Замок сердца

      — Идем танцевать! — усмехается знакомый ранее голос, этот парень щебетал над ним уже несколько часов, то и дело мелькая в его поле зрения. Вечеринка приобретала странный характер, так как стычек с каждым разом становилось все больше и больше, обстановка накалялась. Нужно было быть безумцем, чтобы пойти танцевать в то время, когда тебя могут в любой момент пырнуть под ребра чем-то острым. Ад этого времени был беспокойным местом.       — Не сейчас, Люк, я слишком занят. — хмурится мужчина, бледные холодные губы тянутся за поцелуем, но тот лишь отворачивается, из-за чего удается поцеловать демона только в щеку.       — Ты такой бука. — фыркает парень и проводит рукой по скуле Люцифера, второй рукой собеседник зарывается в волосы демона.       — Я же сказал, не сейчас, руки убери. — Люцифер резко одергивает от себя пальцы парня и фыркает. Прикосновения сейчас были ему не в радость, он даже не замечает как голос срывается, но извиняться за свою грубость не собирается. Не в его правилах было просить прощение у любовников.       — Не сейчас так не сейчас, мог сразу сказать, что ты не в настроении. — пораженно пожимает плечами Люк, отстраняясь от своего спутника и, кажется, не собираясь к нему больше прикасаться. Он был удивлен такой холодностью. Еще несколько часов назад Люцифер был галантен и любезен, что за резкая смена поведения?       — Не будь таким жадным до моего внимания, все равно это не приведет ни к чему хорошему. — цокает языком демон, Люк ревновал его, страшно, неистово и в своей ревности почти всегда был несдержан. Он вел себя грубо по отношению к другим демонам и не упускал лишней возможности напомнить всем окружающим, что является любовником самого Владыки, разве было это звание чем-то почетным?       Люцифер, оказавшись в таком положении, напротив, поспешил бы скрыть свою должность в кругу партнера, но никак не хвастаться этим.       "Обычная шлюха". — думалось мужчине каждый раз, когда он имел этого демоненка. Отличался он чем-то от остальных? Разве что мнил о себе больше, чем остальные. У многих его любовников хватало ума не приписывать себе несуществующего положения, все они понимали, какое место занимали в жизни правителя. А правда в том, что это было всего-навсего место в постели. И не более.       Понимали все, но только не Люк.       "Разве не ясно, что не создан я для серьезных отношений? Не создан ни для чего, что могло бы порадовать его". — крутилось в голове демона, когда он в упор смотрел на непонимающего ничего Люка.       — Тебе сложно всего-навсего потанцевать со мной? — хмурится демон и нагло прикасается руками к плечам Люцифера. Сейчас перед мужчиной он стоит весь во всей красе. Высокий и худощавый, с густыми рыжими волосами, зализанными назад. Губы тонкие. Глаза узкие. Разве красив он? Ну хотя бы немного?       Люцифер не понимает, что значит быть красивым. Не понимает, что может привлекать тебя в твоем партнере. Не понимает и не хочет понимать. Он ебет все без разбора, все, что само вешается на него. И единственное удовольствие, которое он получает, является лишь на уровне примитивных инстинктов. Ощущение стояка в промежности навряд ли кому-то понравится. Сейчас он немногим отличается от животного. Разве что имеющимся магическим превосходством.       — Не трать мое время понапрасну, Люк, еще увидимся. — демон хлопает парня по плечу и целует в губы, задержавшись на несколько секунд. Едва музыка начинает играть, Люцифер разрывает поцелуй и отстраняется от своего спутника, не дав ему возможности что-то сказать. Мужчина ныряет в толпу демонов, которая стала заметно гуще, есть возможность затеряться.       Вопреки всей его сущности, Люциферу совершенно не хочется видеть разочарованное лицо Люка и сталкиваться с очередными вопросами, расстраивать демона тоже не хотелось, нисколько. Но дать ничего больше он не может. Не может и не уверен, что Люк хочет чего-то большего. Разве возможно испытать больше?       Демоны не могут любить. Им этого не дано. Но все же, на примитивные чувства способны были даже эти твари. Играть эмоциями других было чертовски интересно, увлекательно и это невероятно привлекало, затягивало. Люцифер был доволен своим существованием. И чего еще может желать демон? Разве нормально хотеть чего-то еще? Едва ли. Но почему тогда, каждый раз смотря в глаза Люку или кому-то из своих любовников, почему, лаская очередную хорошенькую красотку с Третьего круга, он хочет ощутить что-то другое, различное, что-то отличающееся от привычной тяги внизу живота. Ведь может быть что-то другое? Может быть что-то помимо похоти?       Порой от этих мыслей голова была готова взорваться, опухнуть, демону хотелось взвыть. Непонимание собственных эмоций съедало изнутри и буквально доводило Люцифера до состояния самой обычной человеческой депрессии.       Ощущение, что ты бежишь за поездом изо всех сил и, задыхаясь, уже почти ухватываешься за ручки вагона, но в последний момент понимаешь, что просто не можешь к ним прикоснуться. Всегда будет что-то такое, чего ты будешь не в состоянии осознать и понять. Этот отголосок чувства убивал. Убивало непонимание того, что это такое.       Может быть что-то сильнее похоти. Что-то сильнее желания излиться в своего партнера. Что-то...другое.       — Осторожнее! — слышится женский визг откуда-то сбоку, Люцифер переводит взгляд вперед себя и пораженно смотрит на стоящую перед ним особу, рука демона непроизвольно легла на талию девушки в попытке придержать.       Перед мужчиной стояла высокая стройная девушка, ее кожа вместо привычной для Ада бледности имела синеватый оттенок, губы, глаза и щеки были ярко выделены косметикой. На демоне любое количество краски смотрится чересчур выразительно, поэтому здешние дамы старались не краситься слишком уж ярко. Щеки покрыты красными румянами, тени на глазах были ярко синего цвета, а ресницы были длинными. Среди остальных демонов она выделялась как-то по-особенному и казалась совершенно другой, невзирая на то, что по сравнению с остальными она была одета совершенно не вычурно и ее статус вовсе не подходил для подобного мероприятия. Взгляд Люцифера был прикован именно к ней. В отличии от остальных демонесс, которые были обвешены золотом и бриллиантами, у этой особы не было даже обычных сережек. Но почему-то на их фоне, совершенно без драгоценностей и в блеклом тряпичном наряде, она выглядела по-другому. Мужчина был не в состоянии отвернуться. В пронзительных карих глазах было что-то неуловимое, что-то такое, что не давало возможности отвести взгляда в сторону.       — Знать у нас совсем не учат манерам, да? — в себя приводит возмущенный голос этой девушки. Ее одеяние было немногим лучше, чем у прислуги на этом вечере, казалось, повяжи на ее талию фартук да всучи в руки поднос ― и получишь идеальную служанку, ничем особым она совершенно не выделялась. Разве что глазами. Люцифер был прикован к ним. Было что-то такое, что заставляло смотреть и смотреть на нее.       Снова и снова.       Разумеется, такое поведение не осталось незамеченным самой девушкой, она, нахмурившись, провела рукой перед глазами мужчины, несколько раз щелкнув пальцами.       — Эй, думаете, раз Вам принадлежит корона, то все можно, да? — бесцеремонно фыркнула леди, девушка скрестила руки на груди, таким образом заставив приподняться свою небольшую грудь. Ее взгляд оставался недовольным, и демонесса сердито топнула ножкой, казалось, она ждала извинений. Ждала извинений от самого Люцифера.       С такой наглостью правитель прежде никогда не сталкивался и не верил, что она возможна, но сейчас смотрел на девушку, разинув рот. Он даже подумывал отдать приказ о том, чтобы запытать нахалку до смерти, но отчего-то осознал, что не сможет даже пальцем ее тронуть. В голове крутилась мысль о том, что не может эта девушка выглядеть подобного служанке, не должна. Люцифер моментально представил ее в роскошных нарядах и с вычурными украшениями. Золотые сережки и браслеты смотрелись бы на ней превосходно, он уже представлял, какие именно модели украшений из его коллекции подойдут ей. Одетая в дорогие одеяния девушка наверняка будет вести себя еще более нагло.       — Я с Вами разговариваю. — рыкает демонесса и слегка толкает мужчину куда-то под ребра. Люцифер усмехается и, чуть склонив голову, бесцеремонно притягивает к себе ее руку.       — Я могу узнать Ваше имя, чтобы засвидетельствовать свое почтение, миледи? — с легкой улыбкой и без тени раскаяния в голосе спрашивает мужчина. Слышится такое же недовольное фырканье, и более ничего. Девушка одергивает собственную руку и смотрит на Люцифера все с тем же недовольством.       — Лилит. — холодно отвечает особа и отводит взгляд в сторону. Приподнимая подол платья, она явно собирается уходить, беседа с этим существом не приносит ничего дельного. Но демон чуть разворачивает девушку к себе и легким взмахом руки материализует небольшой розовый бутон.       — Такая девушка, как Вы, должна выглядеть подобающим образом, если имеете столь хорошенькое личико, то имейте совести и следить за ним как следует. — усмехнулся Люцифер и, закрепив цветок в волосах демонессы, притягивает к себе один из ее локонов, дабы почувствовать аромат. На таком расстоянии прекрасно чувствует исходящий от нее легкий запах молока. Он не собирается делать что-то из ряда вон выходящее, только рассмотреть ее ближе и, возможно, заменить ею Люка на пару ночей, только и всего. Сейчас все переживания любовника в миг перестали волновать его. Понятие совести засело где-то глубоко внутри всех демонов, но оно все же существует. Остается всего мгновение до соприкосновения с волосами девушки, Люцифер ждет этого мига как чего-то особенного. Словно стоит ему поцеловать ее локон, и все в одночасье поменяется, станет другим.       — Я, кажется, выразилась не совсем ясно, милорд. — голос звучит непривычно грубо для всех тех, кто находится в обществе правителя. Его окружение никогда так не говорило с ним. Никогда не смело так вести себя, но для этой девушки правила были не писаны.       Следующее действие заставило Люцифера пораженно пошатнуться, впервые за долгие века существования он ощутил как щеку обдало жаром, казалось, там разгорелся небольшой пожар. Тогда еще мужчина не знал, что ощущение от самой обычной женской пощечины бывает именно таким.       — Не все будет приходить к Вам в руки само только из-за короны на голове, Ваше Величество, поучитесь манерам. — хмыкает она, смотря на мужчину со всем имеющимся у нее гневом.       Да, она однозначно не похожа на всех остальных его пассий. Она первая, кто позволяла себе такое. Единственная.                                                                               ***       — Ну и? Ты решил рассказать мне историю о той единственной, кто дала тебе от ворот поворот? Должен признаться, я бы не отказался посмотреть на нее, но уж прости, сейчас есть проблемы посерьезнее. — раздраженно произнес Себастьян, поднося к губам красноватую жидкость. Пусть он и злился сейчас на Люцифера, но был признателен за этот рассказ. На какой-то миг это позволило забыться. Это отвлекло от мыслей о Сиэле. О его дорогом мальчике.       — Думаешь, я стал бы рассказывать тебе об обычном обломе? — усмехнулся Люцифер. — Я, конечно, люблю тебя, но не настолько, чтобы дать очередной повод для подколов. —хмыкает демон с той же улыбкой.       — А, так она все же не единственная, кто отказала его Величеству? — хихикает Себастьян. Эта история была ничем непримечательна, но она заставила демона почувствовать себя немного лучше. Самую капельку.       — Заткнись. — шипит сквозь зубы Люцифер, уже готовясь в очередной раз ударить своего друга, чтобы не зазнавался, но мысли обоих были прерваны резко открывшейся дверью.       — Ну и сколько можно тебя ждать? Ты же сказал, что всего на полчаса отойдешь, я не пойду на день рожденье Вероники одна. — раздается капризный голос и грохот раскрывающихся дверей.       На пороге комнаты стояла фантастическая красавица. Высокая, стройная, подтянутая. Ее черные волосы, доходящие до плеч, были заплетены в два низких хвоста и перевязаны золотистыми резинками, остальная часть прически усыпана бриллиантами и золотом, ее волосы буквально блестели. Среднего размера черные рога были натерты до блеска, а ровно между ними было то, что заставило Себастьяна вцепиться в кресло. Это была королевская диадема.       Символ власти, носить который достойна только первая леди преисподней. Себастьян не думал, что когда-то увидит его на ком-то из демонов, украшение он несколько раз видел в замке, но и подумать не мог, что оно может столь идеально восседать на чьей-то голове.       Одета девушка была нисколько не целомудренно. Оголенный живот и подобие топа, ткань которого была перекручена пополам. Единственное, что прикрывал этот предмет одежды, это грудь, все остальное, вплоть до живота и бедер, оставалось совершенно открытым. Руки девушки были скрещены на груди, и распростертая по полу мантия не позволяла увидеть область бедер полным образом, но что-то подсказывало Себастьяну, что нижнего белья там не было.       — Ах, тот самый Велизар, я уж думала, ты его выдумал. — усмехнулась девушка, ее капризный тон тут же сменился на милостивый. Демонесса сделала несколько шагов по комнате, приблизившись к демону, но между ними двумя тут же появился Люцифер, придерживая особу за талию и останавливая ее в нескольких шагах от своего друга.       — Полегче, милая. — улыбается демон, чуть сжимая ручку девушки, и подносит к своим губам. Та, улыбаясь, откидывает голову на плечо Люциферу, но продолжает смотреть на друга своего спутника.       — Мое имя Себастьян. — бурчит демон, опустив взгляд в пол. Собственное имя давно опротивело ему, и если бы тот, кто обратился к нему подобным образом, был не супругой Люцифера, то исход определенно был бы не самым лучшим.       — Прощу прощения, мистер Себастьян. — улыбается девушка и, отстранившись от Владыки, делает легкий реверанс. — Рада знакомству с Вами, сожалею, но мой дорожайший супруг заставил нас обоих ждать эту встречу слишком долго, да, милый? — хмыкает девушка и переводит все такой же недовольный взгляд на мужа. Она была рассержена.       — Ой, теперь вечность будешь припоминать мне это, что ли? Ну познакомил все-таки, какая разница, когда именно? — закатывает глаза Люцифер, по его мнению, он не сделал ничего такого, но демонесса показательно фыркает и, развернувшись, слегка задевает демона по лицу частью мантии.       — Именно. — хмыкает Лилит.       Себастьян был не в состоянии сейчас сказать что-то внятное, перед ним стояла первая леди Преисподней, супруга самого Люцифера, та девушка, которая заставила демона поверить в любовь, та, благодаря которой весь Ад сошел с ума, та, которая открыла замок сердца и нарушила все мыслимые и немыслимые законы. Она была настоящей. Она существовала. Чуть соскользнувшая с плеча королевская мантия позволила Себастьяну увидеть символ из двух переплетенных стеблей розы, замок открыт, теперь уж точно.