Наблюдения демона

      Сэр Тристепан Персидаль — паршивый лжец. Всякий раз, когда пытается лгать, что бывает нечасто — он ведь рыцарь, в конце концов, — он заикается, краснеет, отводит взгляд в сторону, тем самым разрушая свой обман ещё задолго до того, как лживые слова слетают с его губ. Это в некоторой степени удивительно: Рубилакс считает, что, будучи таким ужасным выдумщиком, он действительно хорошо утаивает что-либо. Быть может, это потому, что Тристепан сам не особо задумывается об этом.       Когда они, сидя у костра, обмениваются историями из жизни, хранитель всегда упоминает наставления Голтарда, проведённые с ним деньки или время, когда они тренировались вместе. И никто никогда даже не думал задавать ему действительно стоящий вопрос, который, уверен Рубилакс, звучал бы так: «Кто ты, Панпан, и откуда ты пришёл?»       Настоящая загвоздка именно в этом. Голтард — не его отец, и сам Тристепан вовсе не был найден в капусте. Никто среди них не знает правды, а Рубилакс знает, что его хранитель вовсе не утаивает это со зла. Он просто не видит ценности минувших лет. Ну конечно, Рубилакс знает. Быть хранителем — больше, чем просто держать при себе нечто, во что заключен шушу. Он знает Тристепана так же хорошо, как рыцарь знает самого себя, может, даже больше.       И Рубилакс может понять, почему иоп так думает. Что он может рассказать, если его спросят? Его детство не было наполнено тошнотворным счастьем, как у Юго. Он не был сыном короля или хотя бы отпрыском благородной семьи. Он никогда не спасал принцессу. Да и его жизнь не преподносила ему таких уроков, как у этого старого скупердяя.       О чём может рассказать Тристепан? О том, что он — младший из своих восьми братьев и сестёр? О том, что его дом был маленьким и холодным, а его отец, владеющий крошечным клочком земли, был не в состоянии обеспечить их? А может, рыцарю стоит поговорить обо всех сплетнях и слухах, что крутились вокруг его рождения и зачатия, ведь он — единственный иоп в семье? Рассказать о том, как его игнорировали братья, сестры и родители? Его, всегда холодного и голодного, и такого одинокого.       Может, расскажет, что Тристепан Персидаль — даже не его настоящее имя, а то, что ему удалось изменить в себе, когда он решил оставить всё, что связывало его с прошлым, стоило только Голтарду взять его под свое крыло?       Разумеется, Сэр Тристепан Персидаль никогда не говорил об этом. Рубилакс знает: это не из-за стыда или страха непринятия или осуждения. Он не говорит об этом, потому что хорошие истории не начинаются с подобного. Это так обыденно, так предсказуемо, так скучно; Тристепан сам не считает нужным рассказывать это, и не расскажет даже своей маленькой подружке.       У каждого есть забавные истории из жизни еще до формирования (тьфу!) Братства Тофу. История Тристепана начинается с побега из дома, в который он никогда не вернется, уставший от игнорирования, холода и одиночества. Он бродил около месяца, выживая изо всех сил, прежде чем Голтард нашёл его, увидел в нём потенциал, доверив меч, в коем был заключен Рубилакс. В этот момент и родился Тристепан Персидаль. Голтард дал ему новое имя, задание и цель. Для него он стал отцом, которого у Персидаля никогда не было. Рубилакс видел его сердце, его душу, знал всё его прошлое и мотивацию. Он видел, как растет молодой иоп духовно и физически. Может, немножко и умственно. И он неохотно уважал его. Он отличался от других хранителей: он не благороден, не элегантен, не умеет хорошо читать и даже особо-то не обделён умом, но он стал тем, кем является сейчас, в одиночку, приложив свои собственные усилия. Рубилакс уважает его, даже если принятие чего-то такого причиняет ему боль. Он задается вопросом: когда он успел так привязаться к этому маленькому идиоту?       Тем не менее, Рубилакс видит, что прошлое всё ещё терзает мысли Тристепана, но не как печальная мысль, а как незаконченное дело. У демона ушло несколько дней, чтобы понять, что иоп хочет на самом деле: вернуться.       Он хочет приехать в этот маленький холодный город, пройтись по улицам с высоко поднятой головой, гордый собой. Он хочет навестить свой старый дом, постучать в дверь и встретиться с семьей. Он хочет показать Рубилакса и сказать им: «Видите этот меч? Это шушу, и он может разрушить целый город, моргнув глазом. А я приручил его своими собственными руками». Он хочет показать своих друзей и сказать: «Видите мальчика? Я помог ему найти потерянную расу. Садида — принцесса. А этот энутроф настолько богат, что мог бы выкупить весь этот город. Когда-то вместе мы выиграли турнир по буфболу, даже почти что не учась». А потом он укажет на Еванжелин: «Посмотрите на кра. Посмотрите, какая она красивая, сильная и умная. Я люблю её. И она любит меня». И тогда он улыбнулся бы и похлопал по плечу своего отца: «Меня заметили. Я вершил прекрасные дела. Я кто-то. Ты ошибался».       И это было бы абсолютно честно, ведь он вырос из никого и получил всё, о чем мечтал, будучи ещё совсем ребенком. И он использовал одну лишь свою силу и решимость, выкладываясь по полной, и, в итоге, став настоящим героем.       И даже если он не захочет согласиться с этим, Рубилакс будет уважать его.