Соблазнить Цири или уроки пикапа от ведуна Аваллак'ха

Что-то мне за себя страшно. Вроде мне всего-то двадцать лет, а с памятью плохо. Проснулась сегодня утром, глянула на себя — божи-единорожи! — вся грязная, в паутине, в трусах почему-то трава… Смотрю — рядом Тиркаран сидит, книжечку читает и думу думает. Спрашиваю его: что это за безобразие происходит. Он только плечами пожал, мол, ничего не знает, он только на речку отлучился, вернулся — а я уже в таком виде. Не поверила я ему ни капельки и растолкала спящего Эдинэра. Тот что-то помычал, поворчал, обозвал меня некрасивым словом и снова давай дрыхнуть. Встала я с постели и тут поняла, что понятия не имею, куда одежда моя подевалась. Все обыскала — не нашла. Ну думаю, как теперь из дома выйти. Сапоги, допустим, все еще при мне, как и исподнее, но этого разве достаточно? В лесу и змеи, и клещи, и гнус всякий. А вдруг меня укусят или ужалят, или веткой поцарапаюсь, об корень запнусь и упаду, или вообще заразу какую подхвачу? Мне вон отец сколько раз говорил, что природа, конечно, друг эльфа, но и с ней надо поосторожней: мало ли что у нее на уме. Так что я без трех покрывал даже на траву не сяду. Поразмыслив, решила я позаимствовать рубаху Эдинэра: она мне как платье будет, а он все равно спит. Только я за ней руку протянула, как недоэльф этот, словно почуяв неладное, пробудился и… если коротко, рубаху мне не дали, даже на пять минут, даже просто в руках подержать, даже под честное слово, а то еще потеряю. Заявил, мол, либо он со мной идет и тогда рубаха временно моя, либо я, как он изволил выразиться, «выступаю в чем есть». Ну что мне было делать? Поплелись мы к реке — я в рубахе, он в штанах. Сделали все, что надо было, и я лежала нежилась на песочке, как смотрю — он снова идет. Присел рядом со мной и говорит, что давно уже к испытанию на грамотность готов. Достал откуда-то веточку можжевельника, очистил ее от листьев и скомандовал, мол, диктуй. И тут я крепко задумалась. Завалить его я, конечно, могла бы враз… Да только зачем мне это? Во-первых, он еще расстроится и в приступе печали выдаст нас всех троих с головой. А во-вторых, если я его завалю, то это ж все, он еще чего доброго обидится и уйдет. Кто меня тогда развлекать будет? В общем, стала я слова попроще выискивать и покороче. Надо сказать, Эдинэр очень старался. Большую часть рун, правда, перепутал, а также выдумал несколько новых… Я всю голову сломала, измысливая, что б такое надиктовать, где даже он не сделает ошибки, и наконец придумала. Аж три слова. «Баба». «Меч». И… еще одно слово, тоже лаконичное. Короче, прошел Эдинэр проверку. Грамотеем всея народа ольх его не назовешь, но не всякому мужику оно и надо. В общем, с реки мы ушли чистые и в хорошем настроении. А дома нас уже поджидал Тиркаран и вкусный обед — грибная похлебка.