Замок сердца

      В помещение было тихо. Слишком тихо. Несмотря на то, что количество присутствующих тут было совсем сокращено до семи демонов, обстановка была накаленной. Воздух в помещении пронизывал холодом до костей. Велизар испытал странную ностальгию: раньше он мог почувствовать холод, только находясь рядом с Сиэлем во время их ссор. Изучение ангельской магии включало в себя некоторые аспекты, при желании мальчик мог в буквальном смысле заморозить сердце демона. Разумеется, если бы на это хватило энергии.       Велизар впервые стоял при ком-то, помимо Люцифера и Сиэля, а демон, что сейчас наглым образом расположился в его кресле, был не кто иной, как Абаддон. От мысли, что ему следует пресмыкаться перед кем-то подобным, Велизара в буквальном смысле трясло, он буравил демона прожигающим взглядом.       —Так странно видеть Вас в поверженном положении, господин Велизар. Или мне лучше называть тебя Себастьяном? Так ведь называл тебя тот мальчишка? — усмехнулся Ксафан.       — Ни на какое другое имя я более откликаться не намерен, меня зовут Себастьян и никак иначе. — холодно отрезал демон. Он смотрел прямо перед собой, стараясь не обращать внимание не присутствующих демонов.       Велизар никогда не думал, что ситуация может обернуться подобным образом, он знал, что многие хотели бы увидеть его поражение. Весь Ад бы собрался, чтобы посмотреть на это. Второго после Люцифера демона сместили с должности, а сейчас он добровольно сменил имя на то, что ему дал последний хозяин. Велизар всегда был крайне свободолюбивым демоном, никто бы не поверил, что он добровольно застегнул на себе ошейник.       — Принимаешь имя, что дал тебе этот мальчишка? Он назвал тебя в честь своего пса, разве нет? — усмехнулся Асмодей. Надо было видеть, как загорелись глаза Себастьяна, в тот момент он дернулся с места на мгновение, но вовремя одернул себя. Он смог бы убить их всех, сил бы эта драка исчерпала немало, но он мог бы это сделать. Он давно уже не ощущал чьей-то крови на своих руках, успел соскучиться по былым временам.       — Что тебе известно о собачьей преданности, Асмодей? Ты склоняешь души к разврату и переимел всех здешних хорошеньких служанок, каждая из моих прошла через тебя не по одному разу. — рыкнул Велизар.       — Конечно. Я никогда не застегну на себе ошейник. Ты всегда был тем, кто даже при хозяевах держался гордо и независимо, не позволяя им выходить за рамки, а что стало с тобой сейчас? Добровольно преклоняешь колено перед мальчишкой? Второй после Люцифера демон пресмыкается перед новообращенным демоненком, который сбежал от него? Или не так? — улыбка Асмодея стала более хищной, он смотрел на Велизара как на свою добычу.       — Может и так, считай, что я добровольно стал служить ему... — начал демон, его речь должна была быть несколько длиннее, но Ксафан резко перебил его.       — Разве демону в твоем положении следует обращаться к кому-то из присутствующих здесь на "ты"? Нет-нет. — Ксафан противительно замахал рукой в разные стороны.       — Помнишь, как ты едва не сжег меня заживо и потом с любопытством наблюдал, насколько медленная будет у меня регенерация. Кому как не мне, демону, что отвечает за сжигание смертных на собственном костре, знать, насколько горячее пламя в Аду. Поглумиться сильнее ты не мог, разве я не прав? — сказал Ксафан, смотря на Велизара. Тот улыбнулся уголком губ и тут же издал слабый смешок.       — Не могу отрицать, ситуация действительно была забавная, тебе следовало бы хорошо выполнять свою работу, чтобы не попадать в подобные ситуации в следующий раз. — заверил Себастьян, он совершенно не испытывал чувства вины, тот случай до сих пор казался ему забавным.       — Посмотрим, как тебе будет смешно, когда я поджарю твоего Сиэля на костре, да так, что у него будут ломаться кости. С этого зрелища ты будешь также смеяться? — усмехнулся Ксафан. Ситуация явно была не в пользу Велизара. Обстоятельства складывались так, что любой демон, находившийся в этой комнате, мог высказать ему все, что захочет, высмеять любой порок, напомнить о былом величии и сейчас ткнуть лицом в то, что с ним стало. Велизар не считал свою привязанность к Сиэлю пагубной, но осознавал, что руководить своими подчиненными с мальчиком он больше не сможет.       — Если с его головы хотя бы волосок упадет по твоей вине, я клянусь, ты сам сгоришь на собственном пламени. То, как я наказал Джима, покажется тебе незначительной ссорой. — усмехнулся мужчина. Понимая, что Сиэля уже нет рядом, Себастьян чувствовал, как внутри все начинало закипать от одной мысли, что мальчику сделают плохо. Сейчас он тот же дворецкий, который готов защищать своего господина, разве что печати нет.       — А если я снова отымею твоего голубоглазого ангела, что тогда? Неужто ты еще не трахнул его? — раздался хохот Асмодея.       — Он будет уже не таким чистым для тебя? Ты чуть не убил меня, узнав, что я переспал с ним, с каких пор ты ценишь любовников так высоко? — усмехнулся Асмодей.       Прежде Велизару всегда было все равно на то, каких слуг имеют эти демоны. Он понимал, что многих его служанок уже не по одному разу затянули в постель, но Велизар никогда не разбирался с этим всерьез. Эта проблема была слишком незначительной, чтобы обращать на нее внимание.       Но сейчас за честь простого любовника он никогда бы не стал заступаться, а ведь Сиэль даже не являлся таковым по факту. Между ними ничего не было, кроме одного невинного поцелуя, которым уже никого не удивишь.       — Не смей даже думать об этом. Если твои грязные пальцы коснутся его, то Сиэль может испачкаться. — усмехнулся Велизар. Его глаза загорелись. От одной мысли, что мальчик будет принадлежать кому-то помимо него самого, хотелось разорвать противника по кускам. Хотелось заставить Асмодея умереть самой мучительной смертью, он не позволит очернить этого ребенка.       — Ну да, ты так и не ответил на вопрос. Я спросил, он будет еще представлять для тебя ценность? Или трахать его ― только твоя привилегия? — сказал Асмодей невозмутимым тоном. Раньше Велизар мог также спокойно обсуждать собственные похождения с другими девушками, он едва ли помнил имена своих любовниц, но почему-то ему не хотелось разглашать подробности личной жизни мальчика, даже если бы она у них и была. Только сейчас Себастьян понял, что за все проведенное с Сиэлем время в Аду, он даже не задумался над тем, чтобы затащить мальчика в постель. Он прекрасно помнил, что было между Сиэлем и Асмодеем, и до сих пор хотел заставить последнего страдать самыми изощренными пытками преисподней.       Себастьян резко срывается с места и сильным ударом ноги бьет Асмодея в солнечное сплетение, тот, не ожидавший удара, падает на колени начинает кашлять. Велизар вмиг преодолевает расстояние между ними и, подняв демона за пиджак, со всей силы бьет в лицо, разрывая челюсть и брезгливо отряхивает руки в перчатках от крови.       —Тебя следует убить уже за то, что ты даже подумал об этом, мальчишка только мой! — крикнул демон, его голос дрогнул: от одной мысли, что Сиэль может принадлежать не ему все внутри холодело и ноги начинали подкашиваться. Хотелось стереть Асмодея в порошок, чтобы тот, кто запятнал его мальчика, больше не имел права дышать.       — Если он сбежал от тебя, то не кажется, что у Сиэля несколько иное мнение? Может быть, со мной в постели понравилось ему несколько больше? — усмехнулся демон, Асмодей сказал это, чтобы позлить Велизара, сказанное не имело никакого отношения к действительности, но демон не мог сейчас это осмыслить.       Асмодей оттолкнул от себя противника на приличное расстояние и усмехнулся. Велизар всегда был хладнокровен и никогда не бросался на противников без разбору.       — Он не сбежал, я никого не держал подле себя. — холодно сказала Велизар, материализовав в руках несколько декоративных кинжалов, и метнул некоторые из них в Асмодея. Демон ловко уклонился и усмехнулся.       — Но сейчас ты готов разнести весь Ад, чтобы узнать, куда именно он отправился? Не так ли? Понимаешь, что у тебя осталось не так много времени, чтобы найти мальчика, но тебе нужно не просто найти Сиэля, но и успеть вымолить у него прощение. Я бы с удовольствием посмотрел, как ты будешь ползать перед новообращенным на коленях, умоляя простить тебя, сам ведь говорил, он единственный, перед кем ты когда-либо преклонял колено. — усмехнулся Асмодей, пропустив один кинжал Велизара, он с недовольным рыком повалил противника на пол. Глаза Себастьяна горели, даже не принимая истинный облик, демон мог разорвать Асмодея на куски. Ревность и ненависть смешались воедино, полностью заволакивая разум. Дуэли в Аду обычно заканчивались большим кровопролитием, но сейчас Себастьян хотел просто избавиться от этого демона.       Асмодей был помехой. Напоминанием об его ошибках. Если бы Себастьян не был так глуп, он бы еще давно признался мальчику в любви, окутал бы его самой искренней и нежной заботой, он бы позаботился о том, чтобы это тело никто не очернил. Но сейчас время уже было не возвратить, Асмодей не должен жить. Тот, кто очернил этого ребенка, просто не может жить.       — Я разорву тебя на куски! — крикнул Велизар, глаза застелила пелена гнева. В голове была одна навязчивая мысль: уничтожить Асмодея. Нужно убить того, кто отнял у него мальчишку.       Демон корчится от боли, его рот был разорван, из него текла кровь. Некоторые кости сломаны, а на лице красовалось несколько весомых царапин. Если бы у Асмодея была возможность регенерировать, то процедура заняла бы несколько часов.       — С каких пор ты так несдержан? — спросил Молох, смотря на Велизара несколько пораженно. Он все еще не мог привыкнуть к тому, что второй после Люцифера демон сейчас скулит, как последняя собака, от разлуки с каким-то новообращенным.       — С тех пор, как его бросил синеглазый ангел, так ведь, Се-ба-стьян? — усмехнулся Абаддон, несмотря на их взаимную неприязнь, он отчасти понимал Велизара и где-то, возможно, даже восхищался. Постоянство неведомо демонам. Проживать вечность, меняя партнеров как перчатки, и едва ли помнить имена хотя бы десятка, таков удел всех демонов. Они спят со многими, даже не запоминая их лиц и привычек, а ради чего? Удовлетворения плотских потребностей.       — Заткнись. Не смей даже заговаривать о нем! — прочеканил Себастьян. Внешний вид демона говорил о том, что он находился не в лучшем расположении духа. Если бы за это ничего не было, то Себастьян разнес бы это здание в щепки, сравнял бы с землей этих четверых тоже. Тех, кто посмел смотреть на его мальчика.       — Заткнуться? Так значит, ты не хочешь знать, куда именно отправился твой голубоглазый ангел? — тон Аббадона стал притворно печальным. Казалось, он хотел быть полезным, но его идею на корню обрубили и демон был очень недоволен этим. Велизар опешил. Абаддон может знать, куда отправился его мальчик? Кто-то может знать, где сейчас находится это синеглазое чудо?       Послышался хохот демонов, все четверо смотрели на недоумевающее лицо Себастьяна, а тот, кажется, не замечал того, что над ним откровенно глумились. Новость о том, что можно найти Сиэля намного быстрее, не давала возможности мыслить рационально.       — Ты знаешь, где Сиэль? — прошептал одними губами Себастьян, не отрывая взгляда об Абаддона.       — Надо же, так он действительно влюблен, а я не верил. Второй после Люцифера демон влюбился в новообращенного мальчишку? Поверить не могу. — сказал Марбас.       —Если бы знал об этом раньше, то непременно заразил бы мальчишку чем-то, чтобы посмотреть, как ты будешь убиваться над его телом. — усмехнулся Марбас и снова залился в смехе. Он не мог поверить в то, что Велизар действительно влюбился. Кто угодно, но не он.       — Если бы из-за тебя с моим сокровищем хотя бы что-то случилось, я, клянусь, подверг тебя более суровым наказаниям, чем твои болезни. — прошипел Себастьян.       Даже мысль о том, что Сиэлю может угрожать опасность, заставляла демона ощетинится как сторожевого пса. Никто не причинит вреда его мальчику.       — Называешь его сокровищем? — усмехнулся Абаддон. Все складывалось даже лучше, чем могло быть, Себастьян добровольно затягивал на себе петлю.       — Он слишком уникален, мой господин, мой мальчик. — прошептал Себастьян одними губами. Послышался хохот Асмодея за спиной. Несмотря на разбитое лицо и разодранный до крови рот, он все еще считал эту ситуацию крайне забавной. Ставить мальчишку, которого он использовал как игрушку на одну ночь столь высоко? Если бы Асмодей не присутствовал при этом лично, то ни за что бы не поверил.       — Какое количество душ ты готов отработать за место нахождения мальчика? — спросил Абаддон с улыбкой.