Я верну твою улыбку

С самого утра в Малфой-мэноре царило оживление. Долохов носился по поместью, постоянно поправляя что-то, если это не соответствовало русским традициям, в перерывах успевая ругаться русским матом. Также Антонин заявил, что блины должны печь не домовые эльфы, а кто-нибудь из женщин. Именно поэтому Алекто Кэрроу и Нарцисса скрылись за дверьми кухни, откуда доносился приятный аромат. Северус, как и обещал наколдовал чучело Дамблдора и торжественно поставил его в центре двора поместья. МакНейр с Драко пытались разобраться в том, как работает странное приспособление под названием самовар. Ну а Том с Гарри прогуливались по дворам мэнора, и во взгляде Поттера читалась умиротворение. Он словно ребёнок, восхищённо наблюдал за тем, как снежинки плавно спускаются с неба, бесшумно ложась на сугроб, и Том в очередной раз убедился в правильности своего решения устроить праздник.

***

Когда последние приготовления были завершены, все жители и гости Малфой-мэнора собрались на улице, чтобы оценить традиции русского народа. Сказать, что им понравилось - это не сказать ничего. Рудольфус Лестрейндж, который помог разобраться Малфою с самоваром, разливал чай по фарфоровым кружкам и совал в руки любому, кто проходил мимо. Нотт, который видимо уже слегка выпил, пытался собрать всех в хоровод. По невербальному приказу Нарциссы, во дворе громко играла музыка, перевод которой был известен только Антонину. Том искоса наблюдал, как Гарри с легкой, почти незаметной улыбкой лепит из еще не сошедшего снега снеговика. Получалось немного коряво, но не в этом суть. Поттер похлопал в ладоши, сбивая липкий снег со своих варежек. Его раскрасневшиеся от холода щёки резко выделялись на слишком бледном в последнее время лице. Весь вид Поттера так и манил к себе, пробуждал желание подойти к нему, согреть... Том схватил у Рудольфуса чашку чёрного чая и решительно направился в сторону Гарри. На его удивление, улыбка не сошла с лица парня, когда он подошёл к нему. Он приветливо кивнул и продолжил отряхивать варежки. - Тебе всё нравится? - нерешительно для самого себя поинтересовался Тёмный Лорд. - Да, - просто ответил Поттер. - Оказывается, они не такие плохие ребята. - Не замёрз? - Том протянул ему чай. Вместо ответа Гарри взял кружку и с радостью глотнул обжигающей жидкости. - Если хочешь, ты можешь идти в дом. - Не хочу, - слегка повеселев, сказал Поттер и схватил у мимо проходящего домовика блин, с завёрнутым внутрь клубничным вареньем. Он надкусил его, с радостью слизывая заправку со своих губ, что заставило Тома заметно напрячься. Гарри поднёс блин ко рту Реддла, предлагая ему тоже. Тёмный Лорд прищурился, но всё же надкусил его. Гарри едва слышно хихикнул, и вытерев большим пальцем варенье с его подбородка, слизал его со своего пальца. Реддл, почувствовал, что вот-вот сорвётся. Не желая пугать еще не проникшегося к нему доверием юношу, он довольно грубо и холодно сказал: - Иди в дом. - Но я не хочу... - пробовал воспротивиться Гарри, но Том перебил его, прикрикнув: - Я сказал быстро в дом! - с лица Поттера снова сошли все эмоции, и от этого сердце Реддла неприятно защемило. Гарри, в последний раз безразлично посмотрев на Волан-де-Морта, повернулся к нему спиной и зашагал в сторону поместья. - Гарри! - окликнул он парня. - Гарри, извини, я не хотел, - Том сам не понимал, почему распинается перед мальчишкой. Внезапно он притянул гриффиндорца к себе и сжал в объятиях. Гарри неуверенно обвил его талию руками и прижался к Тому. Почему-то именно в этот момент это казалось таким... правильным? И плевать на косящихся с недоумением Пожирателей Смерти, на ухмыляющегося Долохова, который хитро переглядывался с Северусом. - Это... Это я не должен был тебя провоцировать, - пробормотал Гарри куда-то в район шеи Тома, обжигая замёрзшую кожу горячим дыханием. Реддл невольно задержал дыхание. "Догадался..." - мелькнуло у него в голове. Поттер поднял на него глаза, и немного замялся, будто сомневаясь в своих словах. - Ты что-то хочешь сказать? - подтолкнул его к вопросу Том. - Хочшбаранку? - быстро протараторил Гарри, протягивая ему колечко. Переведя взгляд с лица гриффиндорца на неизвестно откуда взявшуюся баранку, Реддл неожиданно звонко засмеялся, запрокинув голову, чем заставил окружающих удивлённо на них оглядываться. Том закинул предложенное угощение в рот и, схватив парня за рукав тёплой мантии, потащил его в ту сторону, где Рабастан Лестрейндж, загадав желание, привязывал чёрную, как на похороны ленту к руке чучела Дамблдора. Волан-де-Морт протянул Гарри такую же шёлковую ленту, и прошептал ему на ухо, чтобы никто не услышал: - Загадай желание, Гарри. Я обещаю, оно сбудется, - Поттер, как-то странно посмотрев на своего бывшего врага и, приняв мягкую ткань из его рук, прикрыл изумрудные глаза, про себя сказав: "Хочу расстаться с прошлым". Открыв глаза, он привязал лоскут к соломенному Альбусу и отошёл на несколько шагов назад - вся кукла была увешана чёрным, словно показывая истинную сущность "светлого" волшебника. - Хочешь это сделать сам? - Том вложил свою палочку в ладонь Поттера. Гриффиндорец довольно кивнул и, одними губами прошептав "Инсендио", поджёг фигуру Альбуса. Пожиратели Смерти удовлетворённо загудели, а Гарри, стоя в объятиях Тома, наблюдал, как ветер уносит дым далеко в небо, забирая его прошлое вместе с собой.