Пока я жив, я буду биться.

Занзас. Когда коронованный мусор сказал, что согласен взять баласт, я чуть в обморок не упал. Он ведь эгоистичен, а тут проявил доброту. Мы убийцы и это место не для мальчика без пламени. Хотелось думать, что этот парень и в правду, что то из себя представляет. Но знаете, когда я увидел этого пацана мне подумалось, что это шутка. Передо мной стояла копия первого вонголы. Я прекрасно видел фотки его брата, но было понятно что у него от первого мало что, в отличии от того кто сейчас стоит передо мной. Эти глаза, доверчивые, полные боли и смотрящие без тени страха. Но кроме глаз, что то в нём ещё цепляло. — Здравствуйте, вы ведь Занзас. — Заговорил парень. Мне стало как-то странно. Он добрый, милый, но что-то в нём не так. — Привет, очередной мусор. – Я презрительно на него посмотрел, а он просто пожал плечами. — Бельфегор-сан, а где моя комната? — Парень явно воспитан. — Пошли покажу. Леви поможет донести вещи до комнаты. Как не странно, но Леви понёс вещи в комнату. Не знаю что конкретно, но что-то в этом парне меня зацепило. Он робкий, ему хочется помочь. Блин вот девятый накаркал. Он ведь говорил, что хочет что бы я нашёл девушку и подарил ему внуков. Не знаю что, но что-то определёно заставляет меня хотеть находиться рядом с ним. Не девушка, но о нём хочется заботится, да и не влюблённость это. Ужин. — Тсуна сядь сюда. — Бельфегор показал на место рядом с собой. — Хорошо. – Он робко сел и опасиливо оглядел всех присутствующих. — Ты сын внешнего советника? — Спросил Мармон — Вы ведь знаете ответ, зачем спрашиваете. — Я просто не понимаю. Я видел Емицу он высокомерный и эгоистичный его сын такой же, но ты другой. – Тсуна напрягся и поморщился. — Можете не поднимать темы касательные семьи? — Почему, Тсуна ведь семья это прекрасно? — Спросил Лусурия. — У меня нету семьи. Так понятнее? — Стоило поднять взгляд на Лусурию, как он отшатнулся и оперся о стол. Тсуне было не приятно это всё и он не желал продолжать этот разговор. — Тсуна ну не смотри ты на людей так, пугает. — Попросил Бельфегор. Что удивило всех присутствующих. Он сам был немного напуган этим взглядом, да и не хотелось его злить. — Не нужно копаться во мне, и тем более в моём прошлом. — Сказал Тсуна, тем самым предупредив. — Тогда можно узнать почему на тебя наложена иллюзия? – Сказал Мармон. — Илюзия наложена не конкретно на меня, а на определённую часть моего тела. — Тсуна, но ведь здесь можно снять иллюзию. Она ни к чему. – Попытался Лессурия быть более дружелбным. — Эту иллюзию я никогда не стану снимать. Это часть моего прошлого. — Тсуна встал из-за стола и начал уходить, но его словил Скуало. — Врой, во — первых мы не те кого надо бояться, и во — вторых сядь и поешь, да и сними ты уже этот чёртов браслет. — Скуало взял руку Тсуны и насильно снял браслет. Но через 2 секунды получил ожог руки из-за пламени. Тсуна не знал, что делать, в нём боролась и злость и отчаяние. — Больно, Врой, почему у тебя пламя такое сильное? – Скуало, шипел и хотел быстрее избавится от ожога. — Это в пол силы. Я не стану рассказывать ничего о своём прошлом. В этот момент все присутствующие поёжились кроме Занзаса, он только изумлёно смотрел на то, как этот пацан уходит. Теперь он понял, что именно влечёт. Тсуна, не хотел быть здесь, не хотел, что бы ему перемывали косточки и он боялся, что кто либо залезет в его прошлое, оно оставило глубокий и больной след в душе. 12 ночи. Комната Тсуны. Занзас. Мне стоило увидеть его пламя, как я понял, что он это тот кто сможет управлять Вонголой. Он такой сильный, с характером, но прошлое он не сможет закопать. Оно всегда будет напоминать. Я сам не могу закопать это прошлое, ведь оно тяготит и делает больно, но я не знаю какое прошлое у этого парня. Но я хочу, что бы он не думал об этом. Мне надо узнать что скрывает иллюзия. — Привет. Хотел поговорить. – Тсуна сидел задумчиво и лишь кивнул. Он смотрел в одну точку будто и не было стены, а было, что-то другое. Я прошёл в комнату и сел на кровать рядом с Тсуной. — О чём хотели поговорить? – Он посмотрел вымученно на меня, словно прося уйти. — О том что ты скрываешь за иллюзией. Знаешь, я смотрю на тебя и хочу задать вопрос. На сколько тебе было больно тогда, в прошлом, что ты решил его закопать? — Разве у вас нету того, что бы хотели забыть? – Смешно, но я не смогу в любом случае стереть всё это из памяти. — Есть, но я научился, смотря на своё прошлое, улыбаться. Ведь как бы больно не было, всегда было и хорошее. — У меня не было хорошего. – Он говорил правду, и я это чувствовал, мне хотелось его обнять. — Там, за столом во время ужина, ты сказал что у тебя нету отца. Почему ты так считаешь? Пойми, мне хочется тебе помочь, ведь ты тот кто заставляет меня хотеть отбросить свою злость. – Я решил сказать правду и тем самым узнать, что на сердце у этого мальчика. — Вы правда не станете осуждать, если расскажу причину иллюзии? – ОН смотрел с такой надеждой во взгляде. — Я всегда отвечаю за свои слова. – Он помялся но всё же решил мне поверить. Тсуна стал снимать, фенечки с рук. Когда он их снял я увидел на двух руках глубокие шрамы. Шрамы от бритвы, они не заживут, такие не заживают, не остаются в прошлом, всегда тяготят, эти шрамы схожи с моими, только мои одежда может спрятать а его увы не всегда, да и думаю, многие увидя их отвернутся от него. — За это я не стану осуждать. — Я взял его руку и поцеловал шрам от лезвия на запястье. — Не хотите спросить причину? – Смешно, но я понимаю и так, ведь думаю, увидь эти шрамы его отец, он был бы счастлив. — Она очевидна. В этом виноват твой отец. — Вы не станете считать меня слабым? – А ребёнок ли предо мной сидит, он мыслит не как ребёнок. — Нельзя считать слабым того, кто силён душой. Что ты скажешь, если я попытаюсь заменить тебе отца? Я не идеален, но мне хочется тебе помочь. — Я согласен. Спасибо Занзас. – Он мог не соглашаться, но ему нужна поддержка. Может, этот мальчик и есть, тот кто может изменить многое в жизни таких как я.