Воссоединение семьи

Здесь не важно, кем ты был раньше, нет правил и ограничений. Ты можешь изменить историю своей жизни, можешь стать кем-то другим, никто тебя не осудит, в реальном мире никто даже не узнает. Сдерживаешь себя только ты сам…

      Послышался скрип двери. Все замерли в молчании и ожидании, смотря прямо на неё. Взгляд опускается вниз. Уверенным шагом кто-то заходит, и первое, что виднеется, — это армейские берцы.       Берцы. И по ним уже можно сказать многое. Шнуровка, впрочем, как и чистота, до тошноты лишняя и неуместная, прямо-таки кричали о высоком военном статусе хозяина. Его походка, немного хромая на левую ногу, вероятно, свидетельствовала об участии вошедшего в военных действиях.       Взгляд непроизвольно прокрадывается вверх, будто боясь пришельца. Это был мужчина средних лет, отпустивший усы «щёточкой», которые, впрочем, не пропустила коварная седина, заодно прибрав к себе и ровно половину волос, находившихся на голове, создавая комическое сходство с худощавой жадной дамой из «101 далматинца».       Его глаза цвета выгоревшей зелени как рентген изучали каждого присутствующего. Ему было довольно интересно, кто же снова забрался к нему в убежище. Только лишь мужчина перестал ставить ловушки, которые годами не приносили никакой пользы, и вот тебе: получай сюрприз.       — Что вы делаете в моём доме? — повторил грубый голос.       Никто не мог понять, что происходит. И что, они снова попали в какую-то передрягу?       — А что с Гленном? — спросила Элеонора и встала с места.       Военный небрежно окинул её взглядом, успев при этом за несколько мгновений изучить её, как повидавший какие виды криминалист лежавший перед ним труп. Заметив периферией зрения плеснувшую в его сторону тихую ненависть, он полностью развернулся к ней, не сводя глаз, откровенно провоцируя. Но девушка гордо и стойко перенесла самолюбивые замашки старевшего воина.       — В одном очень интересном месте. Хочешь, покажу?       Его лицо исказило подобие усмешки, которая, впрочем, была похожа на застывшее выражение так и не чихнувшего человека; а рот обнажил оскал золотых зубов. Это делало его тошнотворно похожим на русского полудикого разбойника с большой дороги.       Дин, услышав эту реплику, нервно задёргался:       — Я тут новый пистолет нашёл. Хочешь, покажу, как я с ним обращаюсь?       Провокация в ответ на провокацию — не лучшее начало разговора с хозяином дома, в котором находитесь ты и твои друзья. Но, как говорится: слово не воробей.       — Нам не нужны неприятности, — начал Рик, и сразу же все взгляды обрушились на него.       Сэм и Дин смотрели прямо на этого военного, а вдруг он что-нибудь натворит и потом будет не до шуток. Но их намного больше и они смогу победить его, но это сейчас не важно. Главное узнать, что же произошло с Гленном. Этот человек его и правда убил?       Снаружи не слышно ни одного звука, даже ходячие не проходят мимо, и это довольно странно. Похоже, этот старик угребёхал немало времени на обеспечение такого уровня безопасности в этом месте, но все же группа Рика пробралась к нему. Надо менять тактику.       — Мы просто спокойно уйдём и ничего не сделаем, хорошо? — более дружелюбно и спокойно говорил Рик, чтобы как можно более деликатно выйти из этой чересчур уж неловкой ситуации, а то куда ещё больше проблем может свалиться на их головы. — И да. Что с Гленном? Ты его убил?       Старик молчал. Тишина так и проникала вглубь, некоторые уже не могли её сдерживать и ждать ответа человека, который спокойно стоит перед ними. Ответ как воздух был необходим выжившим, но старикан, видимо, чувствовал это: его ухмылка застыла на лице, словно бетон.       — Хм, как тебя зовут, сынок? — спросил его военный, не спуская глаз с Рика.       Ему было настолько интересно его имя, что хочет убить Граймса и написать на надгробной плите «Здесь покоится Рик» или что-то подобное?       — Рик, — сухо сказал он.       — Знал я когда-то одного Рика, но он умер.       Голос фарфоровым лезвием рвал в клочья надежду на нормальное разрешение этой ситуации. Это что, был намёк? Усмешка? Издевательство? Чего он хочет этим добиться? И какими способами?       Рик покосился на него, показывая, что лучше так больше не говорить.       — Мы сейчас уйдём и оставим всё так, как было, — Рик не спрашивал, он утверждал.       — Нет, — прогудел старик.       На втором этаже здания послышался грохот падающего тела и стоны. Дин и Сэм, как по команде, отодвинули дедулю в сторону и взбежали вверх по лестнице.       Второй этаж выглядел ещё хуже первого. Везде была паутина, до такой степени длинная, что можно было из неё парашюты шить; пыль толщиной в кулак. Неудивительно, что здесь люди пропадают.       — Нам бы самим отсюда выбраться, — почти синхронно сказали братья, словно прочитав мысли друг друга.       И тут, как по сценарию дешевого малазийского боевика, обоим молодцам-удальцам приплыло рукоятками пистолетов по затылку.       Рик с остальными, услышав грохот ещё двух падающих тел, взялись за оружие.       — Ну уж нет, ребятки, — рассмеялся старикан. — Я вас научу уму-разуму.       Несколько людей с автоматами вышли просто из неоткуда, словно материализовались из воздуха. Во главе них, с нескрываемой презрительной усмешкой, стоял незабвенный нами гад.