КРАСНЫЙ ПЛАТОЧЕК

Бейн не мог не заметить так самозабвенно и отважно сражавшегося наёмника. В том, что это был наёмник, Бейн не сомневался, как и в том, что таких людей надо держать на своей стороне. Это особый тип людей, если они во что-то искренне верят, то борются до конца. Таких людей предпочитал иметь Бейн в своём окружении. Осталось лишь убедить наёмника верить, верить в то, что нужно Бейну. Он кивнул одному из своих солдат и произнёс безликое, но властное: "Приведи!". Солдат быстрым и, как ему казалось, уверенным, а на самом деле опасливым шагом направился в сторону наёмника и через пол минуты, держа его за локоть, привёл к Бейну. После их недолгого, но очень ёмкого разговора,Бейн предложил Барсаду попробовать вступить в их команду. Тот согласился. Первое время ему ничего важного и ответственного не доверяли, но потом, по мере роста доверия к нему росла и ответственность. Так через два года он оказался среди тех, кто постоянно был рядом с Бейном. Бейн поразил Барсада. Если раньше, видя его, лишь изредка, он думал о Бейне лишь как о суровом и страшном человеке, сейчас же он узрел его стратегический ум, его невиданную силу духа и силу воли. Такого он никогда раньше не видел! А узнав историю Бейна, был ей поражен! Барсад любил рассматривать Бейна, следить за его движениями и повадками. Следить за тем, как он реагирует на разные ситуации. Конечно, Бейн не мог не чувствовать на себе его взгляды и вскоре сам стал смотреть на Барсада. Сначала изучающе и пытаясь понять, что за человек рассматривает его, а потом уже и с собственным интересом. Они сами не помнили, как оказались в одной кровати, но их обоих накрыла волна дикого желания и страсти. Это было парадоксально, грубо и нежно одновременно. Бейн входил в него достаточно резко, но при этом чувствовал ту грань, за которую не стоит переходить. Это была их ночь. Только о них и для них. Они даже не поинтересовались друг у друга хотят ли они этого, всё поняли без слов! После окончания всех действий Бейн лёг на спину и закинул руки за голову. Закрыв глаза он, как казалось, наслаждался. Барсад лежал на животе и приподнялся на локтях, чтобы получше рассмотреть лицо своего мужчины. Он как-то сразу почувствовал его своим. Не в плане собственности, а в плане принадлежности! Бейн, не открывая глаз, почувствовал на себе его взгляд и произнёс очень тихо: -Спи. Чего меня разглядывать… Барсад улыбнулся и тоже перевернулся на спину. Теперь он смотрел в потолок и слушал дыхание Бейна, которое из-за маски было немного громче, чем у обычного человека. Как он провалился в сон он не помнил, но точно помнил, что Бейн был рядом. Проснувшись, он обнаружил, что совсем один. Бейна не было. Это повторялось и во все остальные ночи. Бейн всегда ложился на спину и закидывал руки за голову. Первые десять минут он просто лежал с закрытыми глазами. О чем он думал? А потом открывал их и смотрел в потолок или в окно. Первое время он никогда не смотрел ни на Барсада, ни на дверь. В маленькой комнатке просто больше не на что было смотреть! Однажды Барсад всё же прервал тишину и вдруг начал делится с Бейном какими-то воспоминаниями. То ли об их первой встрече, то ли о том, что он тогда подумал о Бейне. Впрочем, это было не столь важно. Важна была реакция Бейна. Барсад долго не решался вообще что-нибудь говорить и боялся, что Бейн не поддержит беседу. Но к его удивлению Бейн его слушал , в смешных местах улыбался и даже вставлял пару своих комментариев. Так у них и сложилось, что почти каждую ночь после они разговаривали, а точнее разговаривал Барсад, а Бейн его слушал и изредка что-то говорил. Так же Бейн всегда дожидался пока Барсад заснёт и лишь потом уходил. На ночь он никогда не оставался! Последний год до нападения на Готэм они жили в одном из бункеров в местных горах. Этот бункер был то ли построен для какого то миллиардера, то ли построен миллиардером для правительства. Но причиной их пребывания в этом бункере было то, что Бейн должен был как наёмник убрать довольно сильного и могущественного врага этого миллиардера. Одним из условий контракта было и то, что на ближайшее время они получают возможность жить в бункере. Это ближайшее время затянулось на год из-за того, что Бейн убрал и врага и самого миллиардера после того, как он ему стал мешать. Так как про этот бункер никто не знал, Бейн счёл это достаточно надёжным убежищем. Ещё в самые первые дни у Барсада начался сильный кашель и раздражение слизистых оболочек глаз и носа. Местный доктор поставил диагноз – аллергия! И на что?! Стыдно признаться, на запах свежей краски. Это было неким шоком для Барсада. Он наемник, бывавший и на войне и в плену и в других почти не предназначенных для жизни местах, страдал аллергией на запах краски в новеньком светлом и безопасном бункере. Это было настолько нелепо, что он сначала не поверил в диагноз. Но после того как замечал что после лекарств или нахождения на свежем воздухе ему становится лучше всё таки понял всю серьёзность диагноза. Об этом, конечно же, узнал и Бейн. Во первых они виделись каждый день на заданиях и в организационном пункте, и почти каждую ночь в его комнате. Бейн никогда и никого не звал к себе. Никого кроме одного человека, но об этом Барсад узнает намного позже. Ну и во вторых, Бейн получал каждодневный доклад от врача о состоянии своих бойцов. Для него было важно знать о состоянии и готовности его солдат. Это было как стратегически, так и тактически важной информацией! Ведь неправильно оцененные силы и возможности хотя бы одного бойца могли стоить жизни всей группы и полному провалу операции! А это было непозволительно! В тот вечер после их ночи Бейн, уже одеваясь, вдруг вынул из кармана брюк свёрток из белой тряпнины и протянул его Барсаду : - Я тут тебе принёс, надеюсь, это поможет не вдыхать запах краски. Барсад взял свёрток и тут же его развернул, внутри оказался льняной платок красного цвета. Вероятно, по замыслу Бейна он должен был повязывать его на рот и нос. - Спасибо, теперь у нас есть, что-то похожее…маска… Бейн напрягся, но по глухому выдоху из маски можно было понять, что он улыбнулся. Как и обычно он ушел, не прощаясь и ничего не говоря. Закрыв за собой входную дверь. Басрад ещё долго не мог уснуть и рассматривал узор на платке. Это был первый и единственный подарок Бейна. Мужчина прижал платок к лицу и вдохнул его запах, он пах Бейном. Или ему казалось, что пах… На следующий день Басрад появился в командном пункте уже в повязанном платке. И дышать ему и в правду стало легче. С того дня он никогда не снимал платок, носил либо на лице, либо на шеи. А ночью всегда клал его под подушку. Было в этом платке что то безумно символичное и дорогое! Иногда по ночам к Бейну приходила женщина, и они запирались в его комнате на всю ночь. Женщину вроде звали Миранда, но точно Барсад уверен не был. Бейн вообще никому её не показывал и старался, что бы их никогда, и никто не увидел. Эта женщина была единственной, кого Бейн пускал к себе в комнату, да ещё и на всю ночь!!! Сначала это дико беспокоило Барсада, он откровенно ревновал. Потом ему было очень больно. А затем боль переросла в обиду. Обиду не на Бейна, на эту непонятную женщину. Это было не логично, ведь это у Бейна был он, Бейн приводил ещё кого то. Женщина могла даже и не знать о существовании других людей в жизни Бейна. Но любовь не поддаётся никакой логике, и обижался и злился Барсад именно на женщину. Она была той, кто оказывался с Бейном за закрытой дверью. Той, кто проводил с ним ночи. Она была воровкой, эта женщина воровала у Барсада самое дорогое - внимание и время Бейна. Барсад долгое время не решался заговаривать с Бейном об этой женщине, знал его непростой характер. И ещё он знал, что вообще не должен о ней знать. Боялся гнева и того, что Бейн не умел прощать. Если он чувствовал предательство, он никогда уже не изменит своего мнения и не простит. А ведь ослушаться значит предать! Слишком он дорожил этим человеком, и для себя решил, что лучше быть с ним рядом и пока терпеть, чем не быть вообще! Но однажды Барсад все-таки решился «будь что будет» и спросил Бейна про эту женщину. Спросил в самый, по его мнению, подходящий момент. После их проведённой вместе ночи. Бейн первые десять минут после был необычайно спокоен и расслаблен. В такие моменты он напоминал кота объевшегося сметаны, в такие моменты он был уязвим… Как казалось Барсаду так в Бейне не родится жестокость или особое чувство предательства. Как же он ошибался… как же он мог подумать, что во время самой беззащитности человек не ответит самой агрессивной реакцией!? В такие моменты человеку больше всего больно, а значит, он хочет сделать больно и своему обидчику. Ну, а если этот обидчик твой сторонник и любовник, то сердце для такого человека может закрыться навсегда!