрести покой. Послышалось гудение, а свет все ближе приближался к брюнетке. Кэтрин прикрыла глаза, ожидая своей участи. Но это лишь оказался искусственный свет от фар машины, а не желаемое успокоение. — О, боже! Вы живы? — спросил испугано мужской голос. Перед собой Кэтрин увидела невысокого мужчину в пальто. — Что с вами случилось? На улице жуткий ливень, вы можете заболеть, — взволновано лепетал мужчина, осматривая девушку. — Я не знаю, — все, что могла произнести Кэтрин. — Не беспокойтесь, я работаю врачом, сейчас я помогу вам. Мужчина осмотрел раны Кэтрин и решил отвезти ее к себе, чтоб обработать раны. Он бережно взял брюнетку на руки и усадил на переднее сидение. Пирс не могла понять, почему этот мужчина к ней так добр. Она скорее ожидала, что он ее порежет, изобьет, обвинит ее во всем ужасном, что она совершила, но никак не поможет. Это было странно. Мужчина представился Алексом, много болтал и что-то спрашивал у нее, пока они ехали. Но Кэтрин пропускала мимо ушей всю болтовню. Все было слишком реально, чтобы быть её очередным кошмаром. Она вернулась. Кэтрин это почувствовала с пришедшим к ней облегчением от признанных ошибок. Больше не было груза из горечи и сожалений, она освободилась от него. Они проехали знакомую табличку с надписью: «Добро пожаловать в Мистик-Фоллс». Кэтрин с трудом в это поверила. В этом городе с ней так много всего случилось. Она влюбилась, нажила себе кучу врагов, снова стала человеком, нашла свою пропавшую дочь, потеряла ее, вновь и вновь обманывала смерть, но в итоге все равно умерла. Не смотря на все случившееся с ней, её все равно тянуло в этот город. Алекс жил в Мистик-Фоллс и оказался очень добр к ней, предложив пожить у него, пока ее раны не заживут. Кэтрин хищно ухмыльнулась. Она действительно вернулась обратно. Не понятно, как и почему, но теперь она не упустит своего шанса. Она снова станет вампиром. Отключит все чувства и эмоции, наплевав на все свои принципы, и уж тогда она зальет Мистик-Фоллс кровавым ливнем, отомстив всем, кто причинил ей боль. А пока она будет играть роль бедной сиротки, потерявшей семью в жутком пожаре и ждать, когда придет ее час мстить. Ведь как бы то ни было, она все та же Кэтрин Пирс, и она выживает. А теперь даже аду её не сломить.